Как устроен балетМатериалы
Материалы
Как устроена «Шахерезада» в постановке Алексея Мирошниченко
Что нужно знать о музыке, сюжете и главной героине
Алексей Мирошниченко, постановщик, хореограф, либреттист
Как устроен балет «Шахерезада» в постановке Алексея Мирошниченко
Альона Пикалова, художник-постановщик
Как устроен балет «Шахерезада» в постановке Алексея Мирошниченко
Татьяна Ногинова, художник по костюмам
Как устроен балет «Шахерезада» в постановке Алексея Мирошниченко
Алексей Хорошев, художник по свету
Как устроен балет «Шахерезада» в постановке Алексея Мирошниченко
Диана Вишнёва, балерина
Как устроен балет «Шахерезада» в постановке Алексея Мирошниченко
Лана Раванди-Фадаи, научный консультант
Как устроен балет «Шахерезада» в постановке Алексея Мирошниченко
Артем Абашев, музыкальный руководитель
Как устроен балет «Шахерезада» в постановке Алексея Мирошниченко

Диана Вишнёва, балерина

Как устроен балет «Шахерезада» в постановке Алексея Мирошниченко

Мы с Алексеем Мирошниченко хорошо знаем друг друга еще со школы  Речь идет об Академии русского балета им. Вагановой., потом мы работали вместе в Мариинском театре, потом он уехал, стал руково­дить балетной труппой Пермского театра, но я часто отсматривала его спек­такли на фестивалях в Петербурге, и мы продолжали поддерживать связь, встречаться. Было понятно, что в какой-то момент он решится и предложит что-то создать для меня. Я была заинтригована, что же он мне предложит, какую женщину сыграть.

Я, конечно, не ожидала, что буду играть императрицу, которая еще и жива. Я вообще человек восточный, я татарских кровей, и для меня вот эта филосо­фия Востока в сочетании с современностью, само то, что он нашел для меня эту историю — это невероятно. И он меня погрузил в эту историю и рассказал, почему он взял именно ее, как он искал очень харизматичную личность жен­щины — естественно, на Востоке, так как мы говорим о «Шехеразаде».

Всю свою карьеру я танцевала Зобеиду в «Шехеразаде» Михаила Фокина в Мариинском театре  Впервые балет на «Шехерезаду» Римского-Корсакова был поставлен в 1910 году Михаилом Фокиным — в рамках «Русских сезонов» Сергея Дягилева. В 1993 году Изабель Фоки­на и Андрис Лиепа возобно­вили эту поста­новку, и с 1994 года спектакль вошел в ре­пер­­туар Мариинского театра.. Нечасто случается в профессии, что спектакль основан не на аллегории, сказке, фольклоре или абстрактном сюжете, а на реальных исторических фактах.

Игорь Зелинский и Диана Вишнева в сцене из балета «Шехерезада» в постановке Михаила Фокина. 2009 год© Юрий Белинский / ТАСС

Здесь, во-первых, нет той кровожадности, которая есть в фокинской «Шехера­заде», где развязка — в том, что всех убивают из-за непо­виновения Зобеиды. Во-вторых, у Алексея оттанцована увертюра, где он пока­зывает парад в Персе­полисе. И конец — он невероятно печален и показывает одиночество Фарах, которая потеряла все и осталась с этой лентой символи­ческой, которая у нее в руках, в музее. То есть мы путешествуем по памяти Фарах. Поэтому никакого отголоска фокинского спектакля у меня нет.

Еще и смена костюмов, и постановка, действи­тельно режиссерски, драма­тур­гически очень выстроена: там опора не только на основных героев, а еще и этот бессмертный полк, эти солдаты, которые символизируют парад в Персепо­ли­се — семьдесят человек на сцене, которые проходят за сорок минут. И конец, когда бессмертный полк, как рок, берет Фарах и Мохаммеда в кольцо. Мы бук­валь­но ничего не делаем, но мы создаем состояние вот этой трагедии, которая произошла с ними.

