Мобильное приложение
Радио Arzamas
УстановитьУстановить
Курс № 79 Метро в истории, культуре и жизни людейЛекцииМатериалы

Расшифровка Сталинское метро: роскошь и идеология

Как архитекторы-традиционалисты победили конструктивистов, когда москов­ское метро превратилось в дворцы и что именно в метро изменила война

Мы с вами поговорим о московском метро — о сталинском метро, о том красивом идеологическом метропо­литене, который привлекает всеобщее внимание, — и о его архитектуре.

Московский метрополитен начали проектировать в начале 1930-х годов. А какой была архитектура в те годы? Лидирующими фактически были две группи­ровки: конструктивисты, функционалисты — сторонники «прогрес­сивного» современного дизайна и архитектуры — и архитек­торы-неоклассики, которые стремились к историзму в архитектуре, к архаике, к применению приемов дореволюционного зодчества в современных проектах.

В эти же годы начинается перестройка идеологии во всем искусстве. В 1920-е существовало множество различных группировок, они могли свободно конку­рировать между собой, предлагать свои стили и решения. Но в начале 1930-х власть затевает перестройку идеологии. В 1932 году выходит известное постановление «О перестройке литературно-художе­ственных организаций», которое распускало все творческие союзы — взамен организовывались единые союзы советских архитекторов, советских композиторов, советских художни­ков и так далее.

Единые союзы были удобны власти тем, что им легче диктовать свою волю и вкусы, в частности в архитектуре. Когда группировок много, то приходи­лось с каждым договариваться отдельно, организовывать какие-то схемы или кон­курсы по выбору нужного проекта. С одним союзом проще договориться, на его уровне проще провести цензуру проектов, проще сообщить, какой стиль нужен власти: какие проекты поощрить, какие — запретить.

После создания Союза советских архитекторов единый стиль не был выработан властью. По инерции еще некоторое время продолжалась борьба между конструктивистами и неоклассиками. Однако с помощью проведения конкурса на Дворец Советов или восхваления в прессе проекта дома Жолтов­ского на Мо­хо­вой улице власть ясно давала понять, что ее интересуют именно неокласси­ческие проекты — с пышным декором, ордерной архитектурой, с капите­лями, — в которые внесена советская эмблематика.

Постановление «О строительстве Московского метрополитена» было принято в июне 1931 года, но архитек­турные проекты разрабатывались лишь в 1934 го­ду. Здесь нужно уточнить, что архитекторы в метро являются просто оформи­телями конструктивных схем, то есть им приходит задание в виде конструк­тивной схемы — они продумывают, как ее оформить. Они изначально не могут влиять на конструкцию самой станции, потому что конструкция выбирается исходя из геологической обстановки, почв-плавунов и так далее. Поэтому архитекторов уже подключают на практически финальном этапе. В данном случае это был 1934 год. К этому моменту борьба между конструктивистами и неоклассиками была в самом разгаре: она завершится чуть позже, в 1936–1937 годах.

Таким образом, первая очередь Московского метрополитена, построенная к 1935 году, уникальна тем, что участие в архитектурных проектах смогли принять и архитекторы-неоклассики, и архитекторы-конструктивисты. На первой очереди было показано все разнообразие архитектурных течений, которые существовали на тот момент.

 
Что такое конструктивизм?
Объясняем на примере пяти зданий

Первая очередь метрополитена — это известная линия от «Сокольников» до «Парка культуры» с ответвлением до «Смоленской»; она сооружалась с 1931 по 1935 год. Ее заказчики дали установку построить «дворцы для народа» и критически осмыслить архитектурное наследие.

На этих станциях практически нет монументального искусства, оно присут­ствует там лишь выборочно — на «Комсомольской» или «Дзержин­ской» (ныне «Лубянка»). В основном используются унифицированные элементы отделки. Это объясняется тем, что сроки строительства были довольно сжатыми и неко­гда было создавать для каждой станции метро отдельную люстру, отдельную ручку и прочую фурнитуру. Поэтому для практически всех станций были сделаны одинаковые светильники, что позволило сократить сроки строитель­ства и оформления.

Теперь давайте рассмотрим каждую конкретную станцию и посмотрим, где проявился конструктивизм и функционализм, а где уже набирал обороты неоклассицизм.

Конструктивизм встречается, например, в вестибюле «Красносель­ской»: у него было использовано ленточное остекление вестибюля, интересно была оформлена подсветка лестниц на станции — она была полуовальной формы и напоминала известные конструктивистские постройки, овальные ризалиты конструктивистских зданий.

Вестибюль станции метро «Красносельская». 1938 год © Георгий Петрусов / МАММ / МДФ

Другой пример — это яркий вестибюль «Красных Ворот», который был построен архитектором Николаем Ладовским: он похож на раковину, которая завлекает пассажира внутрь, под землю.

И кстати, «Красные Ворота» — уникальная станция, потому что на ней происходит стык неоклассики и конструктивизма: наверху строит свой вестибюль-ракушку Ладовский, а внизу, под землей, станцию оформляет классицист Иван Фомин, зодчий старшего поколения. Пилоны он облицо­вывает красным мрамором в виде тех самых московских снесенных Красных ворот, в честь которых названа станция.

Станция «Лубянка» (на тот момент «Дзержинская») оформлена архитектором Ладовским. «Дзержинская» Ладовского как раз подчеркивает впечатление подземелья, он противоречит своим проектом установке, которую дала партия: построить светлые дворцы, которые не создают ощущения подземелья. Ему удается неизвестным образом провести свой проект до реализации и подчерк­нуть, что человек находится под землей. Для перронов он сохраняет форму тоннеля — более того, он ее уси­ли­вает подпружными арками, подчер­кивая напряженность конструкции, которая выдерживает огромное давле­ние грунта. И тем самым архитектор ставит во главу угла техническую функцию сооруже­ния. Это последняя реализация конструктивистов — затем станции примут дворцовую форму.

Станция метро «Дзержинская». 1935 год © Георгий Петрусов / PastVu.com

Мы поговорили о конструктивизме. А какие же станции первой очереди были неоклассическими? К ним можно отнести «Комсомольскую». Это вообще самая яркая станция первой очереди, которая была построена архитектором Дмитрием Чечулиным. На ней он делает оформление в виде ордерной системы колонн с модернизирован­ными капителями; он оформляет часть подземного вестибюля майоликовым панно по рисунку художника Лансере; вестибюль оформлен росписями Фаворского.

Эта станция такая яркая, потому что это ворота в город: на «Комсомоль­скую» прибывали все гости столицы, и она должна была как раз создавать такое яркое впечатление о Московском метрополитене. Нахваливая этот проект, власти дают понять, что в дальнейшем станции должны быть примерно такого типа, как «Комсомольская» у Чечулина.

Тот же Чечулин оформляет вестибюль «Охотного Ряда», и это тоже неокласси­ческая постройка. На «Охотном Ряду» в ниши он вставляет скульптуры спортсменов — такая классика 1930-х годов.

Наземный вестибюль станции метро «Охотный Ряд» (бывшая «Имени Кагановича»). 1955–1956 годы © PastVu.com

Еще одной яркой станцией является «Дворец Советов», ныне «Кропот­кинская», архитекторы Алексей Душкин и Яков Лихтенберг. Эта станция замечательна тем, что там применен минимум архитектурных художественных средств: зодчие показывают вот эту «дворцовость» с помощью системы безбалочного перекрытия. Он освещает верхнюю часть станции (скрытые источники света находятся за капителями колонн), и получается эффект — она невесома и парит в воздухе. При этом если рассмотреть станцию внимательнее, то вы не найдете там богатых архитектур­ных форм, которые могли бы создать такой вау-эффект.

Образы остальных станций первой очереди были довольно абстрактными: у них не было какой-то конкретной темы, эти станции можно было построить в любом месте Москвы, поменять их названия между собой — ничего не изменится. То есть это была универсальная вещь: станция как транспорт, а не как художественное произведение.

Таким образом, на станциях первой очереди мы видим разнообразие архи­тектуры. Мы видим и проявление конструктивизма, и проявление неоклассики, и просто унифицирован­ные станции, обычные транспортные сооружения: в них нет еще той красоты, которую мы ассоциируем со словами «сталинское метро».

А теперь перейдем ко второй очереди Московского метрополитена. Ее соору­жали с 1935 по 1938 год. Какие это были станции? Это была «Киевская», ныне радиальная, голубой линии метро, станции «Площадь Революции» и «Курская» синей ветки метро и Горьковский радиус — это зеленая линия от «Площади Свердлова», ныне «Театральной», до «Сокола» — на север.

Архитектура второй очереди метро характеризуется чрезмерным увеличением декоративного начала в архитектуре. В те годы набрала свои обороты борьба с конструктивизмом, с упрощенчеством в архитектуре, с функционализмом. Архитекторы, понимая эту тенденцию, налегают на различные декоративные элементы.

Во второй очереди мы видим чрезмер­ное использование дорогостоящих материалов: оникс, родонит, нержавею­щая сталь, фарфор; появляются различные декоративные детали убранства; мрамор используется для облицов­ки не только стен и колонн, но и пола. Маятник качнулся в сторону от чистого практицизма: мы видим увлечение дорогим декором.

Наверное, это можно объяснить не только идеологией, но и влиянием набрав­шего популярность за рубежом стиля ар-деко, который также характеризовался использованием дорогостоящих материалов и стилизо­ванными растительными мотивами.

Можно выделить и другую тенденцию: появляются проекты, которые раскры­вают тему. Архитектору дается тема, и он решает ее либо образно, ассоциа­тив­но, либо конкретно: привлекает художника или скульптора, который создает целую галерею на заданную тему. Пассажиру, приезжающему на станцию, в лоб дают понять, чему она посвящена.

Давайте рассмотрим, какие станции были построены в рамках второй очереди.

Первой была построена «Киевская», открытая в марте 1937 года вместе с метро­мостом от станции «Смолен­ская». Ее строил тот же Дмитрий Чечулин. Он при­меняет дорогие, красивые отделочные материалы: керамику для колонн, мра­мор, для части колонн он даже применяет полупрозрачный оникс, который, к сожалению, не выдержал проверки времени — потом его все-таки заменят на мрамор. Впервые был применен в качестве архитектурного элемента фарфор Ленинградского завода.

Тема Украины на «Киевской» была передана довольно отвлеченно: с помощью орнамента на полу из мрамора и изображений зерновых культур на капителях. Но мы не видим тут Украину так, как мы привыкли видеть ее на более поздних сталинских станциях.

Этот проект одобряет архитектурная пресса — и в новых проектах архитек­торы не будут жалеть тех материалов, которые Чечулин использовал на станции «Киевская».

Станция метро «Киевская». 1940–1948 годы PastVu.com

«Аэропорт» — это уникальная станция, потому что ее можно назвать прямым представителем стиля ар-деко. Мы ви­дим на ней модернизированный расти­тельный орнамент капителей, богатые материалы отделки. Кроме того, архи­текторы раскрывают тему аэропорта, воздуха образными элементами: они красят свод в голубой цвет, чтобы он напоминал небо, стены инкрусти­руют мрамором в виде строп парашюта. Здесь была использована односводчатая конструкция, и пассажир, выходя из поезда или заходя на станцию, ощущал этот эффект неба, раскрытых парашютов, необычайную легкость. Здесь зодчие изящно раскрывают тему авиации: они не прибегают к конкрет­ным сюжетам или персонажам, а пере­дают ее опосредованно.

