Курс № 7 Как понимать живопись XIX векаЛекцииМатериалы
Лекции
17 минут
1/8

«Клятва Горациев» Жака Луи Давида

Как художник поднялся на волне патриотизма и создал эталон гражданской доблести

Илья Доронченков

Как художник поднялся на волне патриотизма и создал эталон гражданской доблести

14 минут
2/8

«Плот „Медузы“» Теодора Жерико

Как сенсационное кораблекрушение обросло политическими и общечеловеческими смыслами

Илья Доронченков

Как сенсационное кораблекрушение обросло политическими и общечеловеческими смыслами

16 минут
3/8

«Свобода, ведущая народ» Эжена Делакруа

Как абстрактная свобода воплотилась в живой полуобнаженной красавице

Илья Доронченков

Как абстрактная свобода воплотилась в живой полуобнаженной красавице

14 минут
4/8

«Расстрел повстанцев» Франсиско Гойи

Как художник остановил мгновение перед казнью и сделал из предсмертного выкрика историческое событие

Илья Доронченков

Как художник остановил мгновение перед казнью и сделал из предсмертного выкрика историческое событие

11 минут
5/8

«Возрасты жизни» Каспара Давида Фридриха

Как меланхолическая природа прорвалась в инобытие

Илья Доронченков

Как меланхолическая природа прорвалась в инобытие

15 минут
6/8

«Утро стрелецкой казни» Василия Сурикова

Как художник написал главную трагедию истории, разделил народ и государство и стал русской гордостью

Илья Доронченков

Как художник написал главную трагедию истории, разделил народ и государство и стал русской гордостью

12 минут
7/8

«Похороны в Орнане» Гюстава Курбе

Как парижан шокировала провинция — неизвестная, необъятная и неприукрашенная

Илья Доронченков

Как парижан шокировала провинция — неизвестная, необъятная и неприукрашенная

17 минут
8/8

«Бар в „Фоли-Бержер“» Эдуарда Мане

Как нарушить законы пространства, превратить девушку в товар и научить всех любить современность

Илья Доронченков

Как нарушить законы пространства, превратить девушку в товар и научить всех любить современность

Материалы
Знаете ли вы живопись XIX века?
Простой тест по курсу Ильи Доронченкова
Илья Доронченков: «Художники — орден, который понимает друг друга»
Что умеет компьютерное искусствоведение
Удалить с картины лишнего Аполлона и узнать Ван Гога по мазку
Художник Давид — изобретатель зиги
Откуда на картине «Клятва Горациев» вскинутые руки
Как сон разума стал рождать чудовищ
Мрачный Гойя переизобрел уютный жанр каприччо
«Похороны в Орнане»: кто все эти люди
Интерактивная схема картины Курбе
Как Наполеон создал нации Европы
Историк — о появлении национализма, образе врага, мамлюках и казаках
Все измы XIX века
Течения в живописи от классицизма до постимпрессионизма
Альтернативная история живописи XIX века
Восемь очень странных картин
Арт-директор сожжения
врагов народа
Патриотизм по Жаку Луи Давиду
«Меня не заставят
делать что-либо
в ущерб славе»
Признания зазнайки Давида
Лувр за 554 секунды
Герои Годара, Бертолуччи и другие участники пробежек по музеям
Что не попало на картину Давида
Эпизод из классической римской истории как образец гражданского патриотизма
Гибель «Медузы» в цифрах
Человеческие жизни, стоящие за картиной Жерико
Как Парижский салон вершил судьбы художников
Скандалы, интриги и изобретение платы за вход
Богиня Свободы
История актрисы, ставшей символом Французской революции
Французская революция 1830 года в десяти картинах
История «Трех славных дней»
Где Делакруа?
Игра: найдите среди персонажей «Плота „Медузы“» юного Эжена
Жизнь Гойи в автопортретах
От придворного художника до пожилого эмигранта
Как избавиться от меланхолии
Медицинские советы из 1621 года
Правила жизни немецкого романтика
Зачем нужны польки, что общего у честности с супом и о чем говорить с англичанами
Романтическая дружба
немецкого художника
с русским поэтом
Жуковский и Фридрих
Радио романтика
Треки, которые могли оказаться в плеере Байрона и Гофмана
За что любить Сурикова?
Объясняет искусствовед Галина Ельшевская
Что мешало Сурикову
написать нормальную картину
Жилищный вопрос испортил «Утро стрелецкой казни»
Русский бунт
в 18 картинах
Восстание Пугачева, хованщина и другие кровавые события русской истории
«Боже мой, как это безобразно!»
Шокированные критики о Гюставе Курбе
Размер имеет значение
«Похороны в Орнане» в ряду самых больших картин мира
Как быть современным
Что делать, чтобы не потерять ощущение фантастичности жизни: совет Бодлера
Как правильно, Моне или Мане?
Путаница, скандал, поиски денег: подробности отношений художников-омофонов
Как стать искусствоведом
Восемь книг, без которых немыслимо заниматься историей искусства
Семиотика революции
Словарь бунтарской символики: от петуха до Марсельезы
«Возлюбленный души моей...»
Пять писем Гойи влюбленному в него другу детства
«Черная живопись» из Дома глухого
История самых необычных картин Гойи
Проститутки, котики и дедушка Дуров
Чем заняться в «Фоли-Бержер», если вы Мане или Золя
Плагиаты Мане
Найдите десять отличий
Каннибализм, скорбь и другие подступы
к «Плоту „Медузы“»
Генезис картины Жерико
Руки, головы и другие отходы производства художника
Наброски к «Плоту „Медузы“»
Детство, отрочество, юность
Живописный сюжет «Возрасты жизни»: Фридрих и не только
От Делакруа до «Родины-матери»
Инфографика: путешествие женщины‑воительницы по изобразительному искусству
Музыка на руинах Помпеев
Концерт Pink Floyd в невероятном пейзаже

