КурсКак придумать городАудиолекцииМатериалы

Расшифровка Йоханнесбург и апартеид

Как во второй половине XX века, вопреки заветам Османа об объединении общества, главный город Южной Африки строился для людей с определенным цветом кожи

Начать свою лекцию я хотела бы с одной важной мысли. Апартеид, или апартхейд, что в переводе с африкаанс означает «разделение», стал логическим продолжением политики сегрегации, начатой колонистами на территории Южной Африки с момента первого европейского заселения в 1652 году. Важно понимать, что до установления режима апартеида в 1948 году Южно-Африкан­ский Союз представлял собой государство переселенческого колониализма. Это такой тип колониализма, который выживает за счет расширения жизненного пространства самих колонистов в ущерб автохтонным, коренным народам. Итак, в 1652 году на территорию современной ЮАР к мысу Доброй Надежды прибывает корабль голландской Ост-Индской компании, участники которой во главе с Яном ван Рибеком образуют первую поселенческую Капскую колонию и ее центр Капстад, ныне Кейптаун. 

Чарльз Дэвидсон Белл. Прибытие Яна ван Рибека в Столовую бухту в апреле 1652 года. XIX векWikimedia Commons

Потомки голландских переселенцев создают свое поселение, вступая в конфликт с местными народами банту. Их именуют африканеры. Африканеры говорят на видоизмененном голландском, занимаются земледелием и проповедуют кальвинизм. Через полвека в Капскую колонию приплывают англичане и начинают довольно активно устанавливать там свое присутствие. В череде захватнических войн, кульминацией которых стали две англо-бурские войны, англичане отвоевывают себе право стать частью новой политической и экономической элиты и образуют в 1910 году Южно-Африканский Союз — государство-доминион в составе Британской империи. Получается, что на протяжении 300-летней истории европейского господства в Южной Африке белое меньшинство, африканеры и англичане, занимало высшие позиции в общественной иерархии, а коренное население экономически порабощалось и использовалось преимущественно в качестве дешевой рабочей силы. Именно об этом говорил главный идеолог апартеида, кальвинистский проповедник Малан. Он утверждал, что в апартеиде нет ничего нового, это не что иное, как продолжение традиционной политики сегрегации колонистов, начавшейся 300 лет назад. Политика апартеида, по его мнению, выражала укорененное расовое самосознание белых южноафриканцев, прежде всего африканеров, принципиально отличное от самосознания коренных народов банту. Таким образом, в основе апартеида лежал африканерский национализм. 

Исполнительный совет общества «Брудербонд». 1918 годWikimedia Commons

В какой-то момент африканеры создали секретное общество «Брудербонд». Это было такое тайное братство, мозговой центр, который влиял на принятие всех ключевых решений Национальной партии, которая и ввела апартеид в 1948 году. Тем не менее именно английские колонисты ввели законы, которые ограничили доступ африканцев к владению землей. В 1913 году они принимают первый подобный закон, в 1936 году еще один, так называемый Native Trust and Land Act. Африканцам было разрешено владеть землей только на территориях специальных резерваций. Это были самые небогатые и неплодородные регионы страны. В результате колониальной политики белое меньшинство, составлявшее примерно 15 % населения на момент падения режима апартеида в 1994 году, владело примерно 87 % всех земель в стране.

Апартеид стал своеобразной идеологизированной и радикализированной формой колониальной политики, которую проводили сначала африканеры, затем англичане — в течение почти что ста лет своего господства. Важно отметить, что европейская идея гражданства, наделения граждан своего государства правами, политическими свободами и социальными благами, при колониальных системах практически никогда не распространялась на коренное население колоний. Коренное население не считалось гражданами. Это проявлялось в разной степени в португальской, британской и французской колониальных системах. Все эти системы начали терпеть крах сразу после Второй мировой войны и рушились во многом благодаря массовому сопротивлению африканских народов снизу. В этом ряду колониальных империй ЮАР стала уникальным случаем, поскольку система расовых законов просуществовала там вплоть до 1994 года, до первых демократических выборов, в ходе которых к власти пришел первый африканский — или, как было принято тогда говорить, «черный» — президент Нельсон Мандела.

Нельсон Мандела во время предвыборной кампании. Апрель 1994 года©  Per-Anders Pettersson / Getty Images

Здесь я хочу обратить ваше внимание, что в своей лекции я буду использовать расхожие и принятые в сегодняшнем научном дискурсе ЮАР расовые категории — «черные», «белые», «цветные» — в кавычках, чтобы подчеркнуть их сконструированный характер. 

Итак, установление апартеида произошло в 1948 году. Чтобы рассказать о том, как развивался и жил главный экономический центр ЮАР Йоханнесбург, необходимо понимать, что из себя представлял апартеид как политическая и экономическая система. В 1948 году на выборах, в которых тогда принимало участие только белое население, к власти приходит крайне правая африканерская Национальная партия. Партия установила в стране расовую политику, концептуальную основу которой развил и обосновал кальвинистский пастор Малан. 

Законы, которые придумал режим апартеида, должны были привести к полной сегрегации населения в соответствии с расовыми группами. Для этого была проведена расовая классификация всего населения. Согласно этой классификации, все жители делились на четыре группы: «белых», то есть европейцев; коренных, то есть «черных» (это были в основном народы банту). Далее в расовой классификации шли «цветные», это была очень «непонятная» с точки зрения расистской классификации группа, которая состояла из потомков от смешанных браков между африканерами с разными местными народами. «Цветные» говорили на языке африкаанс и исторически проживали в Капской провинции. Индийцев, которые традиционно имели большую колонию в регионе Наталь, и китайцев, которые исторически имели большое сообщество в Йоханнесбурге, относили к четвертой расовой группе — азиатам. К этим разным группам применялись разные подходы в управлении. Начиная с 1950-х годов происходят серьезные изменения в городском пространстве. 

Нужно проговорить основные законы, с помощью которых апартеид пытался существовать. Первый закон был принят в 1950 году. С помощью этого закона были созданы сегрегированные районы в городах, и если район назывался белым, все небелые должны были оттуда уехать. Таким образом в период с 1960 по 1983 год порядка трех с половиной миллионов африканцев были выселены из центральных городских районов. Выселены они были в бантустаны, специальные резервации в сельской местности, на периферию городов, в так называемые тауншипы. «Тауншип» можно перевести на русский язык словом «поселок».

Софиятаун. 1955 год© ullstein bild via Getty Images

Интересна история сноса знаменитого тауншипа Софиятаун, который был образован в Йоханнесбурге еще в 1886 году и умудрился просуществовать практически в центре города вплоть до вот бесславно известного закона о городской сегрегации. Как только закон был принят, тауншип начали сносить. 

Следующий закон, о котором обязательно нужно сказать, это закон о создании бантустанов: The Bantustan Act 1959 года. По сути, это были анклавы вдали от промышленно развитых городов, и предполагалось, что бантустаны должны стать как бы маленькими государствами с самоуправлением коренного населения. В основном в бантустанах проживали женщины, дети и старики, потому что все трудоспособное активное мужское население работало на производствах. Мужчины, которые выезжали в белые города, становились гастарбайтерами, у них не было официального разрешения оставаться на ночь в городах, и они должны были уезжать после работы в специальные общежития на окраине этих городов или к себе в тауншипы. 

Еще один важный закон — о сегрегации в образовании, Bantu Education Act 1953 года. Он предполагал разное обучение для белых и черных студентов. Как говорил министр по делам коренного населения Фервурд: «Африканские дети должны учиться только тому, что позволит им жить в их собственном обществе, зачем им учить то, что понадобится в европейском обществе, ведь они никогда не будут жить рядом с нами». Естественно, эти расовые законы встречали волны сопротивления, причем как в среде так называемых черных жителей, так и в среде цветных, но не только. В среде белых благополучных горожан формировались группы, недовольные такой расовой политикой. Например, в 1955 году в Йоханнесбурге шестеро женщин из среднего класса создали общественную организацию Black Sash. Она выступала против жестких расовых практик апартеида и впоследствии создала адвокатскую контору по защите прав небелого населения. 

Протест против расовой дискриминации в Южной Африке. Лондон, 1956 год© Corbis via Getty Images

На международном уровне апартеид вызвал резкое осуждение, прежде всего со стороны социалистических стран и СССР, а также со стороны ряда прогрессивных левых политических партий в Западной Европе. В результате жесткой политики апартеида в 1961 году Южно-Африканский Союз выходит из Содружества наций и становится полностью независимым государством, Южно-Африканской Республикой, или ЮАР. ЮАР восстановила свое членство в Содружестве только в 1994 году, после ликвидации системы апартеида.

Интересно, как такие чудовищные законы сказывались на повседневной жизни горожан. Пример Йоханнесбурга особенно показателен, поскольку в этом городе исторически концентрировалось большое количество мигрантов из разных уголков света. Город был основан в 1886 году австралийским золотоискателем Джорджем Харрисоном и стал магнитом для предпринимателей и авантюристов всех мастей. После открытия рудников и таких крупнейших корпораций, как Anglo American, Йоханнесбург стал местом концентрации рабочего класса, трудившегося на шахтах вблизи города, и растущего числа офисных работников. В городе на разных предприятиях трудились рабочие, которые после рабочего дня разъезжались по сегрегированным жилым комплексам. «Черные» рабочие жили в общежитиях вдали от своих семей, которые, как я уже говорила, оставались в бантустанах. В 50-е годы после введения законов о сегрегации в городской среде государство начало массовое строительство жилых кварталов для «черного» населения, так называемых тауншипов. Идея заключалась в том, чтобы освободить города от коренного населения: оно должно обслуживать «белые» города, а проживать где-то подальше. Где же оно должно было проживать? После того как был введен Group Areas Act, все неформальные поселения в городе, которые исторически там возникали, были уничтожены. Таким образом, все «цветное» и «черное» население предполагалось переселить в компактные жилые массивы на периферии Йоханнесбурга.

Соуэто. Около 1960 года©  Archive Photos / Getty Images

Один из самых известных жилых массивов — комплекс Соуэто, который был создан в начале 50-х годов, как раз во времена расцвета апартеида. Создавая серию экспериментальных проектов массового типового жилья, архитекторы, работавшие в Южной Африке, и в частности Калдервуд, использовали классические модернистские идеи. Калдервурд был студентом архитектурного факультета Университета Витватерсран и в своих работах цитировал основополагающие работы Патрика Геддеса и Льюиса Мамфорда. В своем подходе он подчеркивает важность социологических исследований для понимания изменений в урбанизации. Отмечая необходимость социальных исследований, Калдервуд указывал, что, к сожалению, в ЮАР информации касательно пожеланий и предпочтений «черного» населения не существует. Отсутствие социальных данных о том, как живут и чего хотят африканцы, позволило планировщикам пойти по рациональному методу с его упором на технические решения, чтобы минимизировать расходы. 

