Курс № 26 Закон и порядок в России XVIII векаЛекцииМатериалы
Лекции
12 минут
1/5

Государев страх

За что наказывали в России XVIII века, почему преступлением было не выпить за государя и как власть держала в страхе народ

Евгений Анисимов

За что наказывали в России XVIII века, почему преступлением было не выпить за государя и как власть держала в страхе народ

12 минут
2/5

Жизнь в опале

Как попадали в немилость и почему это было самым страшным периодом в жизни любого придворного

Евгений Анисимов

Как попадали в немилость и почему это было самым страшным периодом в жизни любого придворного

14 минут
3/5

Культура доноса

Почему стукачами были все, как доносчика поощряли и наказывали и что такое «слово и дело государево»

Евгений Анисимов

Почему стукачами были все, как доносчика поощряли и наказывали и что такое «слово и дело государево»

15 минут
4/5

В тюрьме как на воле

Как дружили заключенные и охранники, из чего состоял тюремный быт и зачем Петр I шел с приговоренным до эшафота

Евгений Анисимов

Как дружили заключенные и охранники, из чего состоял тюремный быт и зачем Петр I шел с приговоренным до эшафота

14 минут
5/5

Казнь как развлечение

Почему на казнь собирались толпы, как выглядела церемония и кем были палачи

Евгений Анисимов

Почему на казнь собирались толпы, как выглядела церемония и кем были палачи

Как победить преступность

Кто такой Чезаре Беккариа и как его идеи повлияли на тюрьмы и суды по всему миру

Екатерина II в образе законодательницы России. Гравюра Елисея Кошкина по оригиналу Михаила Козловского. 1793 год © ГМИИ им. А. С. Пушкина

В 1766 году императрица Екатерина II объявила о созыве Комиссии для составления нового Уложения, то есть свода законов Российской империи. В качестве руководства для этой комиссии она в следующем, 1767 году написала «Большой наказ» — трактат об основных функциях государства. Оригинального в «Наказе» не было почти ничего: это была компиляция идей ведущих мыслителей эпохи Просвещения.

«О духе законов» Шарля Луи Монтескьё. 1748 год © Bibliothèque nationale de France

Основных источников у Екатерины было два. Первый — «О духе законов» Монтескьё, откуда русская императрица позаимствовала классификацию политических систем (деспотия, монархия, демократическая и аристократическая республики) и идею разделения власти. Второй источник — небольшая книга «О преступлениях и наказаниях» итальянца Чезаре Беккариа, откуда была взята идея гуманизации правосудия.

Первое издание книги Беккариа вышло в 1764 году, когда автору было 26 лет. Уже один тот факт, что спустя всего два года с небольшим русская императрица использовала ее, готовя реформы в своем обширном государстве, свидетельствует о том, какой силой обладала эта книга и как быстро она приобрела огромную популярность во всей Европе. Да и не только в Европе: американские просветители, будущие отцы-основатели США, тоже были внимательными читателями Беккариа и спустя два десятилетия использовали многие его идеи при составлении первых законов нового государства.

Екатерина даже звала Беккариа в Россию, но тот не поехал, предпочтя внешне скучную жизнь в своем родном Милане. Он был человек нервозный, чувствительный, привязанный к своей семье и друзьям по просветительскому кружку. Беккариа преподавал экономику, занимал важные посты в Высшем экономическом совете Ломбардии и в казначействе.

Чезаре Беккариа. Портрет из книги «О преступлениях и наказаниях». 1858 год © britishlibrary/Flickr

Итак, что же за идеи изложил Чезаре Беккариа в своей небольшой книжке?


Принцип справедливости

«Под справедливостью я понимаю ту необходимую связь, благодаря которой поддерживается единство отдельных частных интересов и без которой произошел бы возврат к первобытному дообщественному состоянию. Всякое наказание, выходящее за рамки необходимости сохранять эту связь, является несправедливым уже по самой своей природе».

Чезаре Беккариа. «О преступлениях и наказаниях», глава II

Эта идея, выведенная Беккариа, является новой интерпретацией закона талиона (равного возмездия) — древнейшего принципа, известного человечеству по меньшей мере со времен Хаммурапи и наиболее полно выраженного библейской формулой «око за око, зуб за зуб». Попросту говоря, закон талиона подразумевает месть, тогда как беккарианский принцип справедливости — восстановление нарушенного порядка и исправление преступника. Беккариа поясняет в другом месте:

«…целью наказания является не истязание и доставление мучений человеку и не стремление признать несовершившимся преступление, которое уже совершено. <...> Цель наказания… заключается не в чем ином, как в предупреждении новых деяний преступника, наносящих вред его согражданам, и в удержании других от подобных действий. Поэтому следует применять такие наказания и такие способы их использования, которые, будучи адекватны совершенному преступлению, производили бы наиболее сильное и наиболее длительное впечатление на души людей и не причиняли бы преступнику значительных физических страданий».

Чезаре Беккариа. «О преступлениях и наказаниях», глава XII

Екатерина II в своем «Наказе» (гл. VIII, ст. 83) настаивает, что следует «не столько наказывать преступления, как предупреждать оные».

Еще одна мысль Беккариа относительно принципа справедливости ныне признается фундаментальной в большинстве мировых юридических систем: неотвратимость и скорость наказания больше способствует предотвращению преступлений, чем его жестокость.

Составной частью беккарианского принципа справедливости является принцип соразмерности наказания преступлению: «…суровость наказания должна зависеть от тяжести преступления». Эта идея не оригинальна: соразмерность наказания преступлению проистекает из того же принципа талиона и прописана во многих древних законах (например, в английской Великой хартии вольностей 1215 года).

В действующем Уголовном кодексе РФ (ст. 6) принцип справедливости сформулирован так: «…наказание должно соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного».

Принцип справедливости, присутствующий в современной юриспруденции в беккарианской интерпретации, восходит к «золотому правилу нравственности», известному в большинстве мировых религий и этических систем и лучше всего сформулированному христианской максимой: «И как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними» (Лк. 6:31).


Принцип законности

«…Наказания за преступления могут быть установлены только законом. Назначать их правомочен лишь законодатель… Ни один судья (являясь членом данного общества) не может в соответствии с принципом справедливости самолично выносить решения о наказании другого члена того же общества».

Чезаре Беккариа. «О преступлениях и наказаниях», глава III

Этот принцип выведен из теории разделения властей Монтескьё: дает законы одна институция (законодательная власть), а наказывает за их неисполнение — другая (судебная власть). Принцип законности ограничивает произвол судей, не позволяя им по собственному разумению определять преступность и наказуемость того или иного деяния. Этот принцип в действующем УК РФ также зафиксирован (ст. 3): «Преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только настоящим Кодексом».

Толкование законов не может быть демократичным (это, по Беккариа, привело бы к «мелочному деспотизму большинства») и не может быть отдано на откуп судьям; оно — прерогатива верховной власти. Екатерина II в своем «Наказе», следуя мысли Беккариа, провозглашает: «…кто же будет законный оных [законов о наказаниях] толкователь? Ответствую на сие: Самодержец, а не судья…»


Принцип гуманности

«Если бы даже удалось доказать, что жестокость наказаний не противоречит непосредственно общественному благу и самой цели предупреждения преступлений, что она лишь бесполезна, то и в этом случае жестокость не только явилась бы отрицанием завоеваний в области морали просвещенного разума, предпочитающего царить среди свободных людей, а не скопища рабов, жестокосердие которых увековечено постоянным страхом, но и справедливости, и самой сути общественного договора».

Чезаре Беккариа. «О преступлениях и наказаниях», глава III

Особое место в юридической философии Беккариа занимает вопрос о пытках. Он категорически настаивает на том, что от них следует отказаться.

Во-первых, пытка фактически является наказанием, назначаемым до официального признания вины (а Беккариа, конечно, безусловный сторонник презумпции невиновности). Во-вторых, Беккариа отвергает старинное убеждение, что человек по природе более склонен лгать, нежели говорить правду, и лишь пытка «избавляет» его от этой склонности. Наконец, в-третьих, применение пытки ставит невиновного в худшее положение, нежели виновного: первый оговорит себя и будет осужден, а даже если этого не случится и его оправдают, никто уже не возместит ему перенесенных страданий.

К моменту выхода книги Беккариа пытки были официально отменены лишь в одной континентальной европейской стране — Пруссии (это был первый официальный указ короля-просветителя Фридриха II после восшествия на престол в 1740 году). Их повсеместное применение часто обосновывалось авторитетом Бенедикта Карпцова — крупнейшего немецкого юриста XVII века и отчаянного религиозного фанатика, считавшего всякое преступление восстанием против Бога и установленного Им миропорядка. Основывая свою юридическую философию не на Библии, а на общественном договоре, Беккариа каждой буквой в своей книге критиковал витийства Карпцова, глубоко укорененные в европейском праве его времени.

Несмотря на то что в России XVIII века активно применялись пытки, на идею «кротости наказаний» особо упирала в своем «Наказе» Екатерина II:

«…в тех странах, где кроткие наказания, сердце граждан оными столько же поражается, как в других местах — жестокими. Сделался вред в государстве чувствительный от какого непорядка? Насильное правление хочет внезапно оный исправить и… установляет жестокое наказание, которым зло вдруг прекращается. Воображение в людях действует при сем великом наказании так же, как бы оно действовало и при малом; и как уменьшится в народе страх сего наказания, то нужно уже будет установить во всех случаях другое».

Принцип гуманности записан в действующем УК РФ (ст. 7): «Наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, не могут иметь своей целью причинение физических страданий или унижение человеческого достоинства». Тот же принцип зафиксирован Восьмой поправкой к Конституции США: «…жестокие и необычные наказания не должны назначаться». Пытки в современном российском праве квалифицируются как уголовно наказуемое деяние (УК РФ, ст. 117, ч. 2, п. «д» — от трех до семи лет лишения свободы).


Принцип равенства перед законом

«…обязательства, пронизывающие все общество от престола до хижины и действующие одинаково как в отношении самого могущественного, так и беднейшего его члена, свидетельствуют о всеобщей заинтересованности в соглашениях, признанных полезным большинством их участников. И нарушение хотя бы одного из этих обязательств было бы чревато наступлением анархии». Беккариа особо подчеркивает (гл. XXI): «…наказания должны быть одинаковы как для первого, так и для последнего из граждан».

Чезаре Беккариа. «О преступлениях и наказаниях», дополнение к главе III

Примечательно, что этот принцип Екатерина в своем «Наказе» пропустила. Позднее, в 1785 году, изданная ею Жалованная грамота дворянству провозглашала (ст. 15): «Телесное наказание да не коснется до благородного» (отсюда пушкинское определение «непоротые дворяне»). Для простого народа телесные наказания по уголовным делам сохранялись вплоть до Великих реформ Александра II.

В действующем УК РФ (ст. 4) значится: «Лица, совершившие преступления, равны перед законом и подлежат уголовной ответственности независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств».


Суд присяжных

«…Для признания человека виновным требуется такая достоверность  То есть доказанность преступления., которой руководствуется каждый в важнейших делах своей жизни.  <…> Поэтому я считаю наилучшими те законы, которые предусматривают наряду с основным судьей заседателей, назначаемых жребием, а не по выбору, ибо в этом случае незнание, которое судит, руководствуясь здравым смыслом, является более надежной гарантией, чем знание, которое судит субъективно, опираясь на собственное мнение».

Чезаре Беккариа. «О преступлениях и наказаниях», глава XIV

Принцип «суда равных» был известен еще античным Греции и Риму. Он зафиксирован (правда, только для знати) в Великой хартии вольностей, действовал (тоже, конечно, с оговорками) и в средневековой Священной Римской империи. Однако в европейских бюрократических абсолютистских государствах XVI–XVIII веков, в том числе в державе Габсбургов (в нее входил и Милан, где жил Беккариа), суды присяжных последовательно вытеснялись коронными судами  Коронный суд — коллегия судей, назначаемых верховной властью («короной»), в отличие от выборного мирового суда и суда присяжных, избираемых жребием. и разнообразными трибуналами  Трибунал — чрезвычайный суд, компетенция которого ограничена определенным кругом дел, определенной территорией и/или определенным временем., в том числе инквизиционными. Беккариа протестует против этой тенденции, поскольку, по его мнению, суд присяжных ограничивает произвол властей и способствует поддержанию порядка и справедливости.


Отмена смертной казни

Важнейшая и, вероятно, самая радикальная из идей Беккариа. Ей посвящена особая глава — XXVIII, самая пространная в книге. Примечательно, что аргументы Беккариа против смертной казни — не моральные («убивать всегда плохо»), а вполне утилитарные, в просветительском духе. Их, в общем, два. Первый исходит из все той же теории общественного договора. Согласно этой теории, граждане делегируют государству часть своих прав, чтобы оно, государство, охраняло их безопасность и порядок. Других источников прав у государства быть не может. Права на убийство ни у какого человека нет — стало быть, и у государства ему взяться неоткуда. Второй аргумент заключается в том, что если человека, совершающего тяжкое преступление, не останавливает угроза пожизненного заключения, то и угроза лишения жизни его не остановит.

Беккариа в своих рассуждениях то и дело ссылается на исторический опыт. Любопытно, что единственный раз он упоминает о России именно в главе о смертной казни: он ставит в пример всем прочим государям императрицу Елизавету Петровну, которая пообещала никого не казнить в свое царствование  С 1741 по 1761 год. — и сдержала обещание (правда, формальной окончательной отмены смертной казни это не означало и после Елизаветы казни в Россию вернулись).


Различие предварительного задержания и тюремного заключения

«Обвиняемый, подвергшийся заключению и впоследствии оправданный, не должен носить бремя бесчестия. <...> …В нынешней уголовной системе идея насилия и власти, по общему мнению, превалирует, по-видимому, над идеей справедливости, потому что в одну и ту же камеру сажают без разбора и обвиняемых, и осужденных, потому что содержание подсудимого в тюрьме стало скорее наказанием, чем предварительным заключением».

Чезаре Беккариа. «О преступлениях и наказаниях», глава XXIX

Попросту говоря, Беккариа вводит ныне общепринятое различение собственно тюрьмы и следственного изолятора. Предварительное заключение — не наказание, а лишь вынужденная мера, чтобы предотвратить побег обвиняемого или, скажем, его линчевание. Это различение тщательно проговаривает в своем «Наказе» и Екатерина II (гл. