Курс № 9 Несоветская философия в СССРЛекцииМатериалы

Вячеслав Глазычев о времени без надежды

Доктор искусствоведения, профессор Московского архитектурного института Вячеслав Глазычев о том, что никто не знал того, чем занимался, но каждый знал больше, чем можно было знать

ВНИИТЭ (изначально здание архива и библиотеки ВСХВ). 1963 год © pastvu.com

О ВНИИТЭ  ВНИИТЭ  Всероссийский научно-исследовательский институт технической эстетики.

Самый восхитительный момент — 1965 год, когда на выставке, которая тогда именовалась ВДНХ, в павильоне, где красовалась баранья голова, которую директор повелел спилить, возник Институт технической эстетики. Поскольку, к счастью, никто не понимал, что это такое, я, как наглый молодой человек, постарался туда встроиться. И встроился сразу в отдел теории, хотя что такое теория, тоже никто не понимал, а у меня уже было три или четыре статьи.

И вдруг нас приглашают на шоу, как сегодня бы сказали, где Георгий Петрович Щедровицкий и его младший тогда ассистент, мой друг Олег Генисаретский устраивали представление на доске с изображением фигур с флажками,
с блоками, с вопросами друг другу. Народ напрягся, никто ничего не понимал, но прислушивался с большим интересом. 

После этого мы встретились, поговорили и как-то снюхались. В кружке я не участвовал, хотя несколько раз бывал на посиделках. За этим чувствовалась определенная, очень жесткая культура понимания, поэтому мы довольно быстро сошлись. И я был таким младшим товарищем и учеником. К счастью, у меня было три учителя. Один был восхитительный интуитивист Евгений Абрамович Розенблюм — художник, дизайнер, архитектор, человек, не умевший писать, но в диалоге прекрасно умевший излагать мысли. Второй был Карл Моисеевич Кантор  Карл Кантор — российский философ
и искусствовед.
, тогда зам. главного редактора журнала «Декоративное искусство СССР», который меня и познакомил с Георгием Петровичем Щедровицким. И третий уже Георгий Петрович. В этом треугольнике я мог сохранить баланс. 

Георгий Щедровицкий © Некоммерческий научный фонд «Институт развития имени Г. П. Щедровицкого»

О Щедровицком

Самое ценное было то, что можно было позвонить Георгию Петровичу
в одиннадцать вечера и сказать: «Юра, правильно ли я понимаю, что отношение деятельности и культуры — это примерно как река, которая промывает русло в теле горных пород?» Он: «Ну, почему бы и нет?» Мне этого хватало, поэтому контакты были не очень частыми. 

Он вообще-то мечтал стать актером. Это мало кто знает, но это его собственное признание. С юности он видел себя в этой роли. В какой-то степени он, конечно, им был — и актером, и режиссером. Организовать массовое действо, дискуссию, подрезать по сухожилиям любого зазнайку любого возраста — это было совершенно блистательно. И я очень ценил эту дистантную дружбу.
И считаю его своим учителем. Хотя учеником его, строго говоря, я не был.

О времени

Это было по-своему очень плодотворное время чистого мышления.
При полном отсутствии даже мысли о возможности практической реализации при нашей жизни это было очень напряженное осмысление. Жадное поглощение мирового опыта, который кусочками уже можно было брать, читать, переводить, осмыслять и обсуждать. Это больше не повторится. Это был единственный период, когда достаточно большое число молодых людей могли ускоренным образом мужать в интеллектуальном отношении. Поэтому они сделали безумно много, каждый по-своему.

О Мамардашвили

С Мамардашвили мы не были накоротке, хотя знакомы были. Говорить с ним было интереснее, чем его читать. Он всегда был шире своего текста. А прежде всего он был обаятелен. Если не затрагивать грузино-осетинских или грузино-абхазских дел. Здесь из него вылезал зверь, вдруг слетала вся цивилизованность, вся утонченность мышления. Никуда от этого не уйти, это правда. Но говорить с ним на сюжеты машины культуры, механизмов культуры — античных ли, средневековых ли, или Нового времени — было, конечно, одно наслаждение. Во-первых, он знал в десять раз больше, чем я тогда мог знать. Но главное — у него была воистину своя, очень отстраненная, позиция. Это редкость. У него была независимая линия.

О застое

В моем ощущении двери прихлопнулись в 1972-м. Не после Праги, а после процесса Даниэля — Синявского. И тогда возникло ощущение, что у нас есть одна функция: свечка должна гореть. Мы не знаем, когда придут те, кто будет жить иначе, но нужно это дело стараться воспроизводить, сохранять и двигать вперед. 

Это была стоическая позиция, я бы сказал. Без надежды на успех, но надо жить, надо делать свое дело и надо стараться, чтобы факел не погас. Выспренно звучит, прошу прощения, но примерно так переживалось. 

Время конца 1970-х — начала 1980-х воспринималось одним-единственным образом: потолок начинает придавливать голову, когда подбородок касается груди, и процесс этот может быть бесконечным. Удержать спину и хребет любым способом оказалось принципиально важным. 

Это было психологически тяжелое время. Именно потому, что поверить в то, что оно может измениться, не было никакой возможности и никаких рациональных оснований. Но надо было продолжать свое дело. И, в общем, продолжали. Я писал книги. Эти книги издавали. Цензура играла с нами
в игры. Там были тоже неплохие люди, которые, вообще-то, подыгрывали. Если ты подсунешь грамотно белую уточку и ее можно будет вычеркнуть, то все остальное пройдет. Это была сложная и тонкая игра. Меня брали на военные сборы. И какой-нибудь полковник ГРУ, уводя под локоток в кусты, мог произнести такую фразу: «Что вы там себе думаете, нам безразлично.
Но вы русский офицер». 

Еще раз о Щедровицком 

Наступил момент, когда Георгий Петрович был среди подписантов очередного протестного письма. И я задавал ему искренне совершенно вопрос: «Как ты мог подписывать, зная, что обрушишь все дело, которому ты отдал столько лет жизни?» Ответ был неожиданный в значительной степени: «Этим людям я не мог отказать». Этический диктат своего круга — штука чрезвычайно серьезная. После этой истории его спас мой учитель и друг, о котором я говорил, — Евгений Абрамович Розенблюм. Человек далеко не самый храбрый в житейском смысле, он взял Щедровицкого на работу, иначе тому автоматически грозило попасть в трутни и тунеядцы. Это был невероятно мужественный поступок. И надо заметить, Союз художников, под которым была вся эта лавочка под названием «Экспериментальная студия», сделал вид, что ничего не заметил. 

Мераб Мамардашвили. Фотография Юрия Садовникова. 1987 год © Мультимедиа-арт-музей

Еще раз о Мамардашвили

Насколько я понимаю, у Мамардашвили была та же позиция: главное — сберечь, донести, делать свое дело, просачиваться в поры. И все, что ее подсекало под корень за счет неадекватной реакции властей предержащих, воспринималось как досадное препятствие. Исторически мы оказались неправы. По жизни это была понятная позиция. А для меня тогда совершенно осознанная. Это не мешало помогать людям, попадавшим в беду, по мере сил. Но согласия по этому поводу не было. Я верил — насколько я понимаю,
и Мераб в это верил, — что важнее разъедание системы изнутри за счет обогащения словаря, утончения понятий, выведения разговора в высшие философские горизонты. Теория малых дел, если угодно. Она казалась наиболее продуктивной.  

Хотите быть в курсе всего?
Подпишитесь на нашу рассылку, вам понравится. Мы обещаем писать редко и по делу
Курсы
Польское кино: визитные карточки
Зигмунд Фрейд и искусство толкования
Деловые люди XIX века
Английская литература XX века. Сезон 1
Культурные коды экономики: почему страны живут по-разному
Главные философские вопросы. Сезон 5: Что такое страсть?
Золотая клетка. Переделкино в 1930–50-е годы
Как Оптина пустынь стала главным русским монастырем
Последние Романовы: от Александра I до Николая II
Как читать любимые книги по-новому
Как жили обыкновенные люди в Древней Греции
Путешествие еды по литературе
За что мы любим кельтов?
Стругацкие: от НИИЧАВО к Зоне
Гитлер и немцы: как так вышло
Как Марк Шагал стал всемирным художником
История русской еды
Лесков и его чудные герои
Культура Японии в пяти предметах
Главные философские вопросы. Сезон 4: Что есть истина?
Что придумал Бетховен
Первопроходцы: кто открывал Сибирь и Дальний Восток
Сирийские мистики об аде, игрушках, эросе и прокрастинации
Что такое романтизм и как он изменил мир
Финляндия: визитные карточки
Как атом изменил нашу жизнь
Данте и «Божественная комедия»
Шведская литература: кого надо знать
Кто такой Троцкий?
Теории заговора: от Античности до наших дней
Зачем люди ведут дневники, а историки их читают
Помпеи до и после извержения Везувия
Народные песни русского города
Метро в истории, культуре и жизни людей
Идиш: язык и литература
Кафка и кафкианство
Кто такой Ленин?
Что мы знаем об Антихристе
Джеймс Джойс и роман «Улисс»
Главные философские вопросы. Сезон 3: Существует ли свобода?
«Молодой папа»: история, искусство и Церковь в сериале
Антропология Севера: кто и как живет там, где холодно
Как читать китайскую поэзию
Экономика пиратства
Как русские авангардисты строили музей
Как революция изменила русскую литературу
Главные философские вопросы. Сезон 2: Кто такой Бог?
Композитор Владимир Мартынов о музыке — слышимой и неслышимой
Открывая Россию: Ямал
Криминология: как изучают преступность и преступников
Открывая Россию: Байкало-Амурская магистраль
Введение в гендерные исследования
Документальное кино между вымыслом и реальностью
Из чего состоит мир «Игры престолов»
Мир Владимира Набокова
Краткая история татар
Как мы чувствуем архитектуру
Американская литература XX века. Сезон 2
Американская литература XX века. Сезон 1
Главные философские вопросы. Сезон 1: Что такое любовь?
У Христа за пазухой: сироты в культуре
Антропология чувств
Первый русский авангардист
Как увидеть искусство глазами его современников
История исламской культуры
Как работает литература
История Византии в пяти кризисах
Открывая Россию: Иваново
История Великобритании в «Аббатстве Даунтон»
Самозванцы и Cмута
Поэзия как политика. XIX век
Особенности национальных эмоций
Русская литература XX века. Сезон 6
10 секретов «Евгения Онегина»
Зачем нужны паспорт, ФИО, подпись и фото на документы
История завоевания Кавказа
Открывая Россию: Сахалин
Сталин. Вождь и страна
Ученые не против поп-культуры
В чем смысл животных
Приключения Моне, Матисса и Пикассо в России 
Мир Эйзенштейна
Блокада Ленинграда
Что такое современный танец
Как железные дороги изменили русскую жизнь
Франция эпохи Сартра, Годара и Брижит Бардо
Лев Толстой против всех
Россия и Америка: история отношений
Как придумать свою историю
Россия глазами иностранцев
История православной культуры
Революция 1917 года
Русская литература XX века. Сезон 5
Человек против СССР
Мир Булгакова
Как читать русскую литературу
Что такое
Древняя Греция
Блеск и нищета Российской империи
Мир Анны Ахматовой
Жанна д’Арк: история мифа
Любовь при Екатерине Великой
Русская литература XX века. Сезон 4
Социология как наука о здравом смысле
Кто такие декабристы
Русское военное искусство
Византия для начинающих
Закон и порядок
в России XVIII века
Как слушать
классическую музыку
Русская литература XX века. Сезон 3
Повседневная жизнь Парижа
Русская литература XX века. Сезон 2
Как понять Японию
Рождение, любовь и смерть русских князей
Что скрывают архивы
Русский авангард
Петербург
накануне революции
«Доктор Живаго»
Бориса Пастернака
Антропология
коммуналки
Русская литература XX века. Сезон 1
Архитектура как средство коммуникации
История дендизма
Генеалогия русского патриотизма
Несоветская философия в СССР
Преступление и наказание в Средние века
Как понимать живопись XIX века
Мифы Южной Америки
Неизвестный Лермонтов
Греческий проект
Екатерины Великой
Правда и вымыслы о цыганах
Исторические подделки и подлинники
Театр английского Возрождения
Польское кино: визитные карточки
Зигмунд Фрейд и искусство толкования
Деловые люди XIX века
Английская литература XX века. Сезон 1
Культурные коды экономики: почему страны живут по-разному
Главные философские вопросы. Сезон 5: Что такое страсть?
Золотая клетка. Переделкино в 1930–50-е годы
Как Оптина пустынь стала главным русским монастырем
Последние Романовы: от Александра I до Николая II
Как читать любимые книги по-новому
Как жили обыкновенные люди в Древней Греции
Путешествие еды по литературе
За что мы любим кельтов?
Стругацкие: от НИИЧАВО к Зоне
Гитлер и немцы: как так вышло
Как Марк Шагал стал всемирным художником
История русской еды
Лесков и его чудные герои
Культура Японии в пяти предметах
Главные философские вопросы. Сезон 4: Что есть истина?
Что придумал Бетховен
Первопроходцы: кто открывал Сибирь и Дальний Восток
Сирийские мистики об аде, игрушках, эросе и прокрастинации
Что такое романтизм и как он изменил мир
Финляндия: визитные карточки
Как атом изменил нашу жизнь
Данте и «Божественная комедия»
Шведская литература: кого надо знать
Кто такой Троцкий?
Теории заговора: от Античности до наших дней
Зачем люди ведут дневники, а историки их читают
Помпеи до и после извержения Везувия
Народные песни русского города
Метро в истории, культуре и жизни людей
Идиш: язык и литература
Кафка и кафкианство
Кто такой Ленин?
Что мы знаем об Антихристе
Джеймс Джойс и роман «Улисс»
Главные философские вопросы. Сезон 3: Существует ли свобода?
«Молодой папа»: история, искусство и Церковь в сериале
Антропология Севера: кто и как живет там, где холодно
Как читать китайскую поэзию
Экономика пиратства
Как русские авангардисты строили музей
Как революция изменила русскую литературу
Главные философские вопросы. Сезон 2: Кто такой Бог?
Композитор Владимир Мартынов о музыке — слышимой и неслышимой
Открывая Россию: Ямал
Криминология: как изучают преступность и преступников
Открывая Россию: Байкало-Амурская магистраль
Введение в гендерные исследования
Документальное кино между вымыслом и реальностью
Из чего состоит мир «Игры престолов»
Мир Владимира Набокова
Краткая история татар
Как мы чувствуем архитектуру
Американская литература XX века. Сезон 2
Американская литература XX века. Сезон 1
Главные философские вопросы. Сезон 1: Что такое любовь?
У Христа за пазухой: сироты в культуре
Антропология чувств
Первый русский авангардист
Как увидеть искусство глазами его современников
История исламской культуры
Как работает литература
История Византии в пяти кризисах
Открывая Россию: Иваново
История Великобритании в «Аббатстве Даунтон»
Самозванцы и Cмута
Поэзия как политика. XIX век
Особенности национальных эмоций
Русская литература XX века. Сезон 6
10 секретов «Евгения Онегина»
Зачем нужны паспорт, ФИО, подпись и фото на документы
История завоевания Кавказа
Открывая Россию: Сахалин
Сталин. Вождь и страна
Ученые не против поп-культуры
В чем смысл животных
Приключения Моне, Матисса и Пикассо в России 
Мир Эйзенштейна
Блокада Ленинграда
Что такое современный танец
Как железные дороги изменили русскую жизнь
Франция эпохи Сартра, Годара и Брижит Бардо
Лев Толстой против всех
Россия и Америка: история отношений
Как придумать свою историю
Россия глазами иностранцев
История православной культуры
Революция 1917 года
Русская литература XX века. Сезон 5
Человек против СССР
Мир Булгакова
Как читать русскую литературу
Что такое
Древняя Греция
Блеск и нищета Российской империи
Мир Анны Ахматовой
Жанна д’Арк: история мифа
Любовь при Екатерине Великой
Русская литература XX века. Сезон 4
Социология как наука о здравом смысле
Кто такие декабристы
Русское военное искусство
Византия для начинающих
Закон и порядок
в России XVIII века
Как слушать
классическую музыку
Русская литература XX века. Сезон 3
Повседневная жизнь Парижа
Русская литература XX века. Сезон 2
Как понять Японию
Рождение, любовь и смерть русских князей
Что скрывают архивы
Русский авангард
Петербург
накануне революции
«Доктор Живаго»
Бориса Пастернака
Антропология
коммуналки
Русская литература XX века. Сезон 1
Архитектура как средство коммуникации
История дендизма
Генеалогия русского патриотизма
Несоветская философия в СССР
Преступление и наказание в Средние века
Как понимать живопись XIX века
Мифы Южной Америки
Неизвестный Лермонтов
Греческий проект
Екатерины Великой
Правда и вымыслы о цыганах
Исторические подделки и подлинники
Театр английского Возрождения
Все курсы
Спецпроекты
«1984». Аудиоспектакль
Старший Брат смотрит на тебя! Аудиоверсия самой знаменитой антиутопии XX века — романа Джорджа Оруэлла «1984»
История Павла Грушко, поэта и переводчика, рассказанная им самим
Павел Грушко — о голоде и Сталине, оттепели и Кубе, а также о Федерико Гарсиа Лорке, Пабло Неруде и других испаноязычных поэтах
История игр за 17 минут
Видеоликбез: от шахмат и го до покемонов и видеоигр
Истории и легенды городов России
Детский аудиокурс антрополога Александра Стрепетова
Путеводитель по венгерскому кино
От эпохи немых фильмов до наших дней
Дух английской литературы
Оцифрованный архив лекций Натальи Трауберг об английской словесности с комментариями филолога Николая Эппле
Аудиогид МЦД: 28 коротких историй от Одинцова до Лобни
Первые советские автогонки, потерянная могила Малевича, чудесное возвращение лобненских чаек и другие неожиданные истории, связанные со станциями Московских центральных диаметров
Советская кибернетика в историях и картинках
Как новая наука стала важной частью советской культуры
Игра: нарядите елку
Развесьте игрушки на двух елках разного времени и узнайте их историю
Что такое экономика? Объясняем на бургерах
Детский курс Григория Баженова
Всем гусьгусь!
Мы запустили детское
приложение с лекциями,
подкастами и сказками
Открывая Россию: Нижний Новгород
Курс лекций по истории Нижнего Новгорода и подробный путеводитель по самым интересным местам города и области
Как устроен балет
О создании балета рассказывают хореограф, сценограф, художники, солистка и другие авторы «Шахерезады» на музыку Римского-Корсакова в Пермском театре оперы и балета
Железные дороги в Великую Отечественную войну
Аудиоматериалы на основе дневников, интервью и писем очевидцев c комментариями историка
Война
и жизнь
Невоенное на Великой Отечественной войне: повесть «Турдейская Манон Леско» о любви в санитарном поезде, прочитанная Наумом Клейманом, фотохроника солдатской жизни между боями и 9 песен военных лет
Фландрия: искусство, художники и музеи
Представительство Фландрии на Arzamas: видеоэкскурсии по лучшим музеям Бельгии, разборы картин фламандских гениев и первое знакомство с именами и местами, которые заслуживают, чтобы их знали все
Еврейский музей и центр толерантности
Представительство одного из лучших российских музеев — история и культура еврейского народа в видеороликах, артефактах и рассказах
Музыка в затерянных храмах
Путешествие Arzamas в Тверскую область
Подкаст «Перемотка»
Истории, основанные на старых записях из семейных архивов: аудиодневниках, звуковых посланиях или разговорах с близкими, которые сохранились только на пленке
Arzamas на диване
Новогодний марафон: любимые ролики сотрудников Arzamas
Как устроен оркестр
Рассказываем с помощью оркестра musicAeterna и Шестой симфонии Малера
Британская музыка от хора до хардкора
Все главные жанры, понятия и имена британской музыки в разговорах, объяснениях и плейлистах
Марсель Бротарс: как понять концептуалиста по его надгробию
Что значат мидии, скорлупа и пальмы в творчестве бельгийского художника и поэта
Новая Третьяковка
Русское искусство XX века в фильмах, галереях и подкасте
Видеоистория русской культуры за 25 минут
Семь эпох в семи коротких роликах
Русская литература XX века
Шесть курсов Arzamas о главных русских писателях и поэтах XX века, а также материалы о литературе на любой вкус: хрестоматии, словари, самоучители, тесты и игры
Детская комната Arzamas
Как провести время с детьми, чтобы всем было полезно и интересно: книги, музыка, мультфильмы и игры, отобранные экспертами
Аудиоархив Анри Волохонского
Коллекция записей стихов, прозы и воспоминаний одного из самых легендарных поэтов ленинградского андеграунда 1960-х — начала 1970-х годов
История русской культуры
Суперкурс Онлайн-университета Arzamas об отечественной культуре от варягов до рок-концертов
Русский язык от «гой еси» до «лол кек»
Старославянский и сленг, оканье и мат, «ѣ» и «ё», Мефодий и Розенталь — всё, что нужно знать о русском языке и его истории, в видео и подкастах
История России. XVIII век
Игры и другие материалы для школьников с методическими комментариями для учителей
Университет Arzamas. Запад и Восток: история культур
Весь мир в 20 лекциях: от китайской поэзии до Французской революции
Что такое античность
Всё, что нужно знать о Древней Греции и Риме, в двух коротких видео и семи лекциях
Как понять Россию
История России в шпаргалках, играх и странных предметах
Каникулы на Arzamas
Новогодняя игра, любимые лекции редакции и лучшие материалы 2016 года — проводим каникулы вместе
Русское искусство XX века
От Дягилева до Павленского — всё, что должен знать каждый, разложено по полочкам в лекциях и видео
Европейский университет в Санкт‑Петербурге
Один из лучших вузов страны открывает представительство на Arzamas — для всех желающих
Пушкинский
музей
Игра со старыми мастерами,
разбор импрессионистов
и состязание древностей
Стикеры Arzamas
Картинки для чатов, проверенные веками
200 лет «Арзамасу»
Как дружеское общество литераторов навсегда изменило русскую культуру и историю
XX век в курсах Arzamas
1901–1991: события, факты, цитаты
Август
Лучшие игры, шпаргалки, интервью и другие материалы из архивов Arzamas — и то, чего еще никто не видел
Идеальный телевизор
Лекции, монологи и воспоминания замечательных людей
Русская классика. Начало
Четыре легендарных московских учителя литературы рассказывают о своих любимых произведениях из школьной программы
Лекции
11 минут
1/6