Что умеет компьютерное искусствоведение

Куда смотрят женщины, как удалить с картины лишнего Аполлона и как узнать Ван Гога по мазку: применения машинного анализа в истории искусств 

1. Как устроено культурное и гендерное зрение? 

Проект профессора Венского университета Рафаэля Розенберга занимается решением одной из центральных проблем классического искусствоведения — проблемы зрения и восприятия изображения — с использованием машинных возможностей. Специальный аппарат, поставленный между зрителем и художественным объектом, помогает проследить и зарегистрировать траекторию взгляда воспринимающего субъекта. Какие детали визуального нарратива интересуют зрителя в первую очередь? Что пытается отыскать взгляд случайного зрителя на картине? Каковы гендерные и культурные различия траектории взгляда? Все это машина регистрирует, и вот он, объективный след восприятия: если австрийца на полотне сотворения мира больше всего интересуют тела Адама и Евы, то японца — в первую очередь животные и птицы и потом уже венец творения. Или женщины с большим вниманием рассматривают половые признаки Евы, в то время как мужской взгляд блуждает, как будто эксплицируя фрейдистский страх женского тела. 

«Тепловая карта» взглядов контрольной группы на полотно Брейгеля «Притча о слепых» (1568)  © journals.plos.org

Слабые стороны метода едва ли не перекрывают его, казалось бы, объективные и уникальные результаты. Траектории взгляда нескольких японцев и нескольких австрийцев едва ли статистически репрезентативны для создания адекватной картины различия западной и восточной рецепции. То же касается гендерных различий. И главный вопрос: так уж ли необходима машина, чтобы доказать, что зритель на переполненной персонажами картине не сразу находит упавшего в божественном экстазе Савла? Ведь именно для затруднения зрения Брейгель всю толпу и изобразил.

2. Проблема влияний

Исследователь Бабак Салей и его команда (Ратгерский университет, США) попытались компьютерными методами решить задачу установления меры влияния одного художественного текста на другой. 1710 картин 66 художников, начиная с эпохи Ренессанса, были классифицированы с помощью выделения семантических кластеров (частей изображения, имеющих семантическую нагрузку, — классем, включающих разной степени сложности объекты, от песка и воды до описания сложных состояний и движений) и их распределения по поверхности изображения. С помощью стандартных алгоритмов машинного обучения ученые проанализировали статистические распределения влияний, которым подвергся каждый художник из списка: на Микеланджело больше всего повлияли Рафаэль, Дюрер, Тициан, Мантенья и Леонардо, тогда как на Мунка — Сезанн, Пикассо, Дюрер, Брак и Мантенья.

Увы, это типичный случай нерелевантной для классического искусствоведения постановки проблемы. Вопрос «влияний» давно потерял актуальность для искусствоведческих исследований. В частности, его развенчал Майкл Баксандалл в своей книге «Узоры интенции»: ученый показал, что невозможно доказать, в какую сторону работает «влияние», кто тут активный субъект, а кто пассивный. Кроме того, полученные информатиками результаты с точки зрения истории искусства выглядят банальными общими местами — о взаимоотношениях Микеланджело, Рафаэля и Дюрера дисциплине давно известно, и математический расчет «меры» влияния спроецировать на гуманитарное исследование вряд ли удастся.

3. Мазок Ван Гога

Напротив, удачное — техническое, не решающее ложных гуманитарных задач — исследование представила рабочая группа ученых из разных университетов в мае 2007 года в музее Ван Гога. Исследователи обработали 101 электронную копию картин Ван Гога в высоком разрешении с целью сегментации мазка кисти художника и описания его особенностей. Мазки Ван Гога хорошо видны и невооруженным взглядом, что заранее гарантировало исследованию некоторый успех.

Винсент Ван Гог. Спальня в Арле. 1888 год © Wikimedia Commons

23 картины из общего числа, неоспоримо атрибутированные художнику, были использованы как тренировочная база для аналитического алгоритма. Исследователи выделили текстурные и геометрические особенности мазков на отдельных участках картин, которые были потом сопоставлены с оставшимися 78 изображениями. Результаты оказались довольно скромными: удалось установить, что 4 картины из корпуса — подделки, при этом 2 другие известные фальшивки из того же корпуса правильно идентифицировать не удалось. Тем не менее компьютерный анализ мазка представляется довольно перспективным направлением — он решает техническую задачу атрибуции на неподвластном глазу уровне, а не пытается заменить гуманитария в тех вопросах, где искусствоведческие методы и так успешно справляются.

4.  Цифровая реставрация и реконструкция оригинала

Еще одно удачное применение технических возможностей информатики во благо искусствоведения — цифровая реставрация старых поврежденных полотен и реконструкция испорченных или измененных оригиналов. Цифровая реставрация позволяет создать копию без кракелюра, царапин и утраченных кусков пигмента, вернуть полотну его изначальные цвета, восстановить контуры изображения на утерянных в войну фресках (метод был применен ко фрескам Мантеньи в церкви Эремитани, Падуя). Тот же метод позволяет зрительно «удалить» позднейшие дорисовки на картине, часто изменяющие ее до неузнаваемости и полностью искажающие ее изначальный сюжет, как, например, на картине Тициана «Наказание Марсия», которую позднейшие реставраторы дополнили дубликатом бога Аполлона, не распознав его в полуобнаженной фигуре, сдирающей кожу с подвешенного Марсия.

Тициан. Наказание Марсия. Между 1570 и 1576 годом © Wikimedia Commons

Методы реставрации и реконструкции обладают уникальной ценностью для искусствоведов, которым предоставляется возможность изучения изображения в его оригинальном виде. Классическая реставрация не всегда может удалить позднейшие дорисовки, это часто грозит разрушением цветового слоя на полотне и в любом случае не позволяет восстановить оригинал.

5. Обработка дигитальных архивов 

Наконец, последняя в нашем списке компьютерная разработка — last but not least — позволяет ощутимо улучшать качество электронных архивов изображений. Электронные архивы незаменимы в работе искусствоведа: объехать все музеи мира не всегда возможно, да и при интерпретации и демонстрации приходится в любом случае пользоваться копиями.

Исследователь Джон Резиг применил алгоритм автоматического распознавания сходных изображений, разработанный компанией TinEye, для исследования цифрового архива Коллекции Фрика в Нью-Йорке. Алгоритм находил в цифровом собрании одинаковые фотографии изображений, сделанные в условиях разного освещения, фрагменты изображений, принадлежность которых не была выявлена, и разные варианты одной и той же картины. 65% сходств, обнаруженных методом Резига, были до сих пор не распознаны ручными усилиями.

Исследование позволило упорядочить дигитальный архив, исправить неточные названия работ, связать фрагменты с полным вариантом, поставить рядом одну и ту же картину до реставрации и после. Метод применим только к плоскостным изображениям, он не умеет опознавать объемные. Из перечисленных работа Резига представляется наиболее необходимой дисциплине. Искусствоведение уже напрямую зависит от результатов дигитального поиска, и упорядоченные архивы тут надежный залог успеха.


