Лана Раванди-Фадаи, научный консультант
Как устроен балет «Шахерезада» в постановке Алексея Мирошниченко
Я занимаюсь современной историей Ирана, и создатели спектакля обратились за научной консультацией ко мне. К этому моменту было уже решено, что героиней балета будет Фарах Пехлеви.
В мою задачу входил подбор материалов, книг, фотографий Ирана, иранской архитектуры, одежды. Я рассказывала
Также мы вместе вели переписку с самой императрицей и с ее секретарем господином Атабаи. Алексей очень переживал, что шахбану Фарах Пехлеви или не ответит, или не согласится — и тогда балета не будет. И хотя Алексей сам готовил письма, мы обсуждали, как лучше написать, поскольку у иранцев свой особенный менталитет. Я лично с Фарах Пехлеви не знакома, но если бы она не ответила, то есть огромное количество людей, которые с ней связаны и контактируют. Дело в том, что Алексей ни в коем случае не хотел без ее согласия приступать к созданию этого балета.
* * *
Я связывалась с архивом Manoto — это иранский архив видеоматериалов, который находится в Лондоне, — потому что у Алексея изначально была идея, чтобы балет шел на фоне архивных материалов. Вообще, это была бы оригинальная идея, но впоследствии он от нее отказался. Мы пересматривали хронику, обсуждали, что именно может войти в балет. Была определенная проблема в том, что сюита Римского-Корсакова достаточно короткая, а туда надо было вместить целую жизнь императрицы, целую эпоху. И поэтому надо было выбрать самые основные моменты ее жизни.
Еще у Алексея в
Стихи используется в программе и в самом либретто — и к каждой части было выбрано отдельное стихотворение. Так что аудитория не только визуально получает наслаждение, но еще и, читая программу, соприкасается с персидской поэзией. Например, такое стихотворение:
Неужто мыслишь сторговаться ты с судьбой
Зазря теряя день и ночь за суетой?
Ты говоришь: за черным — цвета нету,
А я скажу: был волос черный — стал седой.
Или вот другое, оно как раз помещено в конце, когда случается революция и Фарах Пехлеви с супругом покидают страну, отправляются в изгнание:
Я сыт потерями и обретеньем сыт,
Со мной любовь моя, о чем еще просить?
* * *
Вообще, задача перед постановщиком стояла очень сложная: надо было показать зрителю и страдания, и радость, и изгнание — и все это происходило в контексте политической борьбы. Но Алексей очень осторожно, очень грамотно ко всему подходил, и поэтому балет получился полностью аполитичным, в нем не принята ничья сторона конфликта, а просто показана история красивой, интересной женщины. К тому же, мы хотели привлечь как можно более широкую аудиторию — от людей, которые ничего не знают об Иране, до самих иранцев и в том числе официальных лиц.
Что касается императрицы, то надо отдать ей должное: с ее стороны не было никаких попыток повлиять на творческий процесс, не было никаких условий. Я думаю, что иранцы и в Иране, и за границей помнят, что Фарах Пехлеви сделала для их страны. Ведь она занималась благотворительностью, помогала прокаженным, создала для них специальный лагерь, она собирала коллекцию картин, которая до сих пор хранится в Иране, но, к сожалению, в запасниках. Она также оказывала финансовую помощь художественным центрам, устраивала мероприятия, посвященные современному искусству и культуре, фестивали народных традиций, традиционной музыки, кинофестивали. И — очень важно — она открывала библиотеки. А когда шла подготовка к празднованию
Конечно, революция не бывает на пустом месте: народ принял решение свергнуть власть. И мы обсуждали как раз, что празднование
Но и в спектакле видно, что эта история очень грустная. Посмотрим, как заканчивается балет: Фарах Пехлеви на открытии выставки перерезает синюю ленту. Эта лента — символ монархии, она появляется после того, как Фарах стала шахиней и возвращается на протяжении всего балета. То есть императрица своими руками, перерезая эту ленту, как бы кладет конец собственной власти. Это очень красивая, но в то же время грустная история.
* * *
Я также принимала участие в работе художников: я собирала материал, для того чтобы у них было визуальное представление о том, что такое Иран. Хотя не все мои советы принимались. Ну, например, мне очень нравится в Иране āina-kāri — мозаика из маленьких кусочков зеркал. В частности, летний дворец Пехлеви и некоторые мечети в Иране сделаны внутри из āina-kāri. Когда ты входишь в залы с такой мозаикой и в центре висит огромная люстра, ее свет в отражениях этих зеркал тебя ослепляет. Это очень мощное ощущение.
Художницы очень талантливые, очень опытные, и они создали великолепную работу. Они делали ее самостоятельно, но мы встречались, вместе обсуждали, смотрели фильмы, фотографии, изучали альбомы.
Кроме того, мы еще обсуждали название. Дело в том, что слово «Шахерезада» само по себе загадочное, многоликое, противоречивое — его значение зависит от того, как слово будет написано на персидском: через «чехр», через «щар», есть разные варианты. Это сложно объяснить на русском. Я предложила вариант «Шахерезада», означающий «Рожденная царицей». Но можно было интепретировать и как «Чехр-зад» — «Рожденная красивой», потому что «чехр» — это «лицо», а «зад» — «рожденная». Есть версия, что это «Чехр-азад»: «чехр» («родословная») и «азад» («свободная»), и тогда Шахерезаду определяют как представительницу благородного, возвышенного рода. Есть еще версия «Шахр-зад», то есть «Рожденная в городе».
* * *
Конечно, это не документальный фильм, где мы показываем повседневную действительность иранцев, это не научная работа, где каждый предмет должен быть точен, но авторы спектакля очень хорошо уловили Персию, почувствовали ее и представили. И я знаю, что многие зрители после премьеры захотели съездить в Иран и увидеть своими глазами эту страну.