Калдервуд разработал типовой четырехкомнатный дом площадью 40 квадратных метров, который лег в основу знаменитого жилого комплекса Соуэто. В народе эти домики получили название спичечных коробок, matchboxes. При проектировании тауншипов были установлены минимальные жилищные стандарты, принятые правительством и жилищными властями для воспроизведения тысячами по всей Южной Африке в течение трех десятилетий, начиная с 1950-х годов и заканчивая 1980-ми. В духе идей Ле Корбюзье, на которого также ссылался в своих работах Калдервуд, каждый домик должен был иметь свой придомовой садик, чтобы пространство тауншипа не выглядело скучным. Еще один интересный сдвиг происходит относительно идеи домовладения. Ведь, как мы знаем, апартеид запрещал иметь в собственности дома коренному населению, и даже в тауншипах африканцы и «цветные» не могли выкупать дома до определенного момента. 

Восстание в Соуэто. 1976 год© Bettman / Getty Images

После 1976 года, после знаменитого восстания школьников в Соуэто (восстание закончилось убийством более сотни демонстрантов и вызвало огромный резонанс в мире), режим апартеида решил пойти на ряд уступок. В частности, в Соуэто в 1978 году разрешилось выкупать дома в собственность. Какая идея лежала в основе этого решения? Как полагали государственные деятели апартеида, идея частной собственности противоречила идее коммунизма. Иными словами, дав возможность благосостоятельным африканцам выкупать дома в собственность, правительство полагало, что таким образом оно будет способствовать формированию среднего класса и сдерживать протестные настроения, которые существовали в Соуэто. Конечно, необходимо понимать, что Соуэто, как и другие тауншипы, построенные во времена апартеида, несмотря на красивый план Калдервуда, были местами очень отсталыми с точки зрения городской инфраструктуры: далеко не везде было электричество и канализация, плохо были оснащены школы и больницы.

Таким образом, с юго-запада Йоханнесбург был окружен конгломератом тауншипов, которые назывались Соуэто, — на самом деле это целый конгломерат тауншипов. Соуэто существует до сих пор, и там проживает более миллиона человека. Конечно, сейчас он выглядит по-другому: построены хорошие дороги, проведено электричество. Существуют части Соуэто, в которых живут очень благополучные африканцы, существуют менее благополучные районы, но в целом этот тауншип выглядит куда более оптимистично, чем в 50-е, 60-е и 70-е годы. 

Что же происходило в центре Йоханнесбурга? Удалось ли архитекторам апартеида реализовать свой безумный план по сохранению этнической гомогенности? 

Вид Йоханнесбурга. 1958 год© Claude Jacoby / ullstein bild via Getty Images

Это интересно, потому что, как я уже говорила, по замыслу всей инфраструктурой в городах могло пользоваться только привилегированное «белое» население. Процитирую, как вспоминает свое пребывание в Йоханнесбурге в начале 70-х годов французская журналистка Ани Франкос: 

«Всю первую половину дня я разгуливаю по улицам Йоханнесбурга, по сравнению с которым самые большие африканские столицы кажутся глухими деревушками. Всюду бетон, прямые строго распланированные улицы, сверкающие неоном витрины, огромные рекламные щиты. В центре города царит необычайное оживление — здесь расположены административные учреждения, банки, представительства международных компаний и большие магазины. Всюду полно кофеен, точно таких, как в Лондоне. Чаще всего их содержат итальянцы и греки, эмигрировавшие из Египта… Много американских и английских машин. Они протискиваются между двухэтажными красными автобусами, напоминающими о том, что совсем недавно Южная Африка была доминионом Английского королевства. В основном толпа состоит из белых, но во время ланча мне приходилось наблюдать любопытнейшее явление: улица словно меняет окраску — белые устремляются из магазинов и контор к своим огромным машинам, торопясь домой или в ресторан. И тысячи черных в рабочих комбинезонах завладевают улицей. Они рассаживаются группами на земле и тротуарах и, опустив ноги в ручей, играют в домино, читают газеты, о чем-то спорят. Некоторые входят в магазины и выходят оттуда с бутербродом, апельсинами и большими картонными бутылками, на которых написано „Пиво банту“. Я никак не могу понять, почему они сидят вот так, на тротуарах, ведь в кафе, наверное, было бы удобнее. Проверяю надписи на дверях нескольких ресторанов, но нигде не вижу таблички „только для белых“. Обращаюсь за разъяснением к африканской девушке, которая уже давно наблюдает за мной. Сначала она несколько удивилась, потом, уловив по моему акценту, что я нездешняя, ответила: да потому что весь Йоханнесбург только для белых, и напоминать об этом не следует. Как это, изумляюсь я, наверное, африканцам запрещено все-таки посещать какие-то определенные места — и все? Нет, отвечает она, для нас в Йоханнесбурге вообще нет места. Нет ни ресторанов, ни кино, ни столовых — это белая зона. <…> За нарушение городского закона о раздельном пользовании общественными зонами полагался штраф — тюремное заключение до трех лет, штраф в несколько сотен фунтов или 10 ударов плетьми, а то и два наказания сразу».

В период расцвета апартеида, в 50–60-е годы, городские власти Йоханнесбурга благоустраивают центральные районы города. Я бы хотела выделить два района, которые интересны своей потрясающей историей. Они были основаны как мигрантские кварталы — до апартеида, практически с момента образования Йоханнесбурга. Первый район, о котором я хочу рассказать, это Хиллброу. В 1890-х годах там уже были первые сообщества мигрантов. Во времена апартеида он был маркирован как «белый» и, все, кто принадлежал к другим расовым группам, должны были оттуда уехать. Этот район хорошо благоустраивался: в 1960-х годах там строились многоэтажные квартирные дома, которые заселяли молодые «белые» пары. Эти квартиры были стартовым жильем для молодых семей, которые впоследствии покупали более престижные дома в пригородах Йоханнесбурга. Соответственно, во времена апартеида Хиллброу имел особый молодежный вайб и был символом благополучной «белой» жизни. К концу 60-х годов за счет быстрого строительства высотных офисных и жилых домов район был преобразован.

Район Хиллброу. 1973 год© Harvey Meston / Archive Photos / Getty Images

Но в 70-е годы Хиллброу становится местом концентрации «белого» гей-сообщества Йоханнесбурга: первые клиники для лечения ВИЧ-инфици­рованных появились в Хиллброу. И когда молодежь уезжала, квартиры выкупали молодые гей-пары. В 1980-х годах, после отмены режимом апартеида печально известного Group Areas Act, закона о сегрегации городского пространства, режим апартеида уже понимает свою несостоятельность, в тауншипах постоянно идут протесты, бунты, и начинается политика послаблений и уступок. В Хиллброу заезжают индийцы и «цветные» — некоторые районы перестают маркироваться как «белые», и он становится одним из первых районов, куда прибывают иноэтничные группы. Этот район становится более мультикультурным и быстро меняется. Вместе с тем нужно понимать, что режим апартеида ослаб не только благодаря протесту африканцев снизу, хотя, конечно, это было значительной силой, но в том числе благодаря экономическому кризису, который разразился в конце 70-х годов. У режима остается все меньше денег, и благоустраивать городскую среду в центре города в тех объемах, в которых это делалось в 60-е годы, становится невозможно. Хиллброу начинает немного запустевать, а к началу 90-х приходит в упадок.

Еще один район Йоханнесбурга, основанный как мигрантский анклав сразу же после основания города, это Йоувилл. Это один из самых старых районов города. Как и Хиллброу, исторически он был заселен мигрантами, в основном евреями и белыми южноафриканцами. Йоувилл был центром богемной культурной жизни: там были литературные кафе, ночные клубы, рестораны и так далее. Но как и Хиллброу, Йоувилл начал меняться, и в какой-то момент некогда благополучный район превратился в район запустения, как и Хиллброу. Это произошло вследствие экономического кризиса из-за общего упадка центральной части города — государство фактически прекратило обслуживать многоквартирные дома в Хиллброу и в должной степени обслуживать домики в Йоувилле (Йоувилл состоял не из высотной застройки, а из одноэтажных колониальных домиков). Цены на жилье в этих районах упали, и это стало привлекать менее благополучные группы горожан. 

При этом я ни в коем случае не хочу истолковывать это как следствие выхода «белого» населения из центральных районов — это неверная логика. Нужно хорошо понимать структуру апартеида, его законы, то, как в 1960-е годы финансировались благополучные районы Центрального Йоханнесбурга и почему в 1980-х годах это финансирование прекратилось.

Таким образом, оказалось, что при помощи технических методов решить социальные проблемы в городе было невозможно. Задумав благоустроенное жилье для отдельных расовых групп и наделив его жителей правом собственности, режим апартеида проводил вместе с тем жесткую расистскую политику, и эта политика на долгие годы укрепила пространственное неравенство Йоханнесбурга. Сегодня, если вы приедете в Йоханнесбург, вам станет очевидно, что география апартеида не преодолена, хотя сегодня она имеет скорее классовое измерение, чем расовое.

