Как определить стихотворный размер

Редактор Arzamas и бывший стиховед пытается помочь школьникам и студентам

Автор Кирилл Головастиков

Здравствуйте! Скорее всего, если вы здесь оказались, вы школьник, студент филфака или журфака, а то и бедный родитель школьника — и вам надо опре­делить раз­мер стихотворения, потому что это задали на дом. Я в про­шлом много занимался стиховедением — наукой о ритме в сти­хах — и знаю, что очень часто эту не самую сложную вещь плохо пони­мают и тем более объясняют даже те учи­теля, которые ее преподают. Я попробую облегчить вам жизнь.

Важно! Здесь я хочу помочь с практиче­скими заданиями — определением метров и размеров. Если вы готовитесь к теорети­ческому экзамену, лучше зазубривайте определения из тех учеб­ников, которые вам советовали пре­подаватели, чтобы сдать на пять. И — я буду сходу использо­вать термины вроде «силлабо-тонический» и «стопа», не особенно их поясняя: раз вы чи­таете этот материал, значит, хотя бы приблизительно в курсе.

Итак, сначала научимся определять метр, потом перейдем к размеру. Но сначала —

Маленькое предуведомление

Давайте договоримся вот о чем: в каждой строке каждому слогу мы присвоим поряд­ковый номер — считая слева направо. В «Буря мглою небо кроет» слог «бу» — 1-й, «ря» — 2-й и так далее, вплоть до 7-го «кро» и 8-го «ет».

Необязательное вступление: почему определить метр для многих непросто?

Скорее всего, вам объяснили, что ямб и хорей — это стопы из двух слогов. В сто­пе ямба первый слог безударный, второй — ударный; в хорее — наоборот. Получается, в стихах, написанных ямбом, ударения должны падать на четные слоги в каждой строке (2-й, 4-й, 6-й и так далее), а хореем — на нечетные (1-й, 3-й, 5‑й…). 

Однако тут же начинаются проблемы. Вы бе­ретесь за «Евгения Онегина», твердо со шко­лы зная, что он написан ямбом — четырех­стопным! (вообще большинство примеров будет на ямб, чтобы было удобнее, но то же самое можно сказать и про хорей):

Мой дя́дя са́мых че́стных пра́вил,

Все в порядке: четные по счету слоги — 2-й, 4-й, 6-й, 8-й — действительно ударные.

Когда́ не в шу́тку занемо́г,
Он уважа́ть себя́ заста́вил
И лу́чше вы́думать не мо́г.

Стоп. Здесь все не так. Нет ударений на 6-м слоге, на 2-м, снова на 6-м… Что происходит? Это все-таки не ямб?

Подобных примеров можно привести тьму. Вот еще классический четырех­стопный ямб, теперь Тютчев:

Мы́сль изрече́нная е́сть ло́жь.

Здесь нет ударения на 2-м слоге («из») и на 6­-м («я»), но зато есть на 1-м («мысль»), а еще на 7-м («есть»), которые вроде бы в ямбе должны быть безударными. Самое пора­зительное, что таких строк, которые не подходят под строку «идеаль­ного» ямба, гораздо больше, чем «идеальных»! Так что же, все это обман?

(В школьном стиховедении, возможно, пусти­лись бы в рассуждения о пирри­хиях и спондеях, но нам это сейчас ни к чему — тем более что они ничего не объ­ясняют.)

То же самое с анапестами и дактилями (трех­сложными силлабо-тоническими стопами). В строках дактиля ударения должны падать на 1-й, 4-й, 7-й, 10-й слоги и так далее. В анапестах — на 3-й, 6-й, 9-й, 12-й… Однако по факту в дак­тилях очень часто на 1-м слоге ударений не оказывается, хотя они там нужны («А за окно́м шеле­стя́т тополя́…»). А в анапестах они там не нужны, но очень часто оказываются:

Де́тский ад на старинной картинке,
где спускают семь шкур по старинке —
жа́рят заживо, вдумчиво бьют,
ко́рмят сельдью и пить не дают.
А когда торжествует наука,
в хо́д идет просвещенная мука:
ра́й утраченный (вид из окна) —
ли́па, клумба, мангал, бузина.

Сергей Гандлевский

Вы спросите — что за ерунда?! Сейчас объясню. Но сначала —

Самый простой способ определить метр

Самый легкий способ определить простой (клас­сический, силлабо-тонический) метр — это скан­довка. То, как болельщики кричат кричалки на трибунах. Попыт­ка почув­ство­вать ритм, под­ставляя ударения там, где их нет, но они нужны, и не делая их там, где вроде бы они есть, но ритм велит не ударять. Это делается интуитивно:

мойДЯ!дяСА!мыхЧЕСТ!ныхПРА!вил

мысльИ!зреЧЕ!наЯ!естьЛОЖЬ!

Стиховед Александр Илюшин предложил изящ­ный способ, как перевести резуль­­таты скандовки на язык стиховедения. Он сравнил пять основных силлабо-тонических метров с пятью формами популярного русского мужского имени:

Хорей: Ва́ня-Ва́ня-Ва́ня-Ва́ня
Ямб: Ива́н-Ива́н-Ива́н-Ива́н
Дактиль: Ва́нечка-Ва́нечка-Ва́нечка-Ва́нечка
Амфибрахий: Ваню́ша-Ваню́ша-Ваню́ша-Ваню́ша
Анапест: Иоа́нн-Иоа́нн-Иоа́нн-Иоа́нн

Проскандировали строчку? Теперь посмо­трите, на что результат похож больше — на «Ивана», «Ваню» или «Иоанна». Этот не вполне научный способ всегда останется у вас в качестве подкреп­ления. А теперь —

Немного о науке

Какие определения ямба и хорея приняты в стро­гой науке? Примерно такие: ямб — метр, в кото­ром ударения неодносложных слов могут падать на четные по счету места в строке. Хорей — то же самое, но на нечетные.

Здесь, во-первых, добавлено слово «могут» — значит, не обязаны: это объяс­няет строки «Когда не в шутку занемог» (ямб, хотя нет ударения на 6-м слоге) или «Он уважать себя заставил» (ударе­ния нет на 2-м). Во-вторых, добавлено слово «не­односложных»: тогда можно не думать о приме­рах вроде «Мы́сль изреченная е́сть ложь» или «Бе́г санок вдоль Невы широкой» (или, в случае с хореями, «В тот же день ста́л княжить он»). Действи­тельно, здесь есть «лиш­ние» ударе­ния — но все они обеспечены односложными слова­ми, а их мы дого­ворились не учитывать.

Но есть две проблемы. Во-первых, это определе­ние верно только для ямба и хорея (то есть двусложных силлабо-тонических размеров). Для дактиля, амфибрахия или ана­песта (трехсложных силлабо-тонических размеров) его при­шлось бы менять на «ударения неоднослож­ных и недвусложных слов», что уже слишком сложно. А определения многих других метров — не классических (силлабо-тонических), а, напри­мер, дольников («Все мы бражники здесь, блуд­ницы, / Как невесело вместе нам! / На стенах цветы и птицы / Томятся по обла­кам») или такто­виков («По городу бегал черный человек. / Гасил он фонарики, карабкаясь на лестни­цу») вообще нельзя вывести из этого правила.

Во-вторых, и это самое главное, эти правила могут нарушаться — в той или иной строке. Могут нару­шаться случайно, по недосмотру: «Я предлагаю выпить в его́́ память…» («Пир во время чумы», это пятистопный ямб).

Могут нарушаться потому, что поэт приспо­сабливает язык к своим нуждам: «Во всё время разговора / Он стоял позадь забора…» («Сказка о царе Салтане», хорей): здесь мы должны «проглотить» ударение на «во всё», чтобы не пред­положить, что у Пушкина ошибка в метре.

