Мобильное приложение
Радио Arzamas
УстановитьУстановить
Кабинет

Начало светской культуры: стихи, театр и газеты

Лекция 8 из 8

Алексей Михайлович и европейское влияние

XVII столетие — столетие беспокойное и динамичное. На него в русской куль­туре пришелся переход от религиозной культуры Древней Руси к более при­вычной нам светской культуре, культуре XVIII века.

Этот переход оказался отнюдь не плавно-эволюционным: в литературе новые формы прямо-таки революционно вытесняли прежние, показательные для пе­риода XI–XVI веков, а вскоре сами, столь же революционно, вытеснялись еще более новыми формами. Литература XVII века противопоставила себя древне­рус­ской и проложила путь для литературы XVIII столетия, но сама была отверг­нута литературой нового типа.

В социальном отношении XVII столетие осталось в русской истории как «бун­ташное столетие». Началось оно Смутой и закончилось реформами Петра I. На престоле утвердилась новая династия. Романовы опирались не столько на ро­довитых бояр, сколько на чиновников. Равным образом они упорно стесняли права церкви, подчиняя религию государственному аппарату. Рас­шаты­вая важнейшие основы древнерусского общества, династия, кроме того, взяла курс на преодоление культурной изолированности. Происходило медлен­ное, но неук­лон­ное сближение с западноевропейским миром. Такие револю­цион­ные изменения воздействовали на Древнюю Русь травматически: XVII сто­летие — время больших и малых восстаний, бунтов, религиозных «шатаний» и конфликтов.

В начале XVII века русское общество пережило тяжелый кризис, который при­нято называть Смутным временем, Смутой. В 1605 году умер царь Борис Году­нов, и русский престол захватил претендент, назвавшийся сыном Ивана Гроз­ного Дмитрием. Наступила пора династических переворотов и социальных потрясений. Точкой преодоления кризиса Смуты можно считать Земский со­бор 1613 года: его участники возвели на престол дальнего родственника Ивана Грозного — Михаила Федоровича Романова. Царь Михаил Федорович стал основателем новой династии, которой предстояло править больше 300 лет — вплоть до отречения последнего монарха Николая II.

Смута потрясла основы средневековой России и нашла отражение в истори­ческих повестях, созданных как во время событий, так и по горячим следам — в правление царя Михаила Федоровича.

Например, «Летописная книга», датируемая 1626 годом: ее авторство принято приписывать князю Семену Ивановичу Шаховскому — участнику Смуты, вое­начальнику, автору исторических и агиографических сочинений. Она охваты­вает исторические происшествия от Ивана Грозного до Собора 1613 года. От ав­торов древнерусских исторических повестей (вспомним описания князей в По­вести временных лет) князя Шаховского отличает интерес к изображению противоречивых характеров. Вот портрет Лжедмитрия:

«…ростом невысок, в груди широк, руки крепкие. Лицо же его не отра­жа­ло царского достоинства, слишком простое имел обличье, а тело его было очень смуглым. Но остроумен, и более того — в книжной науке доста­точно искусен, дерзок, словоохотлив, любил конные состязания, против врагов своих храбр, смел, весьма мужествен и силен и к воинам весьма благосклонен».

Также в литературе первой половины XVII века возникает светская поэзия. Древ­­няя Русь знала некоторые формы поэзии: молитвенный стих (гимно­гра­фия); фольклорный стих — напевный и говорной; напоминающие стихи встав­ки в прозаические произведения. Однако формирование поэзии светской направленности и отчетливо противопоставленной прозе — это революционное открытие писателей первой половины XVII века, во многом обусловленное культурными контактами с Польшей и входившей в состав Польши Украиной.

Первая русская поэтическая школа отличалась приверженностью к говорному стиху. В стихотворной строке не требовалось ни соблюдать определенное коли­чество слогов, ни расставлять ударения на определенных позициях: в качестве единственного признака стиха функционировала рифма (и часто акростих — такое построение стихотворения, где некоторые, как правило первые, буквы каждой строки составляют осмысленный текст). Поэты первой половины XVII ве­ка освоили разнообразные жанры: дружеские послания, предисловия и послесловия к прозаическим сочинениям, молитвы и т. д.