Курс подготовлен вместе с Высшей школой урбанистики имени А. А. Высоковского ФГРР НИУ ВШЭ при поддержке компании VEKA Rus в рамках празднования 10-летия школы
Хотите быть в курсе всего?
Подпишитесь на нашу рассылку, вам понравится. Мы обещаем писать редко и по делу
Курсы
Третьяковка после Третьякова
Как училась Россия
«Народная воля»: первые русские террористы
История сексуальности
Тьфу-тьфу-тьфу!
Скандинавия эпохи викингов
Языки архитектуры XX века
Точки опоры
Николай Гумилев в пути
Портрет художника эпохи СССР
Мир Толкина. Часть 1
Что мы знаем об этрусках
Английская литература XX века. Сезон 2
Джаз для начинающих
Ощупывая
северо-западного
слона
Ученый совет
Трудовые будни героев Пушкина, Лермонтова, Гоголя и Грибоедова
Взлет и падение Новгородской республики
История русской эмиграции
Как придумать город
Вашими молитвами
Остап Бендер: история главного советского плута
Мир Даниила Хармса
Найман читает «Рассказы о Анне Ахматовой»
Главные идеи Карла Маркса
Олег Григорьев читает свои стихи
История торговли в России
Зачем я это увидел?
Жак Лакан и его психоанализ
Мир средневекового человека
Репортажи с фронтов Первой мировой
Главные философские вопросы. Сезон 8: Где добро, а где зло?
Сказки о любви
Веничка Ерофеев между Москвой и Петушками (18+)
Япония при тоталитаризме
Рождественские песни
Как жили обыкновенные люди и императоры в Древнем Риме
Хотелось бы верить
Немецкая музыка от хора до хардкора
Главные философские вопросы. Сезон 7: Почему нам так много нужно?
Довлатов и Ленинград
Главные философские вопросы. Сезон 6: Зачем нам природа?
История московской архитектуры. От Василия Темного до наших дней
Личный XX век
Берлинская стена. От строительства до падения
Страшные истории
Нелли Морозова. «Мое пристрастие к Диккенсу». Аудиокнига
Польское кино: визитные карточки
Зигмунд Фрейд и искусство толкования
Деловые люди XIX века
«Эй, касатка, выйди в садик»: песни Виктора Коваля и Андрея Липского
Английская литература XX века. Сезон 1
Культурные коды экономики: почему страны живут по-разному
Главные философские вопросы. Сезон 5: Что такое страсть?
Золотая клетка. Переделкино в 1930–50-е годы
Как исполнять музыку на исторических инструментах
Как Оптина пустынь стала главным русским монастырем
Как гадают ханты, староверы, японцы и дети
Последние Романовы: от Александра I до Николая II
Отвечают сирийские мистики
Как читать любимые книги по-новому
Как жили обыкновенные люди в Древней Греции
Путешествие еды по литературе
За что мы любим кельтов?
Стругацкие: от НИИЧАВО к Зоне
Легенды и мифы советской космонавтики
Гитлер и немцы: как так вышло
Как Марк Шагал стал всемирным художником
«Безутешное счастье»: рассказы о стихотворениях Григория Дашевского
История русской еды
Лесков и его чудные герои
Песни о любви
Культура Японии в пяти предметах
5 историй о волшебных помощниках
Главные философские вопросы. Сезон 4: Что есть истина?
Что придумал Бетховен
Первопроходцы: кто открывал Сибирь и Дальний Восток
Сирийские мистики об аде, игрушках, эросе и прокрастинации
Что такое романтизм и как он изменил мир
Финляндия: визитные карточки
Как атом изменил нашу жизнь
Данте и «Божественная комедия»
Шведская литература: кого надо знать
Я бы выпил (18+)
Кто такой Троцкий?
Теории заговора: от Античности до наших дней
Зачем люди ведут дневники, а историки их читают
Помпеи до и после извержения Везувия
Народные песни русского города
Метро в истории, культуре и жизни людей
Идиш: язык и литература
Кафка и кафкианство
Кто такой Ленин?
Что мы знаем об Антихристе
Джеймс Джойс и роман «Улисс»
Стихи о любви
Главные философские вопросы. Сезон 3: Существует ли свобода?
«Молодой папа»: история, искусство и Церковь в сериале
Безымянный подкаст Филиппа Дзядко
Антропология Севера: кто и как живет там, где холодно
Как читать китайскую поэзию
Экономика пиратства
Как русские авангардисты строили музей
Милосердие на войне
Как революция изменила русскую литературу
Главные философские вопросы. Сезон 2: Кто такой Бог?
Гутенберг позвонит
Композитор Владимир Мартынов о музыке — слышимой и неслышимой
Лунные новости
Открывая Россию: Ямал
Криминология: как изучают преступность и преступников
Открывая Россию: Байкало-Амурская магистраль
Введение в гендерные исследования
Документальное кино между вымыслом и реальностью
Из чего состоит мир «Игры престолов»
Мир Владимира Набокова
Краткая история татар
Как мы чувствуем архитектуру
Письма о любви
Американская литература XX века. Сезон 2
Американская литература XX века. Сезон 1
Холокост. Истории спасения
Главные философские вопросы. Сезон 1: Что такое любовь?
У Христа за пазухой: сироты в культуре
Антропология чувств
Первый русский авангардист
Как увидеть искусство глазами его современников
История исламской культуры
Как работает литература
Несогласный Теодор
История Византии в пяти кризисах
Открывая Россию: Иваново
Комплекс неполноценности
История Великобритании в «Аббатстве Даунтон»
Самозванцы и Cмута
Поэзия как политика. XIX век
Иностранцы о России
Особенности национальных эмоций
Русская литература XX века. Сезон 6
10 секретов «Евгения Онегина»
Зачем нужны паспорт, ФИО, подпись и фото на документы
История завоевания Кавказа
Открывая Россию: Сахалин
Сталин. Вождь и страна
Ученые не против поп-культуры
В чем смысл животных
Приключения Моне, Матисса и Пикассо в России 
Мир Эйзенштейна
Блокада Ленинграда
Что такое современный танец
Как железные дороги изменили русскую жизнь
Франция эпохи Сартра, Годара и Брижит Бардо
Лев Толстой против всех
Россия и Америка: история отношений
Как придумать свою историю
Россия глазами иностранцев
История православной культуры
Революция 1917 года
Русская литература XX века. Сезон 5
Человек против СССР
Мир Булгакова
Как читать русскую литературу
Что такое
Древняя Греция
Блеск и нищета Российской империи
Мир Анны Ахматовой
Жанна д’Арк: история мифа
Любовь при Екатерине Великой
Русская литература XX века. Сезон 4
Социология как наука о здравом смысле
Кто такие декабристы
Русское военное искусство
Византия для начинающих
Закон и порядок
в России XVIII века
Как слушать
классическую музыку
Русская литература XX века. Сезон 3
Повседневная жизнь Парижа
Русская литература XX века. Сезон 2
Как понять Японию
Рождение, любовь и смерть русских князей
Что скрывают архивы
Русский авангард
Петербург
накануне революции
«Доктор Живаго»
Бориса Пастернака
Антропология
коммуналки
Русская литература XX века. Сезон 1
Архитектура как средство коммуникации
История дендизма
Генеалогия русского патриотизма
Несоветская философия в СССР