И, самое главное, могут нарушаться спе­циально. Просто потому, что поэту никакие правила не указ — он сам, поэт, задает пра­вила, а не какие-то жалкие стиховеды. Вот стихотворе­ние Марины Цветаевой, где ямб нарушается регулярно:

Когда обидой — опилась
Душа разгневанная,
Когда семижды зареклась
Сражаться с демонами —

Не с теми, ливнями огней
В бе́здну нисхлестнутыми:
С земными низостями дней.
С людскими косностями —

Деревья! К вам иду! Спастись
От рева рыночного!
Ва́шими вымахами ввысь
Как сердце выдышано!

Дуб богоборческий! В бои
Всем корнем шествующий!
и́вы-провидицы мои!
Березы-девственницы!

Вяз — яростный Авессалом,
На пытке вздыбленная
Сосна — ты, уст моих псалом:
Го́речь рябиновая…

К вам! В живоплещущую ртуть
Листвы — пусть рушащейся!
Впервые руки распахнуть!
Забросить рукописи!

Зеленых отсветов рои…
Как в руки — плещущие…
Простоволосые мои,
Мои трепещущие!

Ямб нарушен четыре раза — однако это не делает его не ямбом. Во-первых, если это не ямб, то что же еще? Во-вторых, «наруше­ние» метра не значит, что это плохие стихи. Наоборот, можно трактовать это как прояв­ление поэтиче­ской силы: поэт сам поставил условия — сам их и нарушил, имеет право.

Что же делать?!

Итак, вы попытались применить скандиро­вание или что-то еще, но у вас не полу­чилось или вы не уверены. Вот что надо делать. Вооружитесь каран­дашом. Возьмите текст или, если он боль­шой, его фрагмент — строк 16, не меньше. Рас­ставьте в нем уда­рения так, как вам кажется правильно, счи­таясь с интуи­цией (понятное дело, что суще­ствительные и глаголы почти всегда ударны, предлоги и союзы почти всегда безудар­ны, а остальные части речи — по-раз­ному. Напри­мер, если вам кажется, что одно и то же слово — «он», «они», «был», «стал», «свой», «свои», «всё» — в одном случае ско­рее ударное, а в дру­гом скорее нет — так и отмечайте).

Между ударениями у вас окажутся безудар­ные слоги: где-то один, где-то сразу два, где-то три, четыре, пять, а где-то и ноль. Посчитайте, какие из таких интервалов встречаются чаще всего, а какие реже — и сверьтесь с таблицей:

Среди стихотворных форм еще выделяют верлибр, он же свободный стих: счи­тается, что иногда поэт пишет без любой метри­ческой схемы в голове, как бог на душу положит. В таком случае междуударные интервалы будут распреде­ляться так: чаще всего будут попадаться 2 и 3, реже — 1 и 4, еще реже — 0 и 5, но никакой из них не бу­дет специально избегаться (например, если 5 окажется чаще, чем 4, а нулей вообще не будет, повод заподозрить неладное — что это не просто верлибр, а что-то другое).

Мы почти все сделали. Осталось применить бритву Оккама. В таблице размеры идут от самых строгих к самым расслабленным — надо удостове­риться, что вы не выбрали размер посвободнее, когда можно было най­ти более строгое соответствие:

— Если у вас получился тактовик, но интер­валов 2 маловато, то проверьте, не является ли он на са­мом деле ямбом и хореем (с помо­щью скандирования).

— Если вам кажется, что у вас дольник, то с помо­щью скандирования про­верь­те, вдруг это идеаль­ный дактиль, или анапест, или амфибрахий. Помните стихотворение Гандлевского? В нем много «лишних» (стиховеды бы сказали, сверх­схемных) ударений на 1-м слоге, но если начать его скандировать-напе­вать, то станет ясно, что это чистейший анапест.

Если у вас сразу получились ямбы/хореи или дактили/амфибрахии/анапесты, то опреде­лите, что это конкретно (ямб или хорей и так далее), методом сканди­рования.

Метр определили. А размер?

Размер — это посчитать, сколько в строке умещается стоп (или «Иванов-Ванюш»). Сколько раз они встречаются, столько и ставьте: пять «Ванюш» — пятистопный амфибрахий, три «Вани» — трехстопный хорей и так далее. Если в разных строках число «Вань-Иванов» оказы­вается разным (как в баснях Кры­лова, «Горе от ума» или «Товарищу Нетте, пароходу и челове­ку» Маяковского), то это называют вольным (не свободным!) стихом, так и пишите: вольный ямб/амфибрахий. Если оно разное, но чередуется регулярно (как в «Памятнике» Пушкина: сначала три строки шестистопного ямба, потом одна — четырехстоп­ного, а потом заново), то так и гово­рите: урегули­рованное чередование таких-то и таких-то ямбических строк.

Впрочем, есть важные уточнения. Часто строка не делится на стопы нацело: в конце строки оказываются как бы половинки или трети стоп. Например, в строке «Вихри снежные крутя» последней стопе хорея не хватает до полноты одного слога (Ваня-Ваня-Ваня-Ва!). А в строке «Оттого, что я терпкой печалью», наоборот, слог «лью» как бы лишний (или, если вы оптимист, до полной стопы анапеста не хватает двух слогов). Правило простое: «непол­ная» стопа счита­ется, если в ней есть ударный слог (поэтому «Вихри снежные крутя» — это четырехстопный хорей несмотря ни на что), и не счи­тается, если от стопы взяты только безударные слоги («Оттого, что я терпкой печалью» — только трехстопный анапест, не четырехстопный).

Не попадитесь еще вот на какую удочку: иногда целая стопа могла бы уместиться в конец строки, но если ударения нет — ее учитывать не надо. Строки «По вечерам над ресторанами» и «Как обещало, не обманывая» — это четырехстопный ямб, хотя после последнего ударения еще идут два («нами») и три («нывая») безударных слога соответственно.

Есть еще дольник и тактовик, они на стопы не делятся, там считают ударения. В такто­виках (которые на самом деле очень редко встречаются в русской поэ­зии, особенно в чистом виде!) просто посчитайте число междуударных интер­валов в каждой строке, все эти единицы, двойки и тройки. Посчи­тали? Теперь прибавляйте еди­ницу: если в строках по два интервала, то ударе­ний, что логич­но, три. Пишите, соответственно: трехударный тактовик.

С дольниками надо быть аккуратнее. Проще всего найти строки, в которых есть только интервалы в 1 и 2 слога, и поступить как с тактовиками: посчитайте число интервалов и добавьте единич­ку. Но если вы решили определить размер по строкам, в которых есть интервалы 4 и 5, то считайте по-другому: интерва­лы 1 и 2 — за один, а 4 или 5 — за два. Потом тоже прибав­ляйте единицу. 

В верлибре (свободном стихе) размер не счи­тается, ура!

Что, это все?

Нет, конечно. Есть много сложных и пере­ходных форм. Есть сложные про­из­ведения — в которых автор в разных строках или фраг­ментах любит стал­кивать несочетаемые обычно метры: например, ямбы, анапесты и дольники. Наконец, есть сложные гибрид­ные размеры (которыми, например, написа­но «Не выходи из комнаты…» Бродского). Но эти сложные формы на экзамене вам вряд ли попадутся — они скорее для спе­циа­листов.

P. S. Зачем все это надо?

Для счастья! То есть, конечно, я понимаю тех, кто скажет, что это сложно и скучно, но поймите и вы меня. Во-первых, стихове­дение (не такое базовое, как мы с вами сейчас вскрыли) — точная наука, с графи­ками и формулами, и от него мож­но полу­чать то же наслаждение, которое матема­тик получает от изящной теоремы. Кроме того, стиховедение часто похоже на детектив, и разга­дывать загадки очень увлекательно. Наконец, стих в его высших про­яв­лениях очень сильно связан с поэзией — с языком, на котором стихотво­рение написано, и со смыслами, которые в нем выра­жены. В некоторых шедеврах это достигает удиви­тельной связи. В старой лекции я пытался раскрыть один такой пример — на примере «Молитвы» Лермон­това (не знаю, убедит ли он вас):