Саундтреки войн
- Северная война
(1700–1721) - Отечественная война 1812 года
- Крымская война
(1853–1856) - Кавказская война
(1817/1829–1864) - Русско-японская война (1904–1905)
Военная музыка — это прежде всего марш и походная песня, а также разнообразные сигналы и фанфары. Походная песня появилась раньше всего, марш же был заимствован европейцами у турок только в XVI веке — «янычарская музыка», имитации которой мы слышим у Моцарта Турецкий марш, или Rondo alla turca, из Сонаты № 11 ля мажор, К. 331. и Бетховена Финал Девятой симфонии.. От нее ведет происхождение и состав военного оркестра. Современный его вид складывается только к середине XIX века, так как появляются, например, удобные саксгорны Сконструированы Адольфом Саксом (автором саксофона) аккурат к Крымской войне.. С тех пор марши стали невероятно разнообразны: строевые, для торжественных походов, парадные, на встречу главнокомандующих, на вынос штандартов, похоронные, даже личные или присвоенные лично подразделению или полку.
Непосредственно с поля боя музыканты стали исчезать только к середине прошлого века: сначала не стало ведущего в бой полного оркестра, за ним барабанщиков (как и волынщиков, участвовавших еще в Крымской войне), у которых оставалась утилитарная роль — синхронизация шага. В Первой мировой оставались еще сигнальщики, которые подавали сигналы «К бою», «Кавалерийская атака» и так далее. Окончательно их вытеснила радиосвязь.
В отличие от других стран собственно военная музыка европейского образца, существовавшая со времен Петра I, у нас довольно позднего происхождения. За редчайшими исключениями, нашим знаменитым «старинным» русским военным маршам не более 150 лет (тогда как, к примеру, британский официальный флотский марш «Heart of Oak» был написан еще в 1760-м). Остальные просто забыты.
Собирать и вспоминать музыку военных лет в России всерьез стали еще во время празднования 100-летия Отечественной войны 1812 года. Кроме того, казаки на фронтах Первой мировой вовсю пели солдатские песни, возникшие еще в эпоху Русско-турецких войн, Кавказской и Крымской войны.
Северная война (1700–1721)
Северная война оставила немало музыкальных документов. Первый из них — это баллада о шведской победе при Нарве 1700 года («Slaget vid Narva»). Она принадлежит анонимному шведскому автору, ее часто можно встретить и в современных обработках.
C русской «неофициальной» стороны сохранилась старинная матросская песня «Буря море раздымает», несущая на себе черты канта — популярнейшего вокального жанра рубежа XVII–XVIII веков Стилизацией канта, например, является заключительный хор «Славься» из «Жизни за царя»; черты канта есть в гимнах Польши, Украины и даже Российской империи..
Такие канты были очень разными по характеру: лирические, торжественные и даже юмористические. К этим последним можно отнести «Бежит, бежит» о бегстве короля Карла XII в Турцию после поражения под Полтавой.
Сохранился также марш Адама Людвига Левенгаупта, генерала, которому в тот момент повезло меньше и который 10 лет провел в русском плену. Инструментовка и особенно мелодический характер этого марша дает представление о том, как выглядела европейская военная музыка в то время.
У нас подобная музыка тоже была введена петровским указом, когда в 1711 году Петр приказал укомплектовывать штаты кавалерийских и пехотных полков гобоистами (по девять на каждый полк: один иностранный и восемь русских), но, вероятнее всего, до наших дней она не дошла. Зато были знаменитые «виваты» — разновидность торжественного канта. Самый знаменитый — это «Орле российский» на победу под Полтавой.
Другой знаменитый петровский виват — «Радуйся, Роско земле» — сочинен на окончание войны и посвящен Ништадтскому миру.
В долгу не остались и бывшие противники. Согласно обычаям того времени, композитор Готфрид Линдеман написал небольшую кантату на русско-шведский мирный договор 1721 года.
Отечественная война 1812 года
Говоря об Отечественной войне 1812 года, следует отделять поздние стилизации и музыку, появившуюся в период празднований годовщин. Классический пример — песня «Бородино» на знаменитые лермонтовские стихи, относящаяся к концу XIX века. Торжественная увертюра Чайковского «1812 год», хотя и является самым популярным произведением русской музыки в мире, к 1812 году тоже имеет самое косвенное отношение.
Самая известная солдатская песня — старинная казачья «Донцы-молодцы», появившаяся примерно в то время и поющаяся до сих пор.
Кроме песен регулярных частей были и партизанские, из которых пережила свое время «Как во городе столичном». Ее текст зафиксирован не позднее 1815 года, и ее следует считать подлинной, хотя запись 1950 года в обработке Вадима Кочеткова являлась до недавнего времени чуть ли не единственной.
Песни наполеоновских солдат, и так уже завоевавших всю Европу, не несли в текстах прямых указаний на русскую кампанию. Созданные в самом начале Наполеоновских войн, а то и в период консульства, они звучали повсюду — от Александрии до Смоленска. Вот самые характерные из них: «Фаншон», созданная на основе мелодии, сочиненной аббатом де Латтеньяном еще в 1757 году…
…и «Песня о луке», которую связывают с легендарным эпизодом битвы при Маренго, когда Наполеон увидел гвардейца, яростно натирающего хлеб луком. «О, нет лучшего средства, чтобы бодро идти по дороге, ведущей к славе», — якобы сказал Бонапарт.
Однако в битве при Березине Березина — река в Белоруссии, правый приток Днепра; сражение оставило сильный отпечаток в общественном сознании французов, до сих пор употребляющих слово «Березина» как синоним полного провала и катастрофы. лук не помог: 28 ноября 1812 года под Борисовом русские войска буквально смяли части швейцарского дивизиона, оставив из 1300 человек в живых только 300. В память об этом композитор Фридрих Вильке написал песню на стихи Карла Людвига Гизеке.
А дальше дорогу к славе завоевывали уже русские войска. В память об этом остался Марш на вступление в Париж 1814 года, написанный капельмейстером из города Готы Иоганном Генрихом Вальхом. Считается, что под этот марш в побежденный Париж вступили войска всех союзников антинаполеоновской коалиции, а в дальнейшем он стал чисто русским и даже полковым маршем 30-го Полтавского полка. Интересно, что во многих старых изданиях писали, что этот марш сочинил сам Бетховен.
Марши же наполеоновской гвардии можно услышать даже в саундтреке эпопеи Сергея Бондарчука «Война и мир». Вот целое попурри из них (звучат знаменитый Императорский гвардейский марш, «Священный император», просто «Гвардейский», «Вынос знамен», «Победа за нами», «Ватерлоо» и «За императора»):
Крымская война (1853–1856)
Ко времени Крымской войны музыкантов уже стали убирать с поля боя — и одновременно во всех странах наблюдается бурный взлет штабных духовых оркестров; мода на такие военные оркестры возникает и на гражданке. И сразу музыки в войнах становится меньше. Официозная песня от автора «Боже, царя храни» Алексея Львова под названием «Жизни тот один достоин» на слова князя Горчакова — уникум своего рода и тоже не пережила своего времени, хотя ее можно услышать в современной записи.
Интересно, что, несмотря на огромное количество патриотической или верноподданической музыки, посвященной Крымской кампании в странах‑победительницах, она тоже не пережила своего времени. Так что вряд ли это связано с тем, кто в этой войне победитель, а кто побежденный.
Если считать Крымскую войну продолжением Русско-турецкой, то от «официальной» музыки останется, пожалуй, только турецкая — видимо, потому, что уж больно примечательные личности ее создавали: Джузеппе Доницетти поступил на службу к османскому султану Махмуду II (дважды воевавшему с Россией), стал Доницетти-пашой и писал для него музыку 20 лет. Вот личный марш Махмуда II:
А вот марш султана Абдул-Меджида I, сына Махмуда II, — нашего непосредственного противника в войне 1853–1856 годов:
Во время своих гастролей в Стамбуле в 1847 году Ференц Лист сделал виртуозную транскрипцию этого марша, не исполнявшуюся более ста лет!
Впрочем, у турок еще не было военных солдатских песен русско-европейского типа, а в основном именно они остались от Крымской войны со всех участвующих сторон.
Вот французская песня-марш первого батальона зуавов (африканских солдат), впервые введенных французским командованием в боевые действия именно при обороне Севастополя:
В Великобритании от событий тех лет осталась песня «Прощание с Гибралтаром» — официальный марш 79-го шотландского дивизиона, погибшего при переходе через реку Альму при взятии Севастополя:
Известно несколько ирландских солдатских песен-баллад, самая популярная из которых — «As I Rode Down Through Irishtown» — практически никогда не записывалась. Возможно, здесь роль сыграл антимилитаристский пафос текста — ничем хорошим по законам военного времени он обернуться не мог. Существует запись этой песни с той же мелодией, но другими словами (За ее обнаружение спасибо коллеге — выдающемуся музыковеду-американисту Дмитрию Ухову.):
Есть и одна подлинная солдатская песня тех лет — «Призывник из Керри» («The Kerry Recruit»), также ирландская. Однако все же ходил слух, что и за эту песню могут посадить в тюрьму.
Что же до русских солдатских песен, то и Русско-турецкая, и Крымская война их оставили в избытке. Характерный пример — «Турки наши лиходеи» К сожалению, мы не можем опубликовать эту запись на нашем сайте, но ее можно найти в сети — например, в исполнении мужского хора Института певческой культуры «Валаам»..
Еще одна примечательная песня — «Целый месяц с штаб-квартирой», посвященная победе в Башкадыкларском сражении 19 ноября 1853 года, которое и послужило поводом для начала Крымской войны.
Самой популярной солдатской песней собственно Крымской войны, поющейся и по сей день, является, наверное, «Где вы, соколы белые»:
А совсем уникальными являются, например, лихая казачья «Вот француз у турка в службе»…
…и финская «Laulu Oolannin sodasta» («Песня Аландской войны»), ставшая особенно популярной в эпоху после убийства генерала Бобрикова, перед независимостью Финляндии (иногда даже пишут, что это стилизация начала ХХ века). Для финнов, населявших Аландские острова, Крымская война была Аландской — ведь именно французские артиллеристы и британские моряки разрушили крепость Бомарсунд, расположенную на одном из Аландских островов в Балтийском море, входивших в состав России, 16 августа 1854 года, а финские и русские защитники морского укрепления отправились в плен. Именно финские гренадеры, находившиеся в тюрьме Льюис, и написали эту песню.
Кавказская война (1817 или 1829–1864)
Своеобразным продолжением истории с песнями Крымской войны можно считать песни Кавказской войны. Очень много песен было создано и черкесами (адыгами), и другими народами Северного Кавказа, которых «замирял» генерал Ермолов. Сейчас эти песни труднодоступны в аутентичных исполнениях. Здесь мы приведем только абадзехскую На территории России этот народ живет в одном адыгейском селе, почти все абадзехи были изгнаны в Турцию, где их сейчас почти полмиллиона. походную песню с характерным аккомпанементом на шичепшине, старинном адыгейском смычковом инструменте, и казачью песню о «нашем дедушке» генерале Ермолове К сожалению, мы не можем опубликовать запись песни «Генерал Ермолов на Кавказе» 1818 года на нашем сайте, но ее можно найти в сети — например, в исполнении мужского хора Института певческой культуры «Валаам»..
Русско-японская война (1904–1905)
Хотя эта война совпала с первой русской революцией, принесшей свои песни, гораздо более актуальные на тот момент, она оставила и собственную, до сих пор живущую песенную память. Песни «Варяг» и «На сопках Манчжурии», наверное, самые ранние в актуальном и по сей день военном песенном репертуаре. Анонимных песен в ту пору уже не было, авторы почти всех — как с русской, так и с японской стороны — известны. И у некоторых авторов была довольно примечательная судьба. Так, автор вальса «На сопках Манчжурии» едва не погиб под Мукденом: Илья Шатров, капельмейстер 214-го резервного Мокшанского батальона, участвовал в прорыве окружения. По легенде, его оркестр по приказу командира «Оркестр, вперед» играл на передовой, пока батальон не прорвался, а оркестр при этом лишился семерых музыкантов. Вальс написан в 1906–1907 годах, ноты вышли в 1907-м, первая пластинка — в 1909-м, когда вальс завоевал настоящую популярность. С 1910 года появляются различные тексты вальса, вплоть до советского времени (известен даже вариант 1945 года, когда Япония снова была нашим противником).
История песни-марша «Варяг» тоже хорошо известна: стихи о подвиге русских моряков написал второстепенный австрийский писатель Рудольф Грейнц (1866–1942). Во время Первой мировой войны, как и многие другие писатели, он занимался плакатной пропагандой и даже попал в роман Гашека «Похождения бравого солдата Швейка».
Стихотворение Грейнца, в оригинале «Der „Warjag“», в переводе Евгении Студенской стало популярнейшей русской матросской песней в Первую мировую.
Правда, из оригинала пришлось изъять третий куплет:
От пристани верной мы в битву уйдем,
Навстречу грозящей нам смерти,
За Родину в море открытом умрем,
Где ждут желтолицые черти!
(в этой войне японцы все-таки являлись нашими союзниками). А музыка, первоначально написанная капельмейстером 12-го гренадерского полка Алексеем Турищевым, вскоре изменилась до неузнаваемости и фактически потеряла автора.
Чуть менее известен, но все равно держится до сих пор в репертуаре духовых оркестров колонный марш «Бой под Ляояном» В. Ефанова. Все-таки это было одно из самых крупных и победоносных сражений русской армии, которым командовал генерал Алексей Куропаткин:
В японской военной музыке тоже осталось немало песен и маршей, прославляющих героев этой войны. После 1868 года и реформ Мэйдзи японская армия была реформирована по европейскому образцу, а вместе с ней и военная музыка, которая получила название гунка (軍歌). Это общее название не только для военной, но и церемониальной музыки, созданной по европейскому стандарту в императорской Японии. Но подобно тому как в духе новой армии были живы самурайские традиции, так и в песнях и маршах гунка отразилось наследие старинных самурайских баллад.
Самая популярная песня того времени, «Сэнъю» («Боевой товарищ»), одновременно с этим и самая длинная — первоначально в ней было полтораста куплетов, как в самурайских песнях, потом их число сократили в десять раз. Песню несколько раз чуть не постигла судьба ирландских баллад эпохи Крымской войны из-за того, что сквозь самурайский дух в ней просматривалось то, что японцы вполне могли считать пацифизмом.
Другая популярнейшая песня того времени — «Подполковник Татибана». Он действительно погиб в той битве при Ляояне, о которой мы писали выше, и был объявлен в Японии национальным героем. В честь его переименовали морской залив недалеко от места боя.
А вот цусимский бой, в отличие от ляоянского, закончился, как известно, разгромом русского флота, и название «Цусима» стало в русском языке нарицательным. Разумеется, это морское сражение, которым командовал адмирал Того, стало легендой японской армии. По заказу морского министерства в 1914 году была написана специальная песня — «Цусимский бой», или «Сражение в Японском море».
Вместе с «Трансваалем», «Варягом», «Шуми Марица» закончилась эпоха песен локальных войн. ХХ век принес с собой две новые, разрушительные, уже мировые войны — с другими песнями и другими героями и жертвами.