P. S. Отношение методов классического искусствоведения к машинному анализу изображений примерно описывается парадоксом Моравека: машину легче всего научить задачам, которые человеческому мозгу кажутся сверхсложными, но добиться от нее восприятия мира даже глазами четырехлетнего ребенка пока остается делом далекого будущего. Достижения computer vision с точки зрения гуманитарной до сих пор остаются малоубедительными. Неприятие машинного анализа в лучшем случае мотивируется методологическим разрывом и отрицанием продуктивности когнитивистики, а в худшем — страхом потерять профессию под натиском тотальной дигитализации. Оба случая обнажают основные горизонты сотрудничества двух дисциплин: с одной стороны, машинный анализ способен добиваться результатов там, где гуманитарные методы дают сбои или вовсе неприменимы, и наоборот, там, где машины пока выдают малоубедительные результаты, гуманитарные способы на высоте. С другой стороны, страх искусствоведа быть замещенным компьютером непосредственно следует из невладения даже базовым пониманием машинных возможностей, что верно и в обратную сторону: многие информатики добиваются неубедительных для истории искусства результатов вследствие невладения методами гуманитарными и банально неправильной постановки задачи исследования.  

Скорее оставьте свой адрес — мы будем писать вам письма о самом важном

Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях — вы всегда будете в курсе наших новостей

Курсы
Курс № 39 Мир Булгакова
Курс № 38 Как читать русскую литературу
Курс № 37 Весь Шекспир
Курс № 36 Что такое
Древняя Греция
Курс № 35 Блеск и нищета Российской империи
Курс № 34 Мир Анны Ахматовой
Курс № 33 Жанна д’Арк: история мифа
Курс № 32 Любовь при Екатерине Великой
Курс № 31 Русская литература XX века. Сезон 4
Курс № 30 Социология как наука о здравом смысле
Курс № 29 Кто такие декабристы
Курс № 28 Русское военное искусство
Курс № 27 Византия для начинающих
Курс № 26 Закон и порядок
в России XVIII века
Курс № 25 Как слушать
классическую музыку
Курс № 24 Русская литература XX века. Сезон 3
Курс № 23 Повседневная жизнь Парижа
Курс № 22 Русская литература XX века. Сезон 2
Курс № 21 Как понять Японию
Курс № 20 Рождение, любовь и смерть русских князей
Курс № 19 Что скрывают архивы
Курс № 18 Русский авангард
Курс № 17 Петербург
накануне революции
Курс № 16 «Доктор Живаго»
Бориса Пастернака
Курс № 15 Антропология
коммуналки
Курс № 14 Русский эпос
Курс № 13 Русская литература XX века. Сезон 1
Курс № 12 Архитектура как средство коммуникации
Курс № 11 История дендизма
Курс № 10 Генеалогия русского патриотизма
Курс № 9 Несоветская философия в СССР
Курс № 8 Преступление и наказание в Средние века
Курс № 7 Как понимать живопись XIX века
Курс № 6 Мифы Южной Америки
Курс № 5 Неизвестный Лермонтов
Курс № 4 Греческий проект
Екатерины Великой
Курс № 3 Правда и вымыслы о цыганах
Курс № 2 Исторические подделки и подлинники
Курс № 1 Театр английского Возрождения
Все курсы
Спецпроекты
Русское искусство XX века
От Дягилева до Павленского — всё, что должен знать каждый, разложено по полочкам в лекциях и видео
Университет Arzamas
«Восток и Запад: история культур» — еженедельный лекторий в Российской государственной библиотеке
История России. XVIII век
Игры и другие материалы для школьников с методическими комментариями для учителей
Европейский университет в Санкт‑Петербурге
Один из лучших вузов страны открывает представительство на Arzamas — для всех желающих
Пушкинский
музей
Игра со старыми мастерами,
разбор импрессионистов
и состязание древностей
Emoji Poetry
Заполните пробелы в стихах и своем образовании
Стикеры Arzamas
Картинки для чатов, проверенные веками
200 лет «Арзамасу»
Как дружеское общество литераторов навсегда изменило русскую культуру и историю
XX век в курсах Arzamas
1901–1991: события, факты, цитаты
Август
Лучшие игры, шпаргалки, интервью и другие материалы из архивов Arzamas — и то, чего еще никто не видел
Идеальный телевизор
Лекции, монологи и воспоминания замечательных людей
Русская классика. Начало
Четыре легендарных московских учителя литературы рассказывают о своих любимых произведениях из школьной программы

Подписка на еженедельную рассылку

Оставьте ваш e-mail, чтобы получать наши новости

Введите правильный e-mail