* * *

Когда ты играешь человека, а он — твой современник и может тебе позвонить по телефону и рассказать о своих впечатлениях от спектакля, а после этого ты можешь с ним встретиться, — такое, наверное, случается один раз в жизни, если случается вообще. Когда Фарах Пехлеви узнала, что где-то в Перми ставят балет про нее, она была ошарашена и сказала, что хочет обязательно позна­комиться. И бук­валь­но перед самым закрытием границ на карантин у нас с Алексеем полу­чи­лось с ней встретиться. Это что-то невероятное — когда императрица может позво­нить и говорить с тобой по мобильному телефону. Это невероятно будоражит.

Она невероятно элегантна, она излучает свет. Она провела с нами два с поло­виной часа, хотя до этого у нее были какие-то встречи свои, интервью. И она благодарила нас невероятно. После этого мы ей подарили диск, и она позво­нила через неко­торое время и рассказала, что собрала свой самый ближний круг, устроила про­смотр и была еще больше потрясена. Сказала, что хочет показать теперь балет в Париже, но, как видите, все немножко поменялось  Речь идет о закрытии границ, связанных с эпидемией коронавируса в 2020 году..

* * *

Меня очень тронуло первый раз, когда я увидела кордебалетные сцены в зале. Знаете, я вроде тертый калач и редко, чтобы не просто вдохновление, а прямо мурашки по коже. А тут я была потрясена тонкостью и глу­би­ной образов, которые там заложены. Взять даже поэмы Хафиза  Хафиз Ширази (ок. 1321 — 1389/1390) — персид­ский поэт XIV века. Его стихотворения сопровождают либретто «Шахерезады» Алексея Мирошниченко. — все это придает потря­сающий персидско-иранский колорит. Это невероятно проду­мано авторами: Альоной Пикаловой, Татьяной Ногиновой, Алексеем Мирошни­ченко. Я очень рада была попасть в эту историю.

Сцена из балета «Шахерезада»© Андрей Чунтомов

Когда Алексей начал работать со мной, конечно, он уже, подстраивался под меня. А когда я начала работать над этим образом и ролью, я исходила от партнера. Мы выстраивали каждую мизансцену по несколь­ко дней: взгляды, ощущения.

Алексей — хореограф, который ставил до этого только классический и нео­классический балет, то есть на пуантах. И впервые он сделал танец на голых ногах: я там сначала на каблучках, а потом снимаю туфли и танцую босиком. Он знал, естественно, что я сейчас больше танцую современный балет, и хотел, чтобы эта постановка была созвучна тому, чем я дышу, что сейчас делаю. Для него это был определенный новый виток — попробовать себя не на паль­цевой технике.

То, что я хорошо помню в работе, — это большой объем сцена­рия, который при­слал Алексей, большое количество ссылок на документальные видео, фотогра­фии. Для меня вообще все начинается с насыщения информацией, и потом я ее перекла­дываю уже на движение, на танец. Даже если я готовлю роль из классического репертуара, я обычно все равно очень много смотрю, читаю, изучаю, срав­ниваю. То есть сначала погружаюсь в историю, а дальше смотрю, как уже это воплотится в сценарии, режиссерски.

В «Шахерезаде», например, я из веселой беззаботной девушки превращаюсь в статную коронованную правительницу. Этот переход должен быть выстро­ен мизансценически, и это все Алексей мне рассказывал: когда что происходит, буквально по минутам в партитуре. В этом спектакле действи­тельно все было рассчитано доско­наль­но, по секундо­меру, потому что одних костюмов девять штук. И некоторые я должна поме­нять за полминуты-минуту.

Потом ты погружаешься в материал, и уже необходимо думать о том, что лич­но тебя как-то затрагивает, и ты ставишь для себя какие-то вопросы, ищешь ракурсы. Ну а дальше ты идешь в зал, и хореограф тебе показывает уже хорео­графи­ческий текст. И с этим объемом знаний ты обратно погружаешься в та­нец, и все это переходит в какую-то иллюстративную историю.