 
Советское ар-деко, или Что такое постконструктивизм
Как опознать архитектуру 1930-х годов

Другие станции второй очереди — ну, например, «Сокол», «Курская», «Бело­русская» — это просто стильные современные станции, которые не имеют заданной темы в оформле­нии. Они просто красиво оформлены, в них используется, так же как и в других, мрамор — и на полу, и на стенах.

(Почему мрамор на полу важен для второй очереди? Потому что на станциях первой очереди на полу лежал только асфальт — знак голого практицизма. Во второй очереди пол становится объектом оформления. Художники и архи­текторы разраба­тывают рисунки для каждой своей станции и из кусочков мрамора, из отхо­дов производства делают незамысловатые орнаменты — а где-то и очень интересные. Но, к сожалению, такая богатая отделка не про­шла проверку временем, потому что мраморные полы довольно быстро исти­рались, причем неравномерно: какие-то камни — медленно, какие-то — быстрее; люди спотыкались. И через десять-двадцать лет полы стали заменять на гранитные.)

Но популярными у народа и у руковод­ства страны становятся станции, где оформление конкретно и выразительно: это станции — картинные галереи.

Один из самых ярких примеров — это «Маяковская» Алексея Душкина. На ней было применено оригинальное решение конструкции, раньше нигде в мире не применявшееся: это была станция глубокого заложения, но не пилонная, а колонная.

Однако примечательна она не только этим: мы видим применение и нержа­вею­щей стали, и дорогого камня родонита на колоннах. А самое важное — в архитек­туру возвращается мозаика. Это древнее искусство, которое было фактически запрещено в первые годы советской власти из-за своей архаич­ности. Но уже в 1930-е годы архитектура обращается к истории: и зодчие, и руководство страны поддерживают использование элементов оформления, которые мы видели в старой архитектуре. И фактически мозаика оказывается разрешена. Душкин решается применить ее, заполняя «купола», которые образуются с помощью конструктивных элементов.

Архитектор обратился к Александру Дейнеке — это самый популярный художник-соцреалист 1930-х годов, — который решает передать тему «жизнь Владимира Маяковского» не дословно. С помощью своих эскизов Дейнека передает дух его произведений. Он показывает полнокровную жизнь Страны Советов в течение суток; цикл так и называется — «Сутки Страны Советов». Дейнека показывает спортсменов, раскрытые парашюты, самолеты, развеваю­щиеся знамена — это легкость, динамика, которая характерна для искусства 1930-х годов, которое изображает развивающееся социалистическое государ­ство. Смотришь на эти мозаики — и хочется жить и дышать полной грудью. Сам Маяковский как личность вообще не присутствовал на станции: его бюст работы Александра Кибальникова здесь появится только в конце 1950-х годов.

 
Лекция «Соцреализм»
От Дейнеки до картины «Опять двойка»: какой стиль живописи создал Сталин
 
9 советских мозаик
Из которых четыре еще можно увидеть, а пять уже нельзя

Станция «Площадь Революции» — это одна из самых известных станций московского метро. Она была построена Душкиным и оформлена скульптурной галереей Матвея Манизера. На ней революция показана не как случивший­ся факт; наоборот, раскрыто развитие революционной ситуации в стране, а также развитие страны в послерево­люционные годы.

Серия скульптур начинается с суровых персонажей революционного времени: это матросы, революционные военные. Потом их сменяют колхозники и рабо­чие — показан период модернизации сельского хозяйства; в конце зала изображены спортсмены, счастливые семьи, дети, студенты. Завершал ряд барельеф с изображением Ленина и Сталина. Предполагалось, что пасса­жир, который спускается на станцию, проходит мимо скульптур, как бы проживает двадцать лет, прошедшие с момента революции, и видит не только ужасы Гражданской войны, но и результаты последующего созида­тельного труда. А сам революционный энтузиазм здесь показан довольно отвлеченно — с помощью красных арок на белом фоне.

И еще две станции второй очереди также представлены в виде галерей. Это «Площадь Свердлова», ныне «Театральная», архитектора Ивана Фомина. Это опять классическая архитектура, мраморные полуколонны, а тема дружбы народов здесь передана с помощью фарфоровых фигурок скульптора Натальи Данько: они показывают, как народы Советского Союза живут в единой счастли­вой семье.

А станция «Динамо» посвящена спортивной теме, потому что построена рядом с одноименным стадионом. Здесь в круглых рельефах показан двадцать один вид соревнований, по которым проводились спартакиады народов СССР. Скульптор — Елена Янсон-Манизер

Чрезмерное богатство отделки станций второй очереди показало себя плохо: мраморный пол быстро истирался, оникс на колоннах быстро трескался, его приходилось заменять на мрамор. Эти ошибки слишком богатого декора второй очереди были учтены на станциях третьей очереди.

Третья очередь сооружалась с 1938 по 1944 год, а обсуждать ее строи­тельство начали еще в 1936 году. Первоначально планировалось, что в рамках этой очереди будет построена Кольцевая линия, причем ровно под Садовым коль­цом, но после рекон­струкций и расширений некоторых участков Садового строительство Кольцевой решили отложить. И в июле 1937 года решили построить Замоскворецкий радиус до «Завода имени Сталина» — сейчас это зеленая линия от станции «Театральная» до «Автозаводской», — а также продлить Покровский радиус от Курского вокзала до «Стадиона имени Сталина», ныне это синяя линия от станции «Курская» (радиальная) до «Партизанской».

Эти два радиуса должны были обеспе­чить доступ рабочих к промышленным объектам — и заводу имени Сталина, и электрозаводу имени Куйбышева, — а также сделать более доступным Павелецкий вокзал.

В проектах станций третьей очереди архитектура осталась идейной и отражала важнейшие темы пропаганды. Каждая станция теперь должна была ярко отражать и свою собственную тему в частности, и сталинскую заботу о людях в целом. В эти годы набирал обороты культ личности и санкционировалась замена понятий «партия», «правительство» на «Сталин».

Руководству хотелось большей конкретности тем. Им не нравилась отвлечен­ность станций предыдущих очередей, хотелось боль­шей вырази­тельности. И теперь каждая станция посвящалась определенной теме. Например, на стан­ции «Электро­заводская» планировалось отразить стахановское движение, на станции «Завод имени Сталина» — расцвет индустриализации, на станции «Павелецкая» — расцвет социалисти­ческого Донбасса, а, например, на станции «Стадион СССР», которая планировалась рядом с нынешней «Партизан­ской», — триумф советского спорта.

Война, начавшаяся в июне 1941 года, разделила ожидания и реальность неви­димой непреодолимой стеной. И здесь интересно сравнить, какими видели станции архитекторы изначально и что получилось в действительности.

Станции, темой которых должен был стать мирный созидательный труд, пришлось в значительной степени переделать. Тема защиты родины стала основной, и мимо нее не могло пройти искусство. Зодчие ставили перед собой задачу создать образы, отражающие патриотизм советского народа.

К моменту начала войны были соору­жены тоннели, а кое-где — эскалатор­ные наклоны и центральные залы станций третьей очереди. Оставалось установить эскалаторы и раскрыть центральные залы, а также облицевать стены. Будь строительство метро на другом этапе, открытие станций во время войны вряд ли бы случилось. В условиях тяжелого времени строители не могли бы обеспечить станции эскалаторами, облицевать их мрамором. И что уж здесь говорить про выработку подземных шахт, строительство тоннелей — конечно, этого бы не случилось. Но благодаря удачному стечению обстоятельств откры­тие случилось как раз в разгар Великой Отечественной войны — в 1943–1944 годах.

Я сосредоточусь на нескольких стан­циях, которые я считаю самыми яркими. Первая станция, на которой сказалась тяжесть военного времени, — это «Паве­лецкая», которую не смогли построить в запланированном виде. Она была без центрального зала: были сооружены только перронные залы и не было центральной части, которую мы привыкли видеть на станции глубокого заложения. Это случилось потому, что днепропетровский завод, который должен был снабдить строительство металлоконструкциями, попал во временную оккупацию.

Станция метро «Павелецкая». 1945 год Государственный музей архитектуры имени А. В. Щусева

На станции «Павелецкая» планиро­валось показать расцвет Донбасса, ведь именно с Павелецкого вокзала туда идут поезда. Архитекторы Виктор и Алек­сандр Веснины снова привлекли художника Дейнеку, который делал для них цикл мозаик «Донбасс — всесоюз­ная кочегарка». Он сделал четырнад­цать мозаик, но как раз из-за того, что центральный зал не был раскрыт, эти мозаики пришлось установить на стан­ции «Новокузнецкая» — добавить их в свод центрального зала. Они уместились не все, и часть этих мозаик были утеряны, а те мозаики, которые выжили, оказались выстроены не в том порядке, кото­рый планировался художником, поэтому сейчас они смотрятся как-то оторвано от общей архитектуры станции «Новокузнецкая»: они перегружают простран­ство, кажутся лишними.

Саму же станцию «Новокузнецкая» собирались посвятить Генеральному плану развития Москвы 1935 года, потому что вестибюль ее должен был располагать­ся на части Бульварного кольца, которую планировалось пробить в Замоскво­речье. Но война сменила планы — и станцию посвятили не рекон­струкции Москвы, а речи товарища Сталина, которую он произ­нес 7 ноября 1941 года на Красной площади, вспоминая о великих предках. И на станции разместили, помимо упомянутых мной мозаик, еще и овальные медальоны с портретами русских полководцев в обрамлении знамен и оружия соответ­ствующей эпохи: среди них Александр Невский, Дмитрий Донской, Кузьма Минин, Дмитрий Пожарский, Александр Суворов, Михаил Кутузов.

Станцию «Бауманская», построенную архитектором Борисом Иофаном, планировалось в конце 1930-х годов назвать «Спартаковская». И в соответ­ствии с названием ее планировалось посвятить античному Риму. На пьеде­сталах у вестибюля хотели установить бронзовые скульптуры с античным рабом, который разорвал оковы и поднял меч в знак восстания против угнетателей, а рядом — свободного советского спортсмена, того человека будущего, который добился свободы в Советской стране.

Но война спутала планы, и в 1943 году архитектор переделывает оформление станции: теперь она посвящена уже не античному Риму, а обороне Советской страны. На «Бауманской» установлены скульптуры воинов и работников тыла скульптора Вячеслава Андреева — такая галерея военного времени.

Станция метро «Бауманская». 1944 год Государственный музей архитектуры имени А. В. Щусева

Станция «Стадион СССР», или «Ста­дион имени Сталина» (ныне «Партизан­ская»), должна была располагаться у будущего огромного сооружения — всесоюзного стадиона народов. Есте­ственно, ее планировали посвятить теме спорта в Советском Союзе. Скульптор Матвей Манизер выполнял для нее оформление: делал макеты фигур физкультурников. Станция уникальна своей конструк­цией: в ней расположено три пути — это нужно, чтобы привозить или увозить со стадиона большие потоки людей.

Во время войны станцию решают посвятить теме партизанского движения. Манизер создает скульптуры Матвея Кузьмина и Зои Космодемь­янской — известных партизан того времени. В рельефных элементах вместо спортивной темы появляется оружие и лес, в котором прятались партизаны. И эта тема подчеркнута в лозунге, в цитате Сталина, которую мы видим перед спуском на станцию: «Партизанам и партизанкам — слава!» Эта станция потом все советские годы и уже в наше время называлась «Измайловская»  Нынешняя станция «Партизанская» с 1944 до 1947 года называлась «Измайловский парк культуры и отдыха имени Сталина», с 1947-го до 1963-го — «Измайловская», а с 1963-го до 2005го — «Измайловский парк». При этом станция, которая называется «Измайловская» сейчас, в 1961–1963 годах называлась «Измайловский парк». В 1963 го­ду эти станции поменялись названиями., но в 2005 го­ду к юбилею победы ее переименовали в «Партизанскую» в соответствии со скульп­турным и идеологическим оформлением.

Итак, подведем итог станциям третьей очереди. Мы видим, что теперь все станции имеют конкретную тему, но самой основной из них, конечно, является война.

Перейдем теперь к четвертой очереди, к тем самым красивым станциям, которые мы привыкли вспоминать, когда мы говорим про сталинское метро. Это как раз Кольцевая линия: самые яркие, самые пышные станции, которые отражают и триумф победы, и триумф создания большой империи; триумф побед не только на полях сражений, но и на фронтах созида­тельного труда по восстановлению народного хозяйства.

Станции четвертой очереди начали проектировать еще во время войны, а строительство началось уже во второй половине 1940-х годов. И естественно, что без темы победы в войне не могла обойтись практически ни одна из первых станций четвертой очереди.

Тема победы — это основная тема Коль­цевой линии. Здесь мы видим такие памятники архитектуры, как «Комсо­моль­ская», «Курская», «Калужская» (ныне «Октябрьская»), «Таганская» — все они так или иначе посвящены теме победы.

Рассмотрим эти станции подробнее. Самая яркая станция, конечно, «Комсо­мольская» Кольцевой линии, построен­ная по проекту архитектора Алексея Щусева, который не дожил до ее открытия. Щусев оформил станцию стилизо­ванным русским барокко, а на сводах станции поместил цикл мозаик художни­ка Павла Корина о победах русского оружия. Здесь он визуализирует ту речь Сталина, которую тот произнес в ноябре 1941 года, вспоминая великих предков. И Корин показывает великие победы под руководством и Александра Нев­ского, и Дмитрия Донского, и Кутузова, и Суворова — и в следующих мозаиках уже переходит к победам под руковод­ством Сталина.

Павел Корин. Эскиз станции метро «Комсомольская» © Павел Корин / Дом-музей Павла Корина

Станция «Курская» Кольцевой линии сама по себе не такая же яркая, но ярок у нее наземный вестибюль, который сооружен недалеко от Курского вокзала. Это фактически триумфальная арка, портал победы, который посвящен триумфу народа и Сталина в Великой Отечественной войне. Когда пассажир заходит в этот вестибюль, он оказыва­ется буквально в пантеоне.

Его встречает ротонда, в верхней части которой установлены скульптуры, которые держат венки славы над головами проходящих пассажиров, будто осеняя их и празднуя победу. Ранее пассажиров встречала и скуль­птура Сталина, которая располагалась в нише прямо напротив входа. И пассажир, входя в этот храм славы, в этот пантеон, чувствует пиетет к победам прошлого и к триумфу в Великой Отечественной войне.

Станция метро «Курская». 1950-е годы © Наум Грановский / Центр фотографии имени братьев Люмьер

Станция «Калужская», ныне «Октябрь­ская», Кольцевой линии архитектора Леонида Полякова — это тоже подземный храм и памятник героям войны. Архитектор ориентировался на наследие русского зодчества начала XIX века. Фасад вестибюля был оформлен как триумфальная арка, воздвигнутая в честь величайшей победы советского оружия. Классические барельефы, на которых мы привыкли видеть аллегории, здесь содержат современные образы советских людей.

Подземная часть должна была показать портретную галерею героев, защищав­ших Москву, с конкретными фамилия­ми, но в дальнейшем было решено отка­заться от написания фамилий, и это стало абстрактной галереей неизвестных героев, которые защищали страну во время Великой Отечественной войны.

На станции «Таганская» Кольцевой линии представлен Парад Победы, на кото­ром кричат «Слава!» всем участникам войны: «Слава героям-морякам», «Слава героям-кавалери­стам», «Слава героям-пехотинцам», «Слава героям-железно­дорожникам». А в торце станции изначально была скульптура Сталина в окру­жении счастливых советских людей во время салюта на Красной площади 1945 года.

Станция метро «Таганская». 1950-е годы © МАММ / МДФ

Остальные станции Кольцевой линии были посвящены каждая своей теме. Например, станция «Серпуховская», ныне она называется «Добрынинская», посвящена теме дружбы народов Советского Союза. На ее пилонах были представлены шестнадцать барельефов с представителями всех союзных республик, а в торце располагался барельеф Сталина с цитатой из гимна.

Станция метро «Добрынинская» (бывшая «Серпуховская»). 1951 год © Леонид Великжанин / метрофото.рф

Станции «Павелецкая» и «Ботаниче­ский сад» (ныне «Проспект Мира» Кольцевой линии) были посвящены теме сталинского плана преобразования природы. Станция «Парк культуры» Кольцевой линии была посвящена праву советского человека на отдых. На других станциях были представлены тема созидательного труда, тема расцвета национальности в единой счастливой советской семье и так далее.

Пятая очередь Московского метропо­литена сооружалась уже после смерти Сталина — это середина 1950-х годов. В нее входят продление Фрунзенского радиуса — это красная линия от «Парка культуры» до станции «Универси­тет» — и оранжевая линия от станции метро «Проспект Мира» Кольцевой линии до станции «ВСХВ», ныне «ВДНХ».

Пятая очередь характеризуется как раз ломкой того роскошного стиля, кото­рый установился к середине 1930-х годов. Ломка стиля проходила под знаме­нем удешевления: надо было снижать стоимость строительства и стоимость архитектурной отделки, а не менять стиль просто потому, что этого хочется руководству страны.

Нужно заметить, что еще в сталинское время пытались снизить себестоимость оформления станций, в прессе были призывы заменить дорогостоящие мате­риалы более дешевыми. Но из-за того, что тот неоклассический, архаический монументальный стиль все-таки был официальным, его нельзя было поменять в корне.

Полноценно стиль изменили лишь в хрущевское время: сначала на Всесоюз­ном совещании строителей-архитекторов в конце 1954 года, где ругали самые пом­пезные постройки сталинского времени, а затем в поста­новлении «Об устране­нии излишеств в проектировании и строительстве», которое было выпущено в ноябре 1955 года. В результате не только была убрана декоративная отделка, но и радикально поменялся стиль. Наступало время советского модернизма, хотя и переключение между стилями произошло не мгновенно.

Станции глубокого заложения, спроектированные уже после смерти Сталина, имели те же габариты, что и в конце 1940-х годов. По большому счету на пер­вом этапе произошел только отказ от монументального декоративного искус­ства: от мозаик, от скульптур, от барельефов; сама же отделка оставалась пример­но такой же, как и на станциях четвертой очереди.

Но это касается только станций глубокого заложения. На наземных же станциях, которые сооружались в конце 1950-х годов, — это «Ленинские горы» и станции Филевской линии — победу праздновал новый стиль, советский модернизм. Особенно это проявлялось в необычайно легких павильонах вестибюлей со сплошным остеклением.

С отказом от помпезного сталинского стиля в архитектуре наступила борьба и со сталинским политическим наследием: началась борьба с культом личности на станциях московского метро, которая продолжалась с 1961-го до конца 1960-х годов.

К счастью, борьба со сталинским стилем не коснулась убранства уже построен­ных станций, а лишь образа Иосифа Сталина в их монументальном оформле­нии. После проведения XXII съезда КПСС и выноса тела Сталина из Мавзолея в 1961 году началась охота на изображения вождя.

Кое-где изображения просто сбивались и оставалось пустое пространство: это произошло с большим портретом Сталина на «Арбатской». Просто убрали скульптуру Сталина из вестибюля на «Курской» и его портретное изображение в переходе с «Охотного Ряда» на «Театральную», в торцах «Электрозаводской» и «Семеновской».

Но на некоторых станциях эти изобра­жения полноценно заменялись на дру­гие фрагменты. Например, на станции «Комсомольская» (кольцевая) мозаики со Сталиным были заменены сюжетом с Лениным и аллегорией Победы. Эски­зы к этим мозаикам снова делал Павел Корин. Барельеф на «Павелецкой» сменила большая мозаика Павла Ко­рина с рабочим и колхозницей; на стан­ции «Добрынинская», где на мозаике в вестибюле был портрет Сталина, сменился портретом первого космонав­та Гагарина. В торце этой же станции барельеф Сталина был заменен мозаикой Серафима Павловского с аллегорией зарожде­ния косми­ческой эры. На станции «Новосло­бодская» профиль Сталина заменило изображение голубя мира.

Там, где Сталин соседствовал с Лениным, зачастую оставался один Ленин. Это произошло с мраморной мозаикой на «Бауманской», с фреской на «Киевской» (радиальной), со скульптурой на «Краснопреснен­ской» — там, где Ленин и Ста­лин в торце центрального зала стояли вместе (со строительством перехода на станцию «Баррикадная» был убран и одинокий Ленин).

Все 1960-е годы продолжалось изгнание Сталина из метро, пока процесс не за­вершился полным очищением. Однако сам богатый, роскошный стиль станций продолжал пользоваться популярно­стью у пассажиров; своей эффект­ностью и красотой он привлекал туристов: станции метро стали просто достопримеча­тельностью, которую старались осмотреть все гости Москвы. Позднее часть станций 1930–50-х годов стали памятниками архитектуры.

другие материалы на эту темУ
 
Курс «Архитектура как средство коммуникации»
Что говорит нам архитектура и как научиться читать ее сообщения
 
Определитель архитектурных стилей
Все главные направления в одной таблице
 
Сталинская Москва как мечта о социализме
Дворец Советов, город-сад и другие градостроительные идеи 1930-х
 
10 утопических проектов советских авангардистов
Город спящих людей, научная организация быта и другие идеи
Хотите быть в курсе всего?
Подпишитесь на нашу рассылку, вам понравится. Мы обещаем писать редко и по делу
Курсы
Курс № 80 Народные песни русского города
Курс № 79 Метро в истории, культуре и жизни людей
Курс № 78 Идиш: язык и литература
Курс № 77 Как читать любимые книги по-новому
Курс № 76 Антропология Севера: кто и как живет там, где холодно
Курс № 75 Экономика пиратства
Курс № 74 История денег
Курс № 73 Как русские авангардисты строили музей
Курс № 72 Главные философские вопросы. Сезон 2: Кто такой Бог?
Курс № 71 Открывая Россию: Ямал
Курс № 70 Криминология:
как изучают преступность и преступников
Курс № 69 Открывая Россию: Байкало-Амурская магистраль
Курс № 68 Введение в гендерные исследования
Курс № 67 Документальное кино между вымыслом и реальностью
Курс № 66 Мир Владимира Набокова
Курс № 65 Краткая история татар
Курс № 64 Американская литература XX века. Сезон 1
Курс № 63 Главные философские вопросы. Сезон 1: Что такое любовь?
Курс № 62 У Христа за пазухой: сироты в культуре
Курс № 61 Антропология чувств
Курс № 60 Первый русский авангардист
Курс № 59 Как увидеть искусство глазами его современников
Курс № 58 История исламской культуры
Курс № 57 Как работает литература
Курс № 56 Открывая Россию: Иваново
Курс № 55 Русская литература XX века. Сезон 6
Курс № 54 Зачем нужны паспорт, ФИО, подпись и фото на документы
Курс № 53 История завоевания Кавказа
Курс № 52 Приключения Моне, Матисса и Пикассо в России 
Курс № 51 Блокада Ленинграда
Курс № 50 Что такое современный танец
Курс № 49 Как железные дороги изменили русскую жизнь
Курс № 48 Франция эпохи Сартра, Годара и Брижит Бардо
Курс № 47 Лев Толстой против всех
Курс № 46 Россия и Америка: история отношений
Курс № 45 Как придумать свою историю
Курс № 44 Россия глазами иностранцев
Курс № 43 История православной культуры
Курс № 42 Революция 1917 года
Курс № 41 Русская литература XX века. Сезон 5
Курс № 40 Человек против СССР
Курс № 39 Мир Булгакова
Курс № 38 Как читать русскую литературу
Курс № 37 Весь Шекспир
Курс № 36 Что такое
Древняя Греция
Курс № 35 Блеск и нищета Российской империи
Курс № 34 Мир Анны Ахматовой
Курс № 33 Жанна д’Арк: история мифа
Курс № 32 Любовь при Екатерине Великой
Курс № 31 Русская литература XX века. Сезон 4
Курс № 30 Социология как наука о здравом смысле
Курс № 29 Кто такие декабристы
Курс № 28 Русское военное искусство
Курс № 27 Византия для начинающих
Курс № 26 Закон и порядок
в России XVIII века
Курс № 25 Как слушать
классическую музыку
Курс № 24 Русская литература XX века. Сезон 3
Курс № 23 Повседневная жизнь Парижа
Курс № 22 Русская литература XX века. Сезон 2
Курс № 21 Как понять Японию
Курс № 20 Рождение, любовь и смерть русских князей
Курс № 19 Что скрывают архивы
Курс № 18 Русский авангард
Курс № 17 Петербург
накануне революции
Курс № 16 «Доктор Живаго»
Бориса Пастернака
Курс № 15 Антропология
коммуналки
Курс № 14 Русский эпос
Курс № 13 Русская литература XX века. Сезон 1
Курс № 12 Архитектура как средство коммуникации
Курс № 11 История дендизма
Курс № 10 Генеалогия русского патриотизма
Курс № 9 Несоветская философия в СССР
Курс № 8 Преступление и наказание в Средние века
Курс № 7 Как понимать живопись XIX века
Курс № 6 Мифы Южной Америки
Курс № 5 Неизвестный Лермонтов
Курс № 4 Греческий проект
Екатерины Великой
Курс № 3 Правда и вымыслы о цыганах
Курс № 2 Исторические подделки и подлинники
Курс № 1 Театр английского Возрождения
Курс № 80 Народные песни русского города
Курс № 79 Метро в истории, культуре и жизни людей
Курс № 78 Идиш: язык и литература
Курс № 77 Как читать любимые книги по-новому
Курс № 76 Антропология Севера: кто и как живет там, где холодно
Курс № 75 Экономика пиратства
Курс № 74 История денег
Курс № 73 Как русские авангардисты строили музей
Курс № 72 Главные философские вопросы. Сезон 2: Кто такой Бог?
Курс № 71 Открывая Россию: Ямал
Курс № 70 Криминология:
как изучают преступность и преступников
Курс № 69 Открывая Россию: Байкало-Амурская магистраль
Курс № 68 Введение в гендерные исследования
Курс № 67 Документальное кино между вымыслом и реальностью
Курс № 66 Мир Владимира Набокова
Курс № 65 Краткая история татар
Курс № 64 Американская литература XX века. Сезон 1
Курс № 63 Главные философские вопросы. Сезон 1: Что такое любовь?
Курс № 62 У Христа за пазухой: сироты в культуре
Курс № 61 Антропология чувств
Курс № 60 Первый русский авангардист
Курс № 59 Как увидеть искусство глазами его современников
Курс № 58 История исламской культуры
Курс № 57 Как работает литература
Курс № 56 Открывая Россию: Иваново
Курс № 55 Русская литература XX века. Сезон 6
Курс № 54 Зачем нужны паспорт, ФИО, подпись и фото на документы
Курс № 53 История завоевания Кавказа
Курс № 52 Приключения Моне, Матисса и Пикассо в России 
Курс № 51 Блокада Ленинграда
Курс № 50 Что такое современный танец
Курс № 49 Как железные дороги изменили русскую жизнь
Курс № 48 Франция эпохи Сартра, Годара и Брижит Бардо
Курс № 47 Лев Толстой против всех
Курс № 46 Россия и Америка: история отношений
Курс № 45 Как придумать свою историю
Курс № 44 Россия глазами иностранцев
Курс № 43 История православной культуры
Курс № 42 Революция 1917 года
Курс № 41 Русская литература XX века. Сезон 5
Курс № 40 Человек против СССР
Курс № 39 Мир Булгакова
Курс № 38 Как читать русскую литературу
Курс № 37 Весь Шекспир
Курс № 36 Что такое
Древняя Греция
Курс № 35 Блеск и нищета Российской империи
Курс № 34 Мир Анны Ахматовой
Курс № 33 Жанна д’Арк: история мифа
Курс № 32 Любовь при Екатерине Великой
Курс № 31 Русская литература XX века. Сезон 4
Курс № 30 Социология как наука о здравом смысле
Курс № 29 Кто такие декабристы
Курс № 28 Русское военное искусство
Курс № 27 Византия для начинающих
Курс № 26 Закон и порядок
в России XVIII века
Курс № 25 Как слушать
классическую музыку
Курс № 24 Русская литература XX века. Сезон 3
Курс № 23 Повседневная жизнь Парижа
Курс № 22 Русская литература XX века. Сезон 2
Курс № 21 Как понять Японию
Курс № 20 Рождение, любовь и смерть русских князей
Курс № 19 Что скрывают архивы
Курс № 18 Русский авангард
Курс № 17 Петербург
накануне революции
Курс № 16 «Доктор Живаго»
Бориса Пастернака
Курс № 15 Антропология
коммуналки
Курс № 14 Русский эпос
Курс № 13 Русская литература XX века. Сезон 1
Курс № 12 Архитектура как средство коммуникации
Курс № 11 История дендизма
Курс № 10 Генеалогия русского патриотизма
Курс № 9 Несоветская философия в СССР
Курс № 8 Преступление и наказание в Средние века
Курс № 7 Как понимать живопись XIX века
Курс № 6 Мифы Южной Америки
Курс № 5 Неизвестный Лермонтов
Курс № 4 Греческий проект
Екатерины Великой
Курс № 3 Правда и вымыслы о цыганах
Курс № 2 Исторические подделки и подлинники
Курс № 1 Театр английского Возрождения
Все курсы
Спецпроекты
Еврейский музей и центр толерантности
Представительство одного из лучших российских музеев — история и культура еврейского народа в видеороликах, артефактах и рассказах
Музыка в затерянных храмах
Путешествие Arzamas в Тверскую область
Подкаст «Перемотка»
Истории, основанные на старых записях из семейных архивов: аудиодневниках, звуковых посланиях или разговорах с близкими, которые сохранились только на пленке
Arzamas на диване
Новогодний марафон: любимые ролики сотрудников Arzamas
Как устроен оркестр
Рассказываем с помощью оркестра musicAeterna и Шестой симфонии Малера
Британская музыка от хора до хардкора
Все главные жанры, понятия и имена британской музыки в разговорах, объяснениях и плейлистах
Марсель Бротарс: как понять концептуалиста по его надгробию
Что значат мидии, скорлупа и пальмы в творчестве бельгийского художника и поэта
Новая Третьяковка
Русское искусство XX века в фильмах, галереях и подкасте
Видеоистория русской культуры за 25 минут
Семь эпох в семи коротких роликах
Русская литература XX века
Шесть курсов Arzamas о главных русских писателях и поэтах XX века, а также материалы о литературе на любой вкус: хрестоматии, словари, самоучители, тесты и игры
Детская комната Arzamas
Как провести время с детьми, чтобы всем было полезно и интересно: книги, музыка, мультфильмы и игры, отобранные экспертами
Аудиоархив Анри Волохонского
Коллекция записей стихов, прозы и воспоминаний одного из самых легендарных поэтов ленинградского андеграунда 1960-х — начала 1970-х годов
История русской культуры
Суперкурс Онлайн-университета Arzamas об отечественной культуре от варягов до рок-концертов
Русский язык от «гой еси» до «лол кек»
Старославянский и сленг, оканье и мат, «ѣ» и «ё», Мефодий и Розенталь — всё, что нужно знать о русском языке и его истории, в видео и подкастах
История России. XVIII век
Игры и другие материалы для школьников с методическими комментариями для учителей
Университет Arzamas. Запад и Восток: история культур
Весь мир в 20 лекциях: от китайской поэзии до Французской революции
Что такое античность
Всё, что нужно знать о Древней Греции и Риме, в двух коротких видео и семи лекциях
Как понять Россию
История России в шпаргалках, играх и странных предметах
Каникулы на Arzamas
Новогодняя игра, любимые лекции редакции и лучшие материалы 2016 года — проводим каникулы вместе
Русское искусство XX века
От Дягилева до Павленского — всё, что должен знать каждый, разложено по полочкам в лекциях и видео
Европейский университет в Санкт‑Петербурге
Один из лучших вузов страны открывает представительство на Arzamas — для всех желающих
Пушкинский
музей
Игра со старыми мастерами,
разбор импрессионистов
и состязание древностей
Emoji Poetry
Заполните пробелы в стихах и своем образовании
Стикеры Arzamas
Картинки для чатов, проверенные веками
200 лет «Арзамасу»
Как дружеское общество литераторов навсегда изменило русскую культуру и историю
XX век в курсах Arzamas
1901–1991: события, факты, цитаты
Август
Лучшие игры, шпаргалки, интервью и другие материалы из архивов Arzamas — и то, чего еще никто не видел
Идеальный телевизор
Лекции, монологи и воспоминания замечательных людей
Русская классика. Начало
Четыре легендарных московских учителя литературы рассказывают о своих любимых произведениях из школьной программы
Лекции
41 минута
1/5

