Курс № 16 «Доктор Живаго» Бориса ПастернакаЛекцииМатериалы
Лекции
15 минут
1/6

Нобелевская премия и травля Бориса Пастернака

Как «Доктора Живаго» запретили на родине и прославили за рубежом и при чем здесь лягушки и экскаваторщик

Константин Поливанов

Как «Доктора Живаго» запретили на родине и прославили за рубежом и при чем здесь лягушки и экскаваторщик

12 минут
2/6

Скрещения судеб в «Докторе Живаго»

Почему сюжет романа строится на случайных совпадениях и как эти совпадения напоминают нам о классическом сюжете русской литературы

Константин Поливанов

Почему сюжет романа строится на случайных совпадениях и как эти совпадения напоминают нам о классическом сюжете русской литературы

13 минут
3/6

Александр Блок и Юрий Живаго

Как Пастернак скрестил себя с тремя другими поэтами и почему героя романа убило отсутствие воздуха

Константин Поливанов

Как Пастернак скрестил себя с тремя другими поэтами и почему героя романа убило отсутствие воздуха

12 минут
4/6

Ход времени в «Докторе Живаго»

Почему кажется, что Пастернак внезапно начинает путаться в датах, и чем это можно объяснить

Константин Поливанов

Почему кажется, что Пастернак внезапно начинает путаться в датах, и чем это можно объяснить

9 минут
5/6

1917 год глазами доктора Живаго

Как понять разницу между двумя революциями при помощи романа Пастернака

Константин Поливанов

Как понять разницу между двумя революциями при помощи романа Пастернака

8 минут
6/6

Чудо в «Докторе Живаго»

За что Пастернака обвиняли в симпатии к белогвардейцам и действительно ли можно остаться нейтральным на братоубийственной войне

Константин Поливанов

За что Пастернака обвиняли в симпатии к белогвардейцам и действительно ли можно остаться нейтральным на братоубийственной войне

Материалы
Эмодзи-Пастернак
Восстановите пропуски в стихах, перетащив в них значки
Весь курс за 3 минуты
Все, что нужно знать о «Докторе Живаго»
Поэзия Пастернака: гид для начинающих
16 стихотворений для первого знакомства с поэтом
Рукопожатность в 1958 году
Как старый друг Пастернака Константин Федин запрещал «Доктора Живаго»
Как Пастернак уговорил Чуковского выпить
Быт, радости и гости свежеиспеченного лауреата Нобелевской премии по литературе
Почему в СССР запрещали сказки Чуковского
Надежда Крупская против «буржуазной мути» «Крокодила» и «Бибигона»
Долгий путь к Нобелевской премии
Кто и когда выдвигал поэта и как тот отказывался от «незаслуженной» награды
Пастернак — «свинья» или «овца»?
Самый знаменитый эпизод травли поэта
Кто «четвертовал» Пастернака
Как многолетнее знакомство Пастернака и Фадеева закончилось выстрелом
Стихотворный фельетон, клеймящий Пастернака
«Ибо труд был органически / Не присущ ему ни в чем» — и другие смелые строки
Камю и Стейнбек за «Живаго»
Как зарубежные литераторы поддерживали коллегу
Пастернак рассказывает о поэзии Блока
Короткая лекция для шведских славистов
Поклонение волхвов в подмосковном пейзаже
Как мировая живопись помогает прочитать стихотворение Пастернака «Рождественская звезда»
Есенин + Маяковский + Блок + Пастернак = Живаго
Юрий Живаго как человек Серебряного века
Шесть ошибок в «Докторе Живаго»
Занудные вопросы к Пастернаку из учебника истории
Ахматова и Шаламов о недостатках «Доктора Живаго»
За что первые читатели ругали роман будущего нобелевского лауреата
Откуда взялась фамилия Живаго
В фамилии героя уже содержится главная мысль пастернаковского романа
Голоса дореволюционной России
Аудиозапись воспоминаний очевидцев Октябрьского переворота
Как Пастернак подписал письмо о расстреле
Требование о расстреле Зиновьева и Каменева за подписью поэта — и реакция современников
С кого Пастернак списывал главных героев романа
Маяковский, Цветаева и другие прототипы
Семь кругов травли Бориса Пастернака
Как преследовали поэта после присуждения Нобелевской премии
Приключения рукописи «Доктора Живаго»
История романа от последней правки до первого издания в России
Чуковский о Пастернаке
Корней Чуковский проводит экскурсию по лирике поэта
Пастернак о пастернаке
«Свойство пастернака — расти в земле» и другие цитаты
Стихи Пастернака, записанные госбезопасностью
Чтение поэта под звуки вечеринки
Скандал вокруг «Живаго» на итальянском ТВ
Уникальный видеодокумент
Константин Поливанов: «„Доктор Живаго“ был не самой запретной книгой»
Как ЦРУ издавало «Доктора Живаго»
Arzamas изучил документы о роли американской разведки в издании романа