Перед выходом на сцену мне, например, очень важно было увидеть фотогра­фии моей героини, чтобы почувствовать ее мимику. Это не значит, что мне надо было ее скопировать, но внутреннее ощущение — оно считывается зри­телем. Мне важно было настроиться, мне важен был грим, даже то, как она дер­жала руки: я заметила, что на множестве приемов и во время официальных визитов она всегда одинаково держит руки. Это же жест, а жест превращается в хореографию.

Мохаммед-Реза и Фарах Пехлеви. Франция, 1961 год© Jack Garofalo / Paris Match via Getty Images

Так как мы играем коронованную чету, то это уже изначально не предполагает каких-то быстрых, «дрыгательных» танцев — они должны быть степен­ными. То есть, например, парад здесь переходит в вальс: они вальсируют в длинных платьях. Есть мизансцена в стилистике 1960-х годов: там у меня таблетка такая на голо­ве, под Chanel, костюм — соответственно, под этот костюм тоже при­думываются движения. Но так как работают профессионалы, то костюмы, с одной стороны, подобраны исторические, а с другой — ткани сделаны элас­тичными, чтобы в них было удобно танцевать. Потом на сцене мы пере­оде­ва­лись, надевали эти огромные короны тяжелые, выходило несколько человек — и одевали нас в эти платья тяжелые прямо перед зрителем. Это тоже было сделано хореографически очень интересно.

* * *

Я, вообще-то, человек, который вот так не приезжает за три-четыре дня — выучил материал и пошел сразу на сцену: «я звезда, приехала к вам». Для меня важно погрузиться в атмосферу компании, в атмосферу процесса, «через тернии к звездам». В данном случае я жила в Перми около четырех недель. И ты едешь уже с сознанием того, что тебя ждут и что тебя не будет ничего дергать, никакие звонки: все нацелено на то, чтобы родился этот спектакль.

Текста было очень много. Вообще, иногда могут хореографический текст и присылать, но Алексей очень не хотел этого делать: он хотел, чтобы, так сказать, из рук в руки, из ног в ноги передалось, а уже менять что-то при необходимости по ходу. Он говорил: «Если ты выучишь, я потом уже не смогу поменять, а тут я буду прямо на живую все ставить». Потому что для одной пары лучше одно, для другой — другое, везде своя специфика: и пропорции, и фигуры, и зрелость танцовщиков — тоже диктуют разные подходы. Кому-то больше движений надо, а кому-то больше нужно мизан­сценировать взглядов, ведь если артист более зрелый, он может держать уже паузы, и они становятся намного более говорящими и важными.

Танцовщик — это вообще такая жесткая, жестокая профессия. Не так, как у оперных певцов, скажем, которые только час в день могут репетировать, иначе голос пропадет или что-то случится со связ­ками. Мы репетируем по восемь часов. И травмы случаются, но наш регламент таков. Сначала урок в балетном классе — это как зубы почистить, то есть ты должен свое тело, свой инстру­мент, подгото­вить. Дальше пошли репе­тиции. А потом уже, ближе к спек­таклю, идут прогоны: утро — вечер, утро — вечер. И когда проходит, например, другая пара — это не значит, что ты отды­хаешь: ты идешь в зал и смотришь, ты для себя этот материал щупаешь и чувствуешь, смотря на него. Потом вновь возвращаешься в зал. Что-то меняется бесконечно — материал может изме­няться до самой премьеры. Потом примерки: по два часа стоишь, пока тебя заколют всеми булавками.

Ты выучиваешь определенный, как я его называю, скелет текста. И дальше ты уже начинаешь искать свою жизнь и свою органику в нем. Чтобы найти эту органику, ты уже импровизируешь, слушаешь, как твое тело и ощущение этих движе­ний может изменяться. И дальше хореограф уже немного адаптирует танец. Но это происходит, только когда оживает движение, когда ты можешь чувствовать не только его, но еще и читать историю, как будто иллюстриро­ванную книгу, когда хореографический текст становится говорящим. Это и есть момент индивидуальности и импрови­зации артиста.

Иногда люди говорят: «Ой, это легкий спектакль, это трудный». Для меня может меняться только стилистика, язык. Но если я выхожу — неважно, пять минут, пятьдесят минут или трех­актный балет, — я точно так же на следую­щий день могу лежать пластом. Проходного не бывает. Меня так воспитали и приучили, что ты дол­жен выйти и умереть — в хорошем смысле: то есть отдать максимум того, что ты знаешь, что ты чувствуешь, что ты хотел бы вложить.

Алексей говорил, что если бы у него был Мариинский или Большой театр, то вот бы он развернулся, он бы там и ладью пустил, и еще больше статистов и миманса нагнал. То есть он достаточно минимализировал эту историю, потому что он опирался, конечно, на то, что премьера в Пермском театре. Спектакль нельзя ни сократить, ни увеличить: или так, или никак. Это же все продумывается, это не просто так, все выверено: любой костюм, любые пропорции. У нас все «на чуть-чуть»: чуть-чуть сюда, чуть-чуть туда — и все, все развалится.

Расшифровка
Проект создан при поддержке Логотип Context Логотип Пермь Театр Оперы Балета
Хотите быть в курсе всего?
Подпишитесь на нашу рассылку, вам понравится. Мы обещаем писать редко и по делу
Курсы
Польское кино: визитные карточки
Зигмунд Фрейд и искусство толкования
Деловые люди XIX века
Английская литература XX века. Сезон 1
Культурные коды экономики: почему страны живут по-разному
Главные философские вопросы. Сезон 5: Что такое страсть?
Золотая клетка. Переделкино в 1930–50-е годы
Как Оптина пустынь стала главным русским монастырем
Последние Романовы: от Александра I до Николая II
Как читать любимые книги по-новому
Как жили обыкновенные люди в Древней Греции
Путешествие еды по литературе
За что мы любим кельтов?
Стругацкие: от НИИЧАВО к Зоне
Гитлер и немцы: как так вышло
Как Марк Шагал стал всемирным художником
История русской еды
Лесков и его чудные герои
Культура Японии в пяти предметах
Главные философские вопросы. Сезон 4: Что есть истина?
Что придумал Бетховен
Первопроходцы: кто открывал Сибирь и Дальний Восток
Сирийские мистики об аде, игрушках, эросе и прокрастинации
Что такое романтизм и как он изменил мир
Финляндия: визитные карточки
Как атом изменил нашу жизнь
Данте и «Божественная комедия»
Шведская литература: кого надо знать
Кто такой Троцкий?
Теории заговора: от Античности до наших дней
Зачем люди ведут дневники, а историки их читают
Помпеи до и после извержения Везувия
Народные песни русского города
Метро в истории, культуре и жизни людей
Идиш: язык и литература
Кафка и кафкианство
Кто такой Ленин?
Что мы знаем об Антихристе
Джеймс Джойс и роман «Улисс»
Главные философские вопросы. Сезон 3: Существует ли свобода?
«Молодой папа»: история, искусство и Церковь в сериале
Антропология Севера: кто и как живет там, где холодно
Как читать китайскую поэзию
Экономика пиратства
Как русские авангардисты строили музей
Как революция изменила русскую литературу
Главные философские вопросы. Сезон 2: Кто такой Бог?
Композитор Владимир Мартынов о музыке — слышимой и неслышимой
Открывая Россию: Ямал
Криминология: как изучают преступность и преступников
Открывая Россию: Байкало-Амурская магистраль
Введение в гендерные исследования
Документальное кино между вымыслом и реальностью
Из чего состоит мир «Игры престолов»
Мир Владимира Набокова
Краткая история татар
Как мы чувствуем архитектуру
Американская литература XX века. Сезон 2
Американская литература XX века. Сезон 1
Главные философские вопросы. Сезон 1: Что такое любовь?
У Христа за пазухой: сироты в культуре
Антропология чувств
Первый русский авангардист
Как увидеть искусство глазами его современников
История исламской культуры
Как работает литература
История Византии в пяти кризисах
Открывая Россию: Иваново
История Великобритании в «Аббатстве Даунтон»
Самозванцы и Cмута
Поэзия как политика. XIX век
Особенности национальных эмоций
Русская литература XX века. Сезон 6
10 секретов «Евгения Онегина»
Зачем нужны паспорт, ФИО, подпись и фото на документы
История завоевания Кавказа
Открывая Россию: Сахалин
Сталин. Вождь и страна
Ученые не против поп-культуры
В чем смысл животных
Приключения Моне, Матисса и Пикассо в России 
Мир Эйзенштейна
Блокада Ленинграда
Что такое современный танец
Как железные дороги изменили русскую жизнь
Франция эпохи Сартра, Годара и Брижит Бардо
Лев Толстой против всех
Россия и Америка: история отношений
Как придумать свою историю
Россия глазами иностранцев
История православной культуры
Революция 1917 года
Русская литература XX века. Сезон 5
Человек против СССР
Мир Булгакова
Как читать русскую литературу
Что такое
Древняя Греция
Блеск и нищета Российской империи
Мир Анны Ахматовой
Жанна д’Арк: история мифа
Любовь при Екатерине Великой
Русская литература XX века. Сезон 4
Социология как наука о здравом смысле
Кто такие декабристы
Русское военное искусство
Византия для начинающих
Закон и порядок
в России XVIII века
Как слушать
классическую музыку
Русская литература XX века. Сезон 3
Повседневная жизнь Парижа
Русская литература XX века. Сезон 2
Как понять Японию
Рождение, любовь и смерть русских князей
Что скрывают архивы
Русский авангард
Петербург
накануне революции
«Доктор Живаго»
Бориса Пастернака
Антропология
коммуналки
Русская литература XX века. Сезон 1
Архитектура как средство коммуникации
История дендизма
Генеалогия русского патриотизма
Несоветская философия в СССР
Преступление и наказание в Средние века
Как понимать живопись XIX века
Мифы Южной Америки
Неизвестный Лермонтов
Греческий проект
Екатерины Великой
Правда и вымыслы о цыганах
Исторические подделки и подлинники
Театр английского Возрождения
Польское кино: визитные карточки
Зигмунд Фрейд и искусство толкования
Деловые люди XIX века
Английская литература XX века. Сезон 1
Культурные коды экономики: почему страны живут по-разному
Главные философские вопросы. Сезон 5: Что такое страсть?
Золотая клетка. Переделкино в 1930–50-е годы
Как Оптина пустынь стала главным русским монастырем
Последние Романовы: от Александра I до Николая II
Как читать любимые книги по-новому
Как жили обыкновенные люди в Древней Греции
Путешествие еды по литературе
За что мы любим кельтов?
Стругацкие: от НИИЧАВО к Зоне
Гитлер и немцы: как так вышло
Как Марк Шагал стал всемирным художником
История русской еды
Лесков и его чудные герои
Культура Японии в пяти предметах
Главные философские вопросы. Сезон 4: Что есть истина?
Что придумал Бетховен
Первопроходцы: кто открывал Сибирь и Дальний Восток
Сирийские мистики об аде, игрушках, эросе и прокрастинации
Что такое романтизм и как он изменил мир
Финляндия: визитные карточки
Как атом изменил нашу жизнь
Данте и «Божественная комедия»
Шведская литература: кого надо знать
Кто такой Троцкий?
Теории заговора: от Античности до наших дней
Зачем люди ведут дневники, а историки их читают
Помпеи до и после извержения Везувия
Народные песни русского города
Метро в истории, культуре и жизни людей
Идиш: язык и литература
Кафка и кафкианство
Кто такой Ленин?
Что мы знаем об Антихристе
Джеймс Джойс и роман «Улисс»
Главные философские вопросы. Сезон 3: Существует ли свобода?
«Молодой папа»: история, искусство и Церковь в сериале
Антропология Севера: кто и как живет там, где холодно
Как читать китайскую поэзию
Экономика пиратства
Как русские авангардисты строили музей
Как революция изменила русскую литературу
Главные философские вопросы. Сезон 2: Кто такой Бог?
Композитор Владимир Мартынов о музыке — слышимой и неслышимой
Открывая Россию: Ямал
Криминология: как изучают преступность и преступников
Открывая Россию: Байкало-Амурская магистраль
Введение в гендерные исследования
Документальное кино между вымыслом и реальностью
Из чего состоит мир «Игры престолов»
Мир Владимира Набокова
Краткая история татар
Как мы чувствуем архитектуру
Американская литература XX века. Сезон 2
Американская литература XX века. Сезон 1
Главные философские вопросы. Сезон 1: Что такое любовь?
У Христа за пазухой: сироты в культуре
Антропология чувств
Первый русский авангардист
Как увидеть искусство глазами его современников
История исламской культуры
Как работает литература
История Византии в пяти кризисах
Открывая Россию: Иваново
История Великобритании в «Аббатстве Даунтон»
Самозванцы и Cмута
Поэзия как политика. XIX век
Особенности национальных эмоций
Русская литература XX века. Сезон 6
10 секретов «Евгения Онегина»
Зачем нужны паспорт, ФИО, подпись и фото на документы
История завоевания Кавказа
Открывая Россию: Сахалин
Сталин. Вождь и страна
Ученые не против поп-культуры
В чем смысл животных
Приключения Моне, Матисса и Пикассо в России 
Мир Эйзенштейна
Блокада Ленинграда
Что такое современный танец
Как железные дороги изменили русскую жизнь
Франция эпохи Сартра, Годара и Брижит Бардо
Лев Толстой против всех
Россия и Америка: история отношений
Как придумать свою историю
Россия глазами иностранцев
История православной культуры
Революция 1917 года
Русская литература XX века. Сезон 5
Человек против СССР
Мир Булгакова
Как читать русскую литературу
Что такое
Древняя Греция
Блеск и нищета Российской империи
Мир Анны Ахматовой
Жанна д’Арк: история мифа
Любовь при Екатерине Великой
Русская литература XX века. Сезон 4
Социология как наука о здравом смысле
Кто такие декабристы
Русское военное искусство
Византия для начинающих
Закон и порядок
в России XVIII века
Как слушать
классическую музыку
Русская литература XX века. Сезон 3
Повседневная жизнь Парижа
Русская литература XX века. Сезон 2
Как понять Японию
Рождение, любовь и смерть русских князей
Что скрывают архивы
Русский авангард
Петербург
накануне революции
«Доктор Живаго»
Бориса Пастернака
Антропология
коммуналки
Русская литература XX века. Сезон 1
Архитектура как средство коммуникации
История дендизма
Генеалогия русского патриотизма
Несоветская философия в СССР
Преступление и наказание в Средние века
Как понимать живопись XIX века
Мифы Южной Америки
Неизвестный Лермонтов
Греческий проект
Екатерины Великой
Правда и вымыслы о цыганах
Исторические подделки и подлинники
Театр английского Возрождения
Все курсы
Спецпроекты
История игр за 17 минут
Видеоликбез: от шахмат и го до покемонов и видеоигр
Истории и легенды городов России
Детский аудиокурс антрополога Александра Стрепетова
Путеводитель по венгерскому кино
От эпохи немых фильмов до наших дней
Дух английской литературы
Оцифрованный архив лекций Натальи Трауберг об английской словесности с комментариями филолога Николая Эппле
Аудиогид МЦД: 28 коротких историй от Одинцова до Лобни
Первые советские автогонки, потерянная могила Малевича, чудесное возвращение лобненских чаек и другие неожиданные истории, связанные со станциями Московских центральных диаметров
Советская кибернетика в историях и картинках
Как новая наука стала важной частью советской культуры
Игра: нарядите елку
Развесьте игрушки на двух елках разного времени и узнайте их историю
Что такое экономика? Объясняем на бургерах
Детский курс Григория Баженова
Всем гусьгусь!
Мы запустили детское
приложение с лекциями,
подкастами и сказками
Открывая Россию: Нижний Новгород
Курс лекций по истории Нижнего Новгорода и подробный путеводитель по самым интересным местам города и области
Как устроен балет
О создании балета рассказывают хореограф, сценограф, художники, солистка и другие авторы «Шахерезады» на музыку Римского-Корсакова в Пермском театре оперы и балета
Железные дороги в Великую Отечественную войну