Возвращение философии

Кто, как и почему в сталинское время стал заниматься философией — спустя четверть века после того, как ее традиции были уничтожены

Александр Архангельский

Кто, как и почему в сталинское время стал заниматься философией — спустя четверть века после того, как ее традиции были уничтожены

12 минут
2/6

Дворец под колпаком

Как выпускники философского факультета МГУ создали территорию свободы в журнале — рупоре коммунистических партий в начале 1960-х годов

Александр Архангельский

Как выпускники философского факультета МГУ создали территорию свободы в журнале — рупоре коммунистических партий в начале 1960-х годов

11 минут
3/6

Невероятный институт

Как в советском академическом институте читали передовые буржуазные газеты, изучали театр, движение хиппи и современную западную философию

Александр Архангельский

Как в советском академическом институте читали передовые буржуазные газеты, изучали театр, движение хиппи и современную западную философию

15 минут
4/6

Удавка сжимается

Как советские танки, вошедшие в Прагу в 1968 году, положили конец существовавшим прежде возможностям заниматься гуманитарной наукой

Александр Архангельский

Как советские танки, вошедшие в Прагу в 1968 году, положили конец существовавшим прежде возможностям заниматься гуманитарной наукой

15 минут
5/6

Перед шлагбаумом

Что сделали философы для школьников, слепоглухонемых людей, для литературы, кинематографа и для изменения мира

Александр Архангельский

Что сделали философы для школьников, слепоглухонемых людей, для литературы, кинематографа и для изменения мира

10 минут
6/6

Победа и разочарование

Что подарили миру советские философы: осознание невозможности изменить действительность или возрожденный язык философствования?

Александр Архангельский

Что подарили миру советские философы: осознание невозможности изменить действительность или возрожденный язык философствования?

Материалы
Элементарный путеводитель по философии XX века
9 немецких, французских и англосаксонских традиций в философии Новейшего времени
Карта интеллектуальной Москвы 60-х годов
Важные места, в которых проводила время молодежь
11 афоризмов Аверинцева
Высказывания и суждения Сергея Аверинцева, записанные Михаилом Гаспаровым
Как пропихнуть в научное издание непроходную статью
Способы обойти цензуру в СССР в 1960–70-х годах
10 высказываний Мамардашвили
Цитаты из лекций и статей, которые помогут понять Россию и не только
Десять шестидесятников о своей молодости
Режиссеры, писатели и артисты — о консервах, брюках и свободе
7 запрещенных фильмов шестидесятых
Советские картины про деревню, гуманность и 50-летие Октября, пылившиеся на полках
16 реплик Александра Пятигорского
Фрагменты из съемок о свободе, думании, смерти и о других философских предметах
Философский пароход в цифрах
Количество кальсон, сумма ненаписанных книг, время до апоплексического удара Ленина
Хроника отношений культуры и власти эпохи застоя
События, без которых невозможно представить культурную картину мира XX века
Ученый о благодати и благодарности
Сергей Аверинцев разбирает притчу об исцелении десяти прокаженных
Правда из «Комсомольской правды»
Советы, которые давали советские граждане советской власти в 1960-х годах
Сталин — философ
10 высказываний Иосифа Сталина о философии
Александр Архангельский: «История сильнее вождя»
Как читать Карла Маркса
Художник Гутов рассказывает о философе Лифшице — одном из тех, кто понял Маркса правильно
Homo soveticus
Не всегда приятный человек в описании социолога Юрия Левады
Пятигорский на могиле Пруста
Философ поминает и вспоминает французского писателя
Коммунисты поздравляют коммунистов
Поздравления журналу «Проблемы мира и социализма»
Отличите Маркса от не‑Маркса
Угадайте, какое высказывание принадлежит основателю диалектического материализма
Секс, наркотики и рок‑н‑ролл в советской прессе
Вудстокский фестиваль глазами будущего театрального критика Виталия Вульфа
Паола Волкова о том, что больше не повторится
Искусствовед вспоминает о шестидесятых
Вячеслав Глазычев о времени без надежды
Профессор Архитектурного института о том, что никто не знал того, чем занимался
Элитный детский дом
Фильм о детях опальных лидеров и революционеров из 85 стран мира
Виталий Вульф о неприкаянности
Театровед о секретах работы в советском институте и об антисоветчиках
«Россия, одумайся, ты одурела!»
Речь Юрия Карякина после победы на думских выборах 1993 года партии Владимира Жириновского
«История моего сожительства»
Стихотворение доктора философских наук о восприятии марксизма советской интеллигенцией
Философский футбол
Легендарный скетч комик‑группы «Монти Пайтон»
Фильм о Мерабе, снятый его учеником
О философе вспоминают Эдуард Шеварднадзе, Юрий Левада, Отар Иоселиани, подруги и друзья