Ахматова и Шаламов о недостатках «Доктора Живаго»

«Схватить карандаш и перечеркивать страницу за страницей крест-накрест»: за что первые читатели ругали роман будущего нобелевского лауреата

Во время написания «Доктора Живаго» Пастернак устраивал домашние чтения, вынося на суд друзей и знакомых варианты отдельных глав. Среди первых слушателей не было однозначной оценки романа. Анна Ахматова, Лидия Гинзбург, Александр Гладков, Всеволод Иванов, Анастасия Цветаева и Корней Чуковский, не принявшие «Доктора Живаго», высказывали суждения, общий смысл которых Пастернак сформулировал в письме к Валерию Авдееву: «Почти все близкие, ценившие былые мои особенности, ищут их тут и не находят».

 

Корней Чуковский: «Вчера вечером были у нас Леоновы, а я в это время был на чтении у Пастернака. Он давно уже хотел почитать мне роман, который он пишет сейчас. <...> Роман его я плохо усвоил, т. к. вечером я не умею слушать, устаю за день к восьми часам, но при всей прелести отдельных кусков, главным образом относящихся к детству и к описаниям природы, он пока­зался мне посторонним, сбивчивым, далеким от моего бытия — и слишком многое в нем не вызывало во мне никакого участия».

Анна Ахматова: «Встречаются страницы совершенно непро­фессиональные. Полагаю, их писала Ольга  То есть Ольга Ивинская, возлюбленная Пастернака.. Не смейтесь. Я говорю серьезно. У меня... никогда не было никаких редакторских поползновений, но тут мне хотелось схватить карандаш и перечеркивать страницу за страницей крест-накрест. И в этом же романе есть пейзажи... я ответственно утверждаю, равных им в русской литературе нет. Ни у Тургенева, ни у Толстого, ни у кого. Они гениальны, как „рос орешник“».

Александр Гладков: «В „Докторе Живаго“ есть удивительные страницы, но насколько их было бы больше, если бы автор не тужился сочинить именно роман, а написал бы широко и свободно о себе, своем времени и своей жизни. Все, что в книге от романа, слабо: люди не говорят и не действуют без авторской подсказки. Все разговоры героев-интеллигентов — или наивная персонифи­кация авторских размышлений, неуклюже замаскированных под диалог, или неискусная подделка. Все „народные“ сцены по языку почти фальшивы: этого Б. Л. не слышит (эпизоды в вагоне, у партизан и др.). Романно-фабульные ходы тоже наивны, условны, натянуты, отдают сочиненностью или подражанием».

Ариадна Эфрон: «Сперва расскажу о том, что помешало мне, или о том, что не совсем понятно мне, или о том, с чем я не вполне согласна. Во-первых — теснота страшная. В 150 страничек машинописи втиснуть столько судеб, эпох, городов, лет, событий, страстей, лишив их совершенно необходимой „кубатуры“, необходимого пространства и простора, воздуха. И это не случайность, это не само написалось. <...> Получается, что все эти люди: и Лара, и Юрий, и Тоня, и Павел — все они живут на другой планете, где время подвластно иным законам, и наши 365 дней равны их одному. Поэтому у них нет времени на пустые разговоры, нет беззаботных, простых дней, того, что французы называют détente, они не говорят глупостей и не шутят — как у нас на земле. <...> Всегда — и на этот раз — почти пугает твое мастерство в опреде­лении неопределимого — вкуса, цвета, запаха, вызываемых ими ощущений, настроений, воспоминаний, и это в то время, как мы бы дали голову на отсечение, что слов для этого нет, еще не найдены или уже утрачены».

Варлам Шаламов: «Я давно уж не читал на русском языке что‑либо русского, соответствующего литературе Толстого, Чехова и Достоевского. „Доктор Живаго“ лежит, безусловно, в этом большом плане. <...> Мне так много нравится мест в книге, что трудно назвать лучшее. Пожалуй, все же это кусок из дневника Веденяпина — о Риме и Христе. Я переписал себе этот чудесный кусок и его выучу. <...> Теперь о том, что мучает меня, что так дисгармонично книге, что почему-то существует наряду с важнейшими мыслями, с тончайше-чудесными наблюдениями природы, покоренной и подчиненной настроениям героев, с единством нравственного и физического мира, блестящим образом достигнутого, осуществленного многократно в романе. О явлении грубом, резко кричащем, выпадающем из всего музыкального ключа романа.
     Я говорю о языке простого народа в Вашем романе. Именно о языке, а не психологической оправданности поступков этих людей. Ваш язык народа — все равно, рабочий ли это, крестьянин ли или городская прислуга, — Ваш народный язык — это лубок, не больше. Кроме того, у Вас он одинаков для всех этих групп, чего не может быть даже сейчас, а тем более раньше, при большей разобщенности этих групп населения».

Лидия Чуковская: «Читает. Все, что изнутри, — чудо. Чудо до тех пор, пока изнутри. Забастовка дана извне, и хотя и хорошо, но тут чудо кончается. Читает горячо, как будто „жизнь висит на волоске“, но из последних сил».  

Скорее оставьте свой адрес — мы будем писать вам письма о самом важном

Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях — вы всегда будете в курсе наших новостей

Курсы
Курс № 39 Мир Булгакова
Курс № 38 Как читать русскую литературу
Курс № 37 Весь Шекспир
Курс № 36 Что такое
Древняя Греция
Курс № 35 Блеск и нищета Российской империи
Курс № 34 Мир Анны Ахматовой
Курс № 33 Жанна д’Арк: история мифа
Курс № 32 Любовь при Екатерине Великой
Курс № 31 Русская литература XX века. Сезон 4
Курс № 30 Социология как наука о здравом смысле
Курс № 29 Кто такие декабристы
Курс № 28 Русское военное искусство
Курс № 27 Византия для начинающих
Курс № 26 Закон и порядок
в России XVIII века
Курс № 25 Как слушать
классическую музыку
Курс № 24 Русская литература XX века. Сезон 3
Курс № 23 Повседневная жизнь Парижа
Курс № 22 Русская литература XX века. Сезон 2
Курс № 21 Как понять Японию
Курс № 20 Рождение, любовь и смерть русских князей
Курс № 19 Что скрывают архивы
Курс № 18 Русский авангард
Курс № 17 Петербург
накануне революции
Курс № 16 «Доктор Живаго»
Бориса Пастернака
Курс № 15 Антропология
коммуналки
Курс № 14 Русский эпос
Курс № 13 Русская литература XX века. Сезон 1
Курс № 12 Архитектура как средство коммуникации
Курс № 11 История дендизма
Курс № 10 Генеалогия русского патриотизма
Курс № 9 Несоветская философия в СССР
Курс № 8 Преступление и наказание в Средние века
Курс № 7 Как понимать живопись XIX века
Курс № 6 Мифы Южной Америки
Курс № 5 Неизвестный Лермонтов
Курс № 4 Греческий проект
Екатерины Великой
Курс № 3 Правда и вымыслы о цыганах
Курс № 2 Исторические подделки и подлинники
Курс № 1 Театр английского Возрождения
Все курсы
Спецпроекты
Русское искусство XX века
От Дягилева до Павленского — всё, что должен знать каждый, разложено по полочкам в лекциях и видео
Университет Arzamas
«Восток и Запад: история культур» — еженедельный лекторий в Российской государственной библиотеке
История России. XVIII век
Игры и другие материалы для школьников с методическими комментариями для учителей
Европейский университет в Санкт‑Петербурге
Один из лучших вузов страны открывает представительство на Arzamas — для всех желающих
Пушкинский
музей
Игра со старыми мастерами,
разбор импрессионистов
и состязание древностей
Emoji Poetry
Заполните пробелы в стихах и своем образовании
Стикеры Arzamas
Картинки для чатов, проверенные веками
200 лет «Арзамасу»
Как дружеское общество литераторов навсегда изменило русскую культуру и историю
XX век в курсах Arzamas
1901–1991: события, факты, цитаты
Август
Лучшие игры, шпаргалки, интервью и другие материалы из архивов Arzamas — и то, чего еще никто не видел
Идеальный телевизор
Лекции, монологи и воспоминания замечательных людей
Русская классика. Начало
Четыре легендарных московских учителя литературы рассказывают о своих любимых произведениях из школьной программы

Подписка на еженедельную рассылку

Оставьте ваш e-mail, чтобы получать наши новости

Введите правильный e-mail