Аудиоматериалы на основе дневников, интервью и писем очевидцев c комментариями историка
Война
и жизнь
Невоенное на Великой Отечественной войне: повесть «Турдейская Манон Леско» о любви в санитарном поезде, прочитанная Наумом Клейманом, фотохроника солдатской жизни между боями и 9 песен военных лет
Фландрия: искусство, художники и музеи
Представительство Фландрии на Arzamas: видеоэкскурсии по лучшим музеям Бельгии, разборы картин фламандских гениев и первое знакомство с именами и местами, которые заслуживают, чтобы их знали все
Еврейский музей и центр толерантности
Представительство одного из лучших российских музеев — история и культура еврейского народа в видеороликах, артефактах и рассказах
Музыка в затерянных храмах
Путешествие Arzamas в Тверскую область
Подкаст «Перемотка»
Истории, основанные на старых записях из семейных архивов: аудиодневниках, звуковых посланиях или разговорах с близкими, которые сохранились только на пленке
Arzamas на диване
Новогодний марафон: любимые ролики сотрудников Arzamas
Как устроен оркестр
Рассказываем с помощью оркестра musicAeterna и Шестой симфонии Малера
Британская музыка от хора до хардкора
Все главные жанры, понятия и имена британской музыки в разговорах, объяснениях и плейлистах
Марсель Бротарс: как понять концептуалиста по его надгробию
Что значат мидии, скорлупа и пальмы в творчестве бельгийского художника и поэта
Новая Третьяковка
Русское искусство XX века в фильмах, галереях и подкасте
Видеоистория русской культуры за 25 минут
Семь эпох в семи коротких роликах
Русская литература XX века
Шесть курсов Arzamas о главных русских писателях и поэтах XX века, а также материалы о литературе на любой вкус: хрестоматии, словари, самоучители, тесты и игры
Детская комната Arzamas
Как провести время с детьми, чтобы всем было полезно и интересно: книги, музыка, мультфильмы и игры, отобранные экспертами
Аудиоархив Анри Волохонского
Коллекция записей стихов, прозы и воспоминаний одного из самых легендарных поэтов ленинградского андеграунда 1960-х — начала 1970-х годов
История русской культуры
Суперкурс Онлайн-университета Arzamas об отечественной культуре от варягов до рок-концертов
Русский язык от «гой еси» до «лол кек»
Старославянский и сленг, оканье и мат, «ѣ» и «ё», Мефодий и Розенталь — всё, что нужно знать о русском языке и его истории, в видео и подкастах
История России. XVIII век
Игры и другие материалы для школьников с методическими комментариями для учителей
Университет Arzamas. Запад и Восток: история культур
Весь мир в 20 лекциях: от китайской поэзии до Французской революции
Что такое античность
Всё, что нужно знать о Древней Греции и Риме, в двух коротких видео и семи лекциях
Как понять Россию
История России в шпаргалках, играх и странных предметах
Каникулы на Arzamas
Новогодняя игра, любимые лекции редакции и лучшие материалы 2016 года — проводим каникулы вместе
Русское искусство XX века
От Дягилева до Павленского — всё, что должен знать каждый, разложено по полочкам в лекциях и видео
Европейский университет в Санкт‑Петербурге
Один из лучших вузов страны открывает представительство на Arzamas — для всех желающих
Пушкинский
музей
Игра со старыми мастерами,
разбор импрессионистов
и состязание древностей
Стикеры Arzamas
Картинки для чатов, проверенные веками
200 лет «Арзамасу»
Как дружеское общество литераторов навсегда изменило русскую культуру и историю
XX век в курсах Arzamas
1901–1991: события, факты, цитаты
Август
Лучшие игры, шпаргалки, интервью и другие материалы из архивов Arzamas — и то, чего еще никто не видел
Идеальный телевизор
Лекции, монологи и воспоминания замечательных людей
Русская классика. Начало
Четыре легендарных московских учителя литературы рассказывают о своих любимых произведениях из школьной программы