Сталинское метро: роскошь и идеология

Как архитекторы-традиционалисты победили конструктивистов, когда московское метро превратилось в дворцы и что именно в метро изменила война

Александр Зиновьев

Как архитекторы-традиционалисты победили конструктивистов, когда московское метро превратилось в дворцы и что именно в метро изменила война

28 минут
2/5

Метро после Сталина: новая эстетика

За что станции 1960-х прозвали «сороконожками», как архитекторы старались их разнообразить, а люди все равно путали и почему послесталинское метро все-таки тоже очень красивое

Дмитрий Гончарук

За что станции 1960-х прозвали «сороконожками», как архитекторы старались их разнообразить, а люди все равно путали и почему послесталинское метро все-таки тоже очень красивое

36 минут
3/5

Антропология метро: как подземка меняет представление о городе

Зачем люди придумывают метро в городах, где его нет, и как меняются наши привычки в тех городах, где метро есть

Дарья Радченко

Зачем люди придумывают метро в городах, где его нет, и как меняются наши привычки в тех городах, где метро есть

29 минут
4/5

Метро в поэзии: от Мандельштама до Седаковой

Метро как дворец, чудо техники, ад, пещера, залитая светом, и даже современное средство передвижения — в стихах на русском языке

Олег Лекманов

Метро как дворец, чудо техники, ад, пещера, залитая светом, и даже современное средство передвижения — в стихах на русском языке

18 минут
5/5

Метро в кино: от «Цирка» до «Ночного дозора»

Как режиссеры делали подземку символом советской мощи, зоной безопасности и даже скуки, местом человеческой эмоции, мифа и хаоса

Василий Степанов

Как режиссеры делали подземку символом советской мощи, зоной безопасности и даже скуки, местом человеческой эмоции, мифа и хаоса