Представителем первой поэтической школы был тот же князь Семен Шахов­ской. Например, его «Летописная книга» содержит стихотворное послесловие:

Сколько о чем отыскал,
Столько о том и написал.
Все, кто читают, понимают,
Что великие события не забывают.
Когда же к концу этой повести я подошел,
В труде своем никакого утешения не нашел.

Вторая половина столетия — правление второго царя из династии Романовых Алексея Михайловича и его сына Федора Алексеевича стало временем ради­кальных реформ в общественной, религиозной, культурной области. С этой точки зрения знаменитые реформы Петра Алексеевича, сына и брата преды­дущих царей, правомерно рассматривать как продолжение их преобразований.

Доминанта культурных реформ царя Алексея Михайловича — стремление к унификации и «чинности», иерархизированному порядку. Первой попыткой такой унификации было составление Соборного уложения в 1649 году — юри­дического свода, действовавшего до XIX века. Этот свод регламентировал раз­личные сферы общественной жизни, и в частности оформил такой важный институт, как крепостное право.

Вторая реформаторская программа Алексея Михайловича — кардинальное пре­образование Русской православной церкви, которое при поддержке царя осу­ще­ствил патриарх Никон, его старший уважаемый друг.

После трагических событий Смуты священники не пользовались среди мирян прежним авторитетом, церковные службы упрощались и сокращались. Юный царь Алексей Михайлович, обеспокоенный подобной ситуацией, задумал ряд мер, призванных упорядочить церковную жизнь. В своей программе царь опи­рался на так называемый «кружок ревнителей древнего благочестия», объеди­нивший влиятельных сановников и представителей церкви, среди которых более всех выделялся Никон.

В 1652 году Никон стал патриархом и приступил к исправлению, реформи­рованию порядков в Русской церкви. Образцом для себя он выбрал Констан­тинопольскую и другие зарубежные православные церкви, решив им подра­жать с максимальной точностью. Никон не собирался менять догматы. Он толь­ко — по примеру зарубежных православных церквей — повелел редак­тировать богослужебные книги и изменить обряд, то есть внешние формы проявления религиозности.

Наконец, третья реформаторская программа — покровительство и продви­жение придворной литературы нового типа, которая принципиально отли­чалась от древнерусских образцов.

Реформы Никона предполагали следование церковным греческим образцам — придворная литература (и вообще новая придворная культура) должна была ориентироваться на западноевропейские (преимущественно польские) образ­цы, и образцы скорее светские.

Определяя эту новую литературу, часто видят в ней признаки принадлежности к барокко — международному художественному направлению, которое харак­те­ризовалось установкой на аффектацию и пристрастием к усложненным фор­мальным приемам.

С «барочной» гипотезой согласны не все, дискуссия продолжается, но в любом случае очевидно: литература второй половины XVII века (и отчасти первой трети XVIII века) есть принципиально значимый переход от средневековой литературы к классицизму XVIII века.

В общественном сознании господствующее место религиозных ценностей по­степенно, однако неуклонно, занимают светские, государственные ценности. Тем самым литература перестает быть составляющей религиозной системы и превращается в самостоятельную сферу общественного сознания — в такую литературу, как ее понимают и сейчас.

Соответственно, меняется функция риторики. В древнерусской литературе рито­­рические правила были усвоены вместе с византийскими жанровыми образ­цами, так сказать «внутри» авторитетных текстов-образцов. Напротив, в лите­ратуре второй половины XVII века риторика обретает самостоятельность. Ли­тература второй половины XVII века — прежде всего литература риториче­ская. Основной показатель литературности — «украшенность», достигаемая соблюдением риторических правил. Это можно выводить из принадлежности к барокко, а можно и понимать как особое свойство, не обязательно связанное с барокко.

Центральная фигура литературы и культуры второй половины XVII столетия — монах Симеон Полоцкий (в миру — Самуил Петровский-Ситнианович).

Он иностранец, белорус, родившийся в Польско-Литовском государстве; получил образование в католических учебных заведениях и ради этого был готов перейти в католичество, чтобы потом снова вернуться в православие. Он священнослужитель, монах, однако ориентированный не столько на под­виги веры, сколько на другие, светские цели. Основной его задачей можно считать введение новой школы: педагог-просветитель, Симеон стремился распростра­нять в православном мире тогдашнее западноевропейское знание, разумеется — в церковной версии. Он придворный, готовый воспитывать царских детей (среди них — будущий царь Федор Алексеевич) и вместе с тем находить ясные формулировки для официальной идеологии; поэт и драматург, понимавший литературу как практическое приложение риторических правил, усваиваемых в рамках новой школы. У Симеона были опасные враги, в том числе страшив­шийся католического влияния патриарх Иоаким, но в последние годы он творил в покое и достатке.

Судя по всему, Симеон Полоцкий имел непосредственное отношение к проекту будущей Славяно-греко-латинской академии, первого в России высшего учеб­ного заведения, и еще в 1680 году составил ее учредительный доку­мент — «Ака­демическую привилегию». Создавалась Академия с учетом поль­ских образ­­цов, в XVII веке испытанных в православных землях Украины и Бело­рус­сии. Целью Академии была подготовка образованных людей для нужд России, но, естественно, в рамках церковной школы. До конца довел дело ученик Симео­на — монах-великоросс Сильвестр (в миру — Семен Агафони­кович Мед­ведев), усилиями которого в 1687 году и была основана Славяно-греко-латин­ская академия. Студентов первоначально насчитывалось около ста, позднее в ней учились Ломоносов, Тредиаковский и другие. Размещалась академия рядом с Кремлем — в двухэтажных палатах на территории Заиконоспасского монастыря.

Также при царе Алексее Михайловиче был сделан важный шаг к появлению в России прессы. В Москве начинают составлять так называемые «Куранты» (регулярно — с 1665 года) — информационные бюллетени о европейских событиях, изготовленные только в двух экземплярах: для царя и для бояр.

Слово «куранты» (от франц. courant — «текущий») попало в русский язык из гол­ландского, где входило в заголовки газет, и в России «Куранты» — собственно обзоры иностранной прессы. В «Курантах» постоянно освещались политика, стихийные бедствия, чудесные происшествия, эпидемические заболевания, а также то, что пишут о России в Европе, например о восстании Степана Разина и т. д.:

«В городе Думбире Шкодские земли близь четверти часа великое учи­нилось земли трясение и затмение в небе, так что друг друга видеть нихто не мог. И тем учинились великие разорения и шкоды  Шкоды — несчастья.. И объ­яви­лись в то же время на небе разные лики и образы. После того, спустя недели з две, учинился в Лондоне великой пожар, которым многие дворы и люди погибли».

«Куранты» — закрытый документ для внутреннего использования, но еще немно­­го — и при Петре I начнет издаваться первая русская газета.

В области литературы первенствующее место занимала поэзия. Светская поэ­зия сформировалась в России в первой половине XVII века, однако во вто­рой половине столетия — в системе риторической литературы — формируется новая поэтическая школа, которая получила значительно больший обществен­ный резонанс. Расцвет новой школы связан с деятель­ностью Симеона Полоц­кого. Он оставил поистине грандиозное по объему поэтическое наследие. Поначалу язык его поэзии — польский или латынь, позднее — церковносла­вянский.

В 1670-х годах Симеон завершил три больших стихотворных сборника («Псал­тирь рифмотворная», «Рифмологион», «Вертоград многоцветный»).

Сборник «Псалтирь рифмотворная» был выпущен в 1680 году дворцовой типо­графией. Это первая в России печатная книга стихов. В ней Симеон — по образ­цу польского поэта Яна Кохановского — переложил стихами библей­скую книгу «Псалтирь». Казалось бы, все вполне традиционно: Библия, — но некоторых современников Симеона книга шокировала: псалмы-то пред­стали в «рифмо­творной» форме, то есть стихотворной.

Поэтический сборник «Рифмологион, или Стихослов» имеет панегирический характер и включает несколько сотен «стихов на случай» — хвалебных текстов, предшествующих одам поэтов-классицистов. Кстати (для древнерусской лите­ратуры редчайший случай!), существует черновой автограф «Рифмо­логиона», то есть рукопись, выполненная не копиистом, но автором.

Главный поэтический труд Симеона Полоцкого — энциклопедический сборник «Вертоград многоцветный». «Вертоград» на церковнославянском языке значит «сад», «цветник». В Средние века так именовались сочинения, содержавшие лекарственные советы. У Симеона слово приобретает символический смысл: по убеждению автора, лекарства исцеляют тело, а поэзия — душу. Все стихо­тво­рения сборника озаглавлены и расположены в алфавитном порядке. Сбор­ник, можно сказать, необъятный. Заглавий в сборнике — 1155, а под одним заглавием могут находиться до 12 текстов, объединенных общей темой (совре­менное издание «Вертограда» в Германии включает три тома).

Симеон Полоцкий сообщает в стихотворениях «Вертограда» любопытные све­дения о природе («Ехидна»), об античной истории («Александр») и фило­софии («Диоген»). Описывает примеры добродетельного («Дева») или пороч­ного поведения.

Некоторые стихотворения, перелагающие популярные в Западной Европе поучительные истории, читаются как занимательные рассказы. Например, под за­главием «Блудник» помещено стихотворение о развратном короле; забо­лев от распутной жизни, он все время испытывал озноб и по совету врачей повелел завернуть себя в ткань, смоченную водкой. Но грешника настигло наказание:

…сукно, в водце моченое,
яко же молние бысть запаленное  Буквально: «Сукно, замоченное водкой, как молния загорелось»..
Вопль велий врачеве и вси сотвориша,
но горящу кралю ничто пособиша.
Згоре огнем, яко похотьми горяше
чрез всю юность свою, а не угошаше  Буквально: «Сгорел огнем тот, кто с юности горел в грехе»..

Каждый текст «Вертограда» сводится к нравоучению. Так, в стихотворении «Суд сна прежде», на первый взгляд, просто изображены повадки собаки:

Пес утружденный егда хощет спати,
обыче прежде сам ся обращати,
Нежели ляжет. Егда осмотрится
окрест на месте, тогда положится.  Буквально: «Уставшая собака, когда хочет спать, привыкла перед сном вертеться. Когда осмотрится на месте, только тогда укладывается».

Однако описание засыпающей собаки — очередное иносказание: подобно соба­ке, и человек перед сном должен мысленно «осмотреться», вспомнить прожи­той день и рассудить, не совершил ли он греховных деяний.

Поэтические правила, которым следовал Симеон и которые были ему знакомы по образцам, почерпнутым в польской литературе, можно свести к двум базо­вым требованиям. В стихотворении, во-первых, в соотносимых строках должно быть одинаковое количество слогов (без привычного для нас регуляр­ного чере­дования ударных и безударных); во-вторых, строки должны венчаться рифмой, преимущественно женской, как в силлабической поэзии Польши. Так, каждая строка в стихотворении «Суд сна прежде» содержит 11 слогов. Система стихо­твор­ства, требующая одинакового количества слогов в соотносимых строках, называется силлабической (от греч. «слог»).

Иногда Симеон Полоцкий блистал всякого рода изысками: акростихами, «фигурными стихами», когда строки образуют прихотливые рисунки (чаша, сердце, крест, звезда и др.). В поэме «Орел Российский», включенной в панеги­ри­ческий сборник «Рифмологион», герб России изображен на фоне солнца; у солнца сорок восемь лучей; в каждый луч вписана какая-нибудь добродетель царя.

После смерти Симеона Полоцкого Сильвестр Медведев — по повелению царя Федора Алексеевича — сочинил стихотворение для его надгробия. Надпись вырезали на каменных плитах и позолотили за счет казны. Она гласила:

Зряй, человече, сей гроб, сердцем умилися,
О смерти учителя славна прослезися:
Учитель бо зде токмо един таков бывый,
Богослов правый, церкве догмата хранивый.
Муж благоверный, церкви и царству потребный,
Проповедию слова народу полезный.  Буквально: «Глядя, человек, на этот гроб, умились сердцем и рыдай о смерти славного учителя. Ибо здесь удивительный учитель, богослов, хранивший догматы церкви, благоверный муж, полезный церкви и царству, полезный своею проповедью народу».

Поэтическое дело Симеона Полоцкого продолжили его последователи, сочинявшие правильные силлабические стихи. Лучшим среди них считался автор приведенной надгробной надписи. Подобно учителю, Сильвестр Медве­дев был одновременно монахом и придворным. Он писал преимуще­ственно торжествен­­ные «стихи на слу­чай». Например, он сочинил траурную поэму «Плач и уте­шение» на кончину царя Федора Алексеевича: в поэме стихо­твор­ные речи о царе произносили различные персонажи — Орел Российский, Георгий Побе­до­носец, царица-вдова, сестры и тетки, а также олицетворения России, Украи­ны и Белоруссии. Славил Сильвестр Медведев и царевну Софью Алексеевну, которая фактически управляла государством после смерти Федора Алексеевича.

В качестве придворного Сильвестр Медведев способствовал основанию Славяно-греко-латинской академии. Однако придворная служба — занятие небезопасное. В 1689 году юный Петр Алексеевич — будущий император Петр Великий — отстранил сестру Софью от власти. Сильвестра как ее приближен­ного пытали и обезглавили, а тело погребли в «яме близ Покровского убогого монастыря».

В рамках новой придворной культуры и риторической литературы создается и отечественная светская драма. Ситуация здесь похожа на обстоятельства возникновения светской поэзии в первой половине XVII века. В древнерусской культуре присутствовали некоторые формы драмы. Это — театрализованные фольклорные обряды (свадьба, календарные игры) и театрализованные церков­ные действа. Так, «пещное действие» ставилось в храмах за неделю до Рожде­ства и представляло собой инсценировку библейской Книги Даниила, где вави­лонский царь Навуходоносор разгневался на правоверных отроков и бросил их в огненную печь, но они чудесно спаслись.

Однако светская драма (в придворном варианте) — абсолютное нововведение и как литература, и как небывалое зрелище. Примечательно, что старо­обряд­цы, принимая стихотворство, театр безоговорочно отрицали. Аввакум негодо­вал, что это католики «научили своему рукоделию — камедиею играть. А нас Бог избавил от них и посрамил их от нашей худости».

17 октября 1672 года по повелению царя Алексея Михайловича и под бдите­льным присмотром его приближенных на придворной сцене в подмо­сковной Преображенской резиденции была поставлена первая пьеса русского театра — «Артаксерксово действо». Автор — Иоганн Готфрид Грегори, лютеранский пастор при немецкой колонии в Москве, — написал в стихах (которые русский переводчик передал неуверенно и непоследовательно) пространную пьесу, в тогдашней терминологии — «действо», в семи актах на основе библейской истории персидского царя Артаксеркса, который обрел новую любовь и новую царицу — красавицу еврейку Эсфирь. Сюжет должен был понравиться царю, недавно вступившему во второй брак (юной избран­ницей стала Наталья Кирилловна Нарышкина, которая только что родила сына — будущего Петра I). Грегори следовал западноевропейским образцам, «действо» было непривыч­ным, но Алексей Михайлович — единственный полноправный зритель — щедро наградил актеров, и придворный театр функционировал до самой смерти царя.

В 1670-х годах драмы писал и Симеон Полоцкий: его «Комедия притчи о блуд­ном сыне» (термин «комедия» означал пьесу со счастливым финалом) и пьеса «О Навходоносоре царе, о теле злате и о триех отроцех, в пещи не сожженных» были включены в панегирический сборник «Рифмологион» (сведений об их теа­­т­ральной постановке нет).

Пьесы Симеона Полоцкого принадлежали к традиции школьной драмы — «само­деятельной» драмы духовных училищ, уходившей корнями в Средне­ве­ковье; на Русь школьные пьесы проникли в XVII–XVIII веках при посредстве ученых украинцев и белорусов, которые обучались в католической Польше. Школьная драма обусловлена дидактическими целями (практическое обучение латыни и риторике). С художественной точки зрения здесь все строго регули­руется риторическими правилами, сформулированными в авторитетных поэти­ках — учебниках литературы. Школьной драме присущи одновременное следование христианским и античным образцам, обработка мифологических и библейских сюжетов, преобладание рассказа о событиях над их показом. Допускаются перебивы «серьезных» событий музыкальными номерами и ко­ми­­­ческими вставками — интермедиями. Пьесы предваряются прологами и завершаются эпилогами, адресованными прямо в зал.

К примеру, пьеса «О Навходоносоре…». Весьма краткая, она написана фирмен­ным для Симеона Полоцкого 11-сложным силлабическим стихом и состоит из «Предисловца», основного действия (не разделенного на явления), и «Епилога».

В «Предисловце» Симеон Полоцкий, осознавая, что заглавный герой пьесы — негативно показанный монарх, предупреждает возможного зрителя — царя Алексея, что того не могут смущать злоключения «коллеги» — вавилонского царя:

Доброты гнездо положиша в тебе,
во сердце твоем живут, яко в небе.
Навходоносор не тако живяше,
аще и скипетр в деснице держаше…  Буквально: «Добродетели в тебе образовали гнездо и живут в твоем сердце, как на небе. А Навходоносор жил не так, хотя и в правой руке держал скипетр».

Заглавный герой и венценосный зритель — монархи, оба они «скипетр в дес­нице» держат, но Навходоносор жил давным-давно; кроме того, вавилонский царь был помрачен «тмою неверства», а русский царь — образец православия и добродетели.

Основное действие начинается с того, что Навходоносор именует себя «богом богов» и повелевает поставить «тело» — статую, которой все подданные обя­заны поклоняться, а тех, кто нарушит повеление, ждет сожжение в печи. При­дворные спешно повинуются, и вот — воздвигнуты «образ» (статуя) и «пещ», трубят трубачи. Три добродетельных отрока отказываются поклониться «телу», воины бросают их в печь. Но свершается чудо: в печи является ангел, отроки молятся и поют, а нечестивых воинов «пожигает» огонь. Смущенный царь повелевает отпустить отроков и чтить истинного Бога.

В «Епилоге» Симеон — согласно правилам — просит простить недостатки пьесы, желает русскому царю «мирно царствовати», побеждать врагов, долго жить и «потом небесный венец наследити».

Пьеса Симеона Полоцкого напоминает церковное «пещное действие», но ос­нов­ная цель драматурга — не напоминание о библейских событиях, а возвели­чи­вание русского царя посредством религиозных образов. Алексей Михайло­вич и могущественнее, и добродетельнее вавилонского монарха. Впрочем, Навхо­доносор изображен без особой враждебности. А в финале он даже награждает отроков, те славят царя, и царь призывает их присо­единиться к всеобщему веселью и ликованию:

Но днесь  Днесь — теперь. в палату вы с нами грядите,
вашим приходом дом возвеселите.

Как и положено при дворе — вавилонском или московском — все очень опти­мистически.

Представители новой литературы русского классицизма не забывали своих пред­шественников. Некоторые из них прошли Славяно-греко-латинскую ака­демию и учились на поэтических примерах Симеона Полоцкого, а темы и об­разы силлабической поэзии получили продолжение в их сочинениях. Однако в целом классицизм не принял поэтику предшественников (особенно в драме). Русская литература XVIII века — в очередной раз — начиналась новыми рево­лю­ционными проектами, с белого листа.

История русской культурыМосковская Русь
Предыдущая лекцияТатары и русская культура

Модули

Древняя Русь
IX–XIV века
Истоки русской культуры
Куратор: Федор Успенский
Московская Русь
XV–XVII века
Независимость и новые территории
Куратор: Константин Ерусалимский
Петербургский период
1697–1825
Русская культура и Европа
Куратор: Андрей Зорин
От Николая I до Николая II
1825–1894
Интеллигенция между властью и народом
Куратор: Михаил Велижев
Серебряный век
1894–1917
Предчувствие катастрофы
Куратор: Олег Лекманов
Между революцией и войной
1917–1941
Культура и советская идеология
Куратор: Илья Венявкин
От войны до распада СССР
1941–1991
Оттепель, застой и перестройка
Куратор: Мария Майофис
Хотите быть в курсе всего?
Подпишитесь на нашу рассылку, вам понравится. Мы обещаем писать редко и по делу
Курсы
Курс № 52 Приключения Моне, Матисса и Пикассо в России 
Курс № 51 Блокада Ленинграда
Курс № 50 Что такое современный танец
Курс № 49 Как железные дороги изменили русскую жизнь
Курс № 48 Франция эпохи Сартра, Годара и Брижит Бардо
Курс № 47 Лев Толстой против всех
Курс № 46 Россия и Америка: история отношений
Курс № 45 Как придумать свою историю
Курс № 44 Россия глазами иностранцев
Курс № 43 История православной культуры
Курс № 42 Революция 1917 года
Курс № 41 Русская литература XX века. Сезон 5
Курс № 40 Человек против СССР
Курс № 39 Мир Булгакова
Курс № 38 Как читать русскую литературу
Курс № 37 Весь Шекспир
Курс № 36 Что такое
Древняя Греция
Курс № 35 Блеск и нищета Российской империи
Курс № 34 Мир Анны Ахматовой
Курс № 33 Жанна д’Арк: история мифа
Курс № 32 Любовь при Екатерине Великой
Курс № 31 Русская литература XX века. Сезон 4
Курс № 30 Социология как наука о здравом смысле
Курс № 29 Кто такие декабристы
Курс № 28 Русское военное искусство
Курс № 27 Византия для начинающих
Курс № 26 Закон и порядок
в России XVIII века
Курс № 25 Как слушать
классическую музыку
Курс № 24 Русская литература XX века. Сезон 3
Курс № 23 Повседневная жизнь Парижа
Курс № 22 Русская литература XX века. Сезон 2
Курс № 21 Как понять Японию
Курс № 20 Рождение, любовь и смерть русских князей
Курс № 19 Что скрывают архивы
Курс № 18 Русский авангард
Курс № 17 Петербург
накануне революции
Курс № 16 «Доктор Живаго»
Бориса Пастернака
Курс № 15 Антропология
коммуналки
Курс № 14 Русский эпос
Курс № 13 Русская литература XX века. Сезон 1
Курс № 12 Архитектура как средство коммуникации
Курс № 11 История дендизма
Курс № 10 Генеалогия русского патриотизма
Курс № 9 Несоветская философия в СССР
Курс № 8 Преступление и наказание в Средние века
Курс № 7 Как понимать живопись XIX века
Курс № 6 Мифы Южной Америки
Курс № 5 Неизвестный Лермонтов
Курс № 4 Греческий проект
Екатерины Великой
Курс № 3 Правда и вымыслы о цыганах
Курс № 2 Исторические подделки и подлинники
Курс № 1 Театр английского Возрождения
Курс № 52 Приключения Моне, Матисса и Пикассо в России 
Курс № 51 Блокада Ленинграда
Курс № 50 Что такое современный танец
Курс № 49 Как железные дороги изменили русскую жизнь
Курс № 48 Франция эпохи Сартра, Годара и Брижит Бардо
Курс № 47 Лев Толстой против всех
Курс № 46 Россия и Америка: история отношений
Курс № 45 Как придумать свою историю
Курс № 44 Россия глазами иностранцев
Курс № 43 История православной культуры
Курс № 42 Революция 1917 года
Курс № 41 Русская литература XX века. Сезон 5
Курс № 40 Человек против СССР
Курс № 39 Мир Булгакова
Курс № 38 Как читать русскую литературу
Курс № 37 Весь Шекспир
Курс № 36 Что такое
Древняя Греция
Курс № 35 Блеск и нищета Российской империи
Курс № 34 Мир Анны Ахматовой
Курс № 33 Жанна д’Арк: история мифа
Курс № 32 Любовь при Екатерине Великой
Курс № 31 Русская литература XX века. Сезон 4
Курс № 30 Социология как наука о здравом смысле
Курс № 29 Кто такие декабристы
Курс № 28 Русское военное искусство
Курс № 27 Византия для начинающих
Курс № 26 Закон и порядок
в России XVIII века
Курс № 25 Как слушать
классическую музыку
Курс № 24 Русская литература XX века. Сезон 3
Курс № 23 Повседневная жизнь Парижа
Курс № 22 Русская литература XX века. Сезон 2
Курс № 21 Как понять Японию
Курс № 20 Рождение, любовь и смерть русских князей
Курс № 19 Что скрывают архивы
Курс № 18 Русский авангард
Курс № 17 Петербург
накануне революции
Курс № 16 «Доктор Живаго»
Бориса Пастернака
Курс № 15 Антропология
коммуналки
Курс № 14 Русский эпос
Курс № 13 Русская литература XX века. Сезон 1
Курс № 12 Архитектура как средство коммуникации
Курс № 11 История дендизма
Курс № 10 Генеалогия русского патриотизма
Курс № 9 Несоветская философия в СССР
Курс № 8 Преступление и наказание в Средние века
Курс № 7 Как понимать живопись XIX века
Курс № 6 Мифы Южной Америки
Курс № 5 Неизвестный Лермонтов
Курс № 4 Греческий проект
Екатерины Великой
Курс № 3 Правда и вымыслы о цыганах
Курс № 2 Исторические подделки и подлинники
Курс № 1 Театр английского Возрождения
Все курсы
Спецпроекты
История русской культуры
Суперкурс Онлайн-университета Arzamas об отечественной культуре от варягов до рок-концертов
Русский язык от «гой еси» до «лол кек»
Старославянский и сленг, оканье и мат, ѣ и Ё, Мефодий и Розенталь — всё, что нужно знать о русском языке и его истории, в видео и подкастах
История России. XVIII век
Игры и другие материалы для школьников с методическими комментариями для учителей
Детская комната Arzamas
Как провести время с детьми, чтобы всем было полезно и интересно: книги, музыка, мультфильмы и игры, отобранные экспертами
Что такое античность
Всё, что нужно знать о Древней Греции и Риме, в двух коротких видео и семи лекциях
Как понять Россию
История России в шпаргалках, играх и странных предметах
Каникулы на Arzamas
Новогодняя игра, любимые лекции редакции и лучшие материалы 2016 года — проводим каникулы вместе
Русское искусство XX века
От Дягилева до Павленского — всё, что должен знать каждый, разложено по полочкам в лекциях и видео
Европейский университет в Санкт‑Петербурге
Один из лучших вузов страны открывает представительство на Arzamas — для всех желающих
Пушкинский
музей
Игра со старыми мастерами,
разбор импрессионистов
и состязание древностей
200 лет «Арзамасу»
Как дружеское общество литераторов навсегда изменило русскую культуру и историю
XX век в курсах Arzamas
1901–1991: события, факты, цитаты
Август
Лучшие игры, шпаргалки, интервью и другие материалы из архивов Arzamas — и то, чего еще никто не видел