Преступление и наказание в Средние века
Как понимать живопись XIX века
Мифы Южной Америки
Неизвестный Лермонтов
Греческий проект
Екатерины Великой
Правда и вымыслы о цыганах
Исторические подделки и подлинники
Театр английского Возрождения
Третьяковка после Третьякова
Как училась Россия
«Народная воля»: первые русские террористы
История сексуальности
Тьфу-тьфу-тьфу!
Скандинавия эпохи викингов
Языки архитектуры XX века
Точки опоры
Николай Гумилев в пути
Портрет художника эпохи СССР
Мир Толкина. Часть 1
Что мы знаем об этрусках
Английская литература XX века. Сезон 2
Джаз для начинающих
Ощупывая
северо-западного
слона
Ученый совет
Трудовые будни героев Пушкина, Лермонтова, Гоголя и Грибоедова
Взлет и падение Новгородской республики
История русской эмиграции
Как придумать город
Вашими молитвами
Остап Бендер: история главного советского плута
Мир Даниила Хармса
Найман читает «Рассказы о Анне Ахматовой»
Главные идеи Карла Маркса
Олег Григорьев читает свои стихи
История торговли в России
Зачем я это увидел?
Жак Лакан и его психоанализ
Мир средневекового человека
Репортажи с фронтов Первой мировой
Главные философские вопросы. Сезон 8: Где добро, а где зло?
Сказки о любви
Веничка Ерофеев между Москвой и Петушками (18+)
Япония при тоталитаризме
Рождественские песни
Как жили обыкновенные люди и императоры в Древнем Риме
Хотелось бы верить
Немецкая музыка от хора до хардкора
Главные философские вопросы. Сезон 7: Почему нам так много нужно?
Довлатов и Ленинград
Главные философские вопросы. Сезон 6: Зачем нам природа?
История московской архитектуры. От Василия Темного до наших дней
Личный XX век
Берлинская стена. От строительства до падения
Страшные истории
Нелли Морозова. «Мое пристрастие к Диккенсу». Аудиокнига
Польское кино: визитные карточки
Зигмунд Фрейд и искусство толкования
Деловые люди XIX века
«Эй, касатка, выйди в садик»: песни Виктора Коваля и Андрея Липского
Английская литература XX века. Сезон 1
Культурные коды экономики: почему страны живут по-разному
Главные философские вопросы. Сезон 5: Что такое страсть?
Золотая клетка. Переделкино в 1930–50-е годы
Как исполнять музыку на исторических инструментах
Как Оптина пустынь стала главным русским монастырем
Как гадают ханты, староверы, японцы и дети
Последние Романовы: от Александра I до Николая II
Отвечают сирийские мистики
Как читать любимые книги по-новому
Как жили обыкновенные люди в Древней Греции
Путешествие еды по литературе
За что мы любим кельтов?
Стругацкие: от НИИЧАВО к Зоне
Легенды и мифы советской космонавтики
Гитлер и немцы: как так вышло
Как Марк Шагал стал всемирным художником
«Безутешное счастье»: рассказы о стихотворениях Григория Дашевского
История русской еды
Лесков и его чудные герои
Песни о любви
Культура Японии в пяти предметах
5 историй о волшебных помощниках
Главные философские вопросы. Сезон 4: Что есть истина?
Что придумал Бетховен
Первопроходцы: кто открывал Сибирь и Дальний Восток
Сирийские мистики об аде, игрушках, эросе и прокрастинации
Что такое романтизм и как он изменил мир
Финляндия: визитные карточки
Как атом изменил нашу жизнь
Данте и «Божественная комедия»
Шведская литература: кого надо знать
Я бы выпил (18+)
Кто такой Троцкий?
Теории заговора: от Античности до наших дней
Зачем люди ведут дневники, а историки их читают
Помпеи до и после извержения Везувия
Народные песни русского города
Метро в истории, культуре и жизни людей
Идиш: язык и литература
Кафка и кафкианство
Кто такой Ленин?
Что мы знаем об Антихристе
Джеймс Джойс и роман «Улисс»
Стихи о любви
Главные философские вопросы. Сезон 3: Существует ли свобода?
«Молодой папа»: история, искусство и Церковь в сериале
Безымянный подкаст Филиппа Дзядко
Антропология Севера: кто и как живет там, где холодно
Как читать китайскую поэзию
Экономика пиратства
Как русские авангардисты строили музей
Милосердие на войне
Как революция изменила русскую литературу
Главные философские вопросы. Сезон 2: Кто такой Бог?
Гутенберг позвонит
Композитор Владимир Мартынов о музыке — слышимой и неслышимой
Лунные новости
Открывая Россию: Ямал
Криминология: как изучают преступность и преступников
Открывая Россию: Байкало-Амурская магистраль
Введение в гендерные исследования
Документальное кино между вымыслом и реальностью
Из чего состоит мир «Игры престолов»
Мир Владимира Набокова
Краткая история татар
Как мы чувствуем архитектуру
Письма о любви
Американская литература XX века. Сезон 2
Американская литература XX века. Сезон 1
Холокост. Истории спасения
Главные философские вопросы. Сезон 1: Что такое любовь?
У Христа за пазухой: сироты в культуре
Антропология чувств
Первый русский авангардист
Как увидеть искусство глазами его современников
История исламской культуры
Как работает литература
Несогласный Теодор
История Византии в пяти кризисах
Открывая Россию: Иваново
Комплекс неполноценности
История Великобритании в «Аббатстве Даунтон»
Самозванцы и Cмута
Поэзия как политика. XIX век
Иностранцы о России
Особенности национальных эмоций
Русская литература XX века. Сезон 6
10 секретов «Евгения Онегина»
Зачем нужны паспорт, ФИО, подпись и фото на документы
История завоевания Кавказа
Открывая Россию: Сахалин
Сталин. Вождь и страна
Ученые не против поп-культуры
В чем смысл животных
Приключения Моне, Матисса и Пикассо в России 
Мир Эйзенштейна
Блокада Ленинграда
Что такое современный танец
Как железные дороги изменили русскую жизнь
Франция эпохи Сартра, Годара и Брижит Бардо
Лев Толстой против всех
Россия и Америка: история отношений
Как придумать свою историю
Россия глазами иностранцев
История православной культуры
Революция 1917 года
Русская литература XX века. Сезон 5
Человек против СССР
Мир Булгакова
Как читать русскую литературу
Что такое
Древняя Греция
Блеск и нищета Российской империи
Мир Анны Ахматовой
Жанна д’Арк: история мифа
Любовь при Екатерине Великой
Русская литература XX века. Сезон 4
Социология как наука о здравом смысле
Кто такие декабристы
Русское военное искусство
Византия для начинающих
Закон и порядок
в России XVIII века
Как слушать
классическую музыку
Русская литература XX века. Сезон 3
Повседневная жизнь Парижа
Русская литература XX века. Сезон 2
Как понять Японию
Рождение, любовь и смерть русских князей
Что скрывают архивы
Русский авангард
Петербург
накануне революции
«Доктор Живаго»
Бориса Пастернака
Антропология
коммуналки
Русская литература XX века. Сезон 1
Архитектура как средство коммуникации
История дендизма
Генеалогия русского патриотизма
Несоветская философия в СССР
Преступление и наказание в Средние века
Как понимать живопись XIX века
Мифы Южной Америки
Неизвестный Лермонтов
Греческий проект
Екатерины Великой
Правда и вымыслы о цыганах
Исторические подделки и подлинники
Театр английского Возрождения
Все курсы
Спецпроекты
Путеводитель по благотвори­тельной России XIX века
27 рассказов о ночлежках, богадельнях, домах призрения и других благотворительных заведениях Российской империи
Колыбельные народов России
Пчелка золотая да натертое яблоко. Пятнадцать традиционных напевов в современном исполнении, а также их истории и комментарии фольклористов
История Юрия Лотмана
Arzamas рассказывает о жизни одного из главных ученых-гуманитариев XX века, публикует его ранее не выходившую статью, а также знаменитый цикл «Беседы о русской культуре»
Волшебные ключи
Какие слова открывают каменную дверь, что сказать на пороге чужого дома на Новый год и о чем стоит помнить, когда пытаешься проникнуть в сокровищницу разбойников? Тест и шесть рассказов ученых о магических паролях
Наука и смелость. Второй сезон
Детский подкаст о том, что пришлось пережить ученым, прежде чем их признали великими
«1984». Аудиоспектакль
Старший Брат смотрит на тебя! Аудиоверсия самой знаменитой антиутопии XX века — романа Джорджа Оруэлла «1984»
История Павла Грушко, поэта и переводчика, рассказанная им самим
Павел Грушко — о голоде и Сталине, оттепели и Кубе, а также о Федерико Гарсиа Лорке, Пабло Неруде и других испаноязычных поэтах
История игр за 17 минут
Видеоликбез: от шахмат и го до покемонов и видеоигр
Истории и легенды городов России
Детский аудиокурс антрополога Александра Стрепетова
Путеводитель по венгерскому кино
От эпохи немых фильмов до наших дней
Дух английской литературы
Оцифрованный архив лекций Натальи Трауберг об английской словесности с комментариями филолога Николая Эппле
Аудиогид МЦД: 28 коротких историй от Одинцова до Лобни
Первые советские автогонки, потерянная могила Малевича, чудесное возвращение лобненских чаек и другие неожиданные истории, связанные со станциями Московских центральных диаметров
Советская кибернетика в историях и картинках
Как новая наука стала важной частью советской культуры
Игра: нарядите елку
Развесьте игрушки на двух елках разного времени и узнайте их историю
Что такое экономика? Объясняем на бургерах
Детский курс Григория Баженова
Всем гусьгусь!
Мы запустили детское
приложение с лекциями,
подкастами и сказками
Открывая Россию: Нижний Новгород
Курс лекций по истории Нижнего Новгорода и подробный путеводитель по самым интересным местам города и области
Как устроен балет
О создании балета рассказывают хореограф, сценограф, художники, солистка и другие авторы «Шахерезады» на музыку Римского-Корсакова в Пермском театре оперы и балета
Железные дороги в Великую Отечественную войну
Аудиоматериалы на основе дневников, интервью и писем очевидцев c комментариями историка
Война
и жизнь
Невоенное на Великой Отечественной войне: повесть «Турдейская Манон Леско» о любви в санитарном поезде, прочитанная Наумом Клейманом, фотохроника солдатской жизни между боями и 9 песен военных лет
Фландрия: искусство, художники и музеи
Представительство Фландрии на Arzamas: видеоэкскурсии по лучшим музеям Бельгии, разборы картин фламандских гениев и первое знакомство с именами и местами, которые заслуживают, чтобы их знали все
Еврейский музей и центр толерантности
Представительство одного из лучших российских музеев — история и культура еврейского народа в видеороликах, артефактах и рассказах
Музыка в затерянных храмах
Путешествие Arzamas в Тверскую область
Подкаст «Перемотка»
Истории, основанные на старых записях из семейных архивов: аудиодневниках, звуковых посланиях или разговорах с близкими, которые сохранились только на пленке
Arzamas на диване
Новогодний марафон: любимые ролики сотрудников Arzamas
Как устроен оркестр
Рассказываем с помощью оркестра musicAeterna и Шестой симфонии Малера
Британская музыка от хора до хардкора
Все главные жанры, понятия и имена британской музыки в разговорах, объяснениях и плейлистах
Марсель Бротарс: как понять концептуалиста по его надгробию
Что значат мидии, скорлупа и пальмы в творчестве бельгийского художника и поэта
Новая Третьяковка
Русское искусство XX века в фильмах, галереях и подкастах
Видеоистория русской культуры за 25 минут
Семь эпох в семи коротких роликах
Русская литература XX века
Шесть курсов Arzamas о главных русских писателях и поэтах XX века, а также материалы о литературе на любой вкус: хрестоматии, словари, самоучители, тесты и игры
Детская комната Arzamas
Как провести время с детьми, чтобы всем было полезно и интересно: книги, музыка, мультфильмы и игры, отобранные экспертами
Аудиоархив Анри Волохонского
Коллекция записей стихов, прозы и воспоминаний одного из самых легендарных поэтов ленинградского андеграунда 1960-х — начала 1970-х годов
История русской культуры
Суперкурс Онлайн-университета Arzamas об отечественной культуре от варягов до рок-концертов
Русский язык от «гой еси» до «лол кек»
Старославянский и сленг, оканье и мат, «ѣ» и «ё», Мефодий и Розенталь — всё, что нужно знать о русском языке и его истории, в видео и подкастах
История России. XVIII век
Игры и другие материалы для школьников с методическими комментариями для учителей
Университет Arzamas. Запад и Восток: история культур
Весь мир в 20 лекциях: от китайской поэзии до Французской революции
Что такое античность
Всё, что нужно знать о Древней Греции и Риме, в двух коротких видео и семи лекциях
Как понять Россию
История России в шпаргалках, играх и странных предметах
Каникулы на Arzamas
Новогодняя игра, любимые лекции редакции и лучшие материалы 2016 года — проводим каникулы вместе
Русское искусство XX века
От Дягилева до Павленского — всё, что должен знать каждый, разложено по полочкам в лекциях и видео
Европейский университет в Санкт-Петербурге
Один из лучших вузов страны открывает представительство на Arzamas — для всех желающих
Пушкинский
музей
Игра со старыми мастерами,
разбор импрессионистов
и состязание древностей
Стикеры Arzamas
Картинки для чатов, проверенные веками
200 лет «Арзамасу»
Как дружеское общество литераторов навсегда изменило русскую культуру и историю
XX век в курсах Arzamas
1901–1991: события, факты, цитаты
Август
Лучшие игры, шпаргалки, интервью и другие материалы из архивов Arzamas — и то, чего еще никто не видел
Идеальный телевизор
Лекции, монологи и воспоминания замечательных людей
Русская классика. Начало
Четыре легендарных московских учителя литературы рассказывают о своих любимых произведениях из школьной программы
Аудиолекции
19 минут
1/7

Париж и реформы барона Османа

Как в середине XIX века бывший городской префект и друг Наполеона III придумал не только новый облик Парижа, но и парижанина

Читает Алексей Новиков

Как в середине XIX века бывший городской префект и друг Наполеона III придумал не только новый облик Парижа, но и парижанина

18 минут
2/7

Чикаго и Великий пожар

Как в конце XIX века пожар, едва не уничтоживший Чикаго, подарил миру новый город и профессию городского планировщика

Читает Ксения Мокрушина-Аквавива

Как в конце XIX века пожар, едва не уничтоживший Чикаго, подарил миру новый город и профессию городского планировщика

18 минут
3/7

Тель-Авив и план Геддеса

Как в 1920-х годах ботаник-анархист придумал городскую среду раньше городской планировки, а улицу — раньше, чем дом

Читают Алексей Новиков, Марина Сапунова

Как в 1920-х годах ботаник-анархист придумал городскую среду раньше городской планировки, а улицу — раньше, чем дом

17 минут
4/7

Магнитогорск и идеи социализма

Как в 1930-х годах в Советском Союзе хотели сконструировать нового человека, поселив его в городе-конструкторе

Читает Евгения Конышева

Как в 1930-х годах в Советском Союзе хотели сконструировать нового человека, поселив его в городе-конструкторе

18 минут
5/7

Зеленоград и города-спутники

Как к 1950-м годам город-сад уступил место городу-спутнику, каким задумывался спутник Москвы Зеленоград и при чем тут шпионский скандал

Читает Ольга Казакова

Как к 1950-м годам город-сад уступил место городу-спутнику, каким задумывался спутник Москвы Зеленоград и при чем тут шпионский скандал

24 минуты
6/7

Берлин и его разделение

Как в 1961–1989 годах Берлин разделили на два города, а потом снова объединили в один и как это помогло жителям принять свою историю

Читает Екатерина Рыбакова

Как в 1961–1989 годах Берлин разделили на два города, а потом снова объединили в один и как это помогло жителям принять свою историю

25 минут
7/7

Йоханнесбург и апартеид

Как во второй половине XX века, вопреки заветам Османа об объединении общества, главный город Южной Африки строился для людей с определенным цветом кожи

Читает Дарья Зеленова

Как во второй половине XX века, вопреки заветам Османа об объединении общества, главный город Южной Африки строился для людей с определенным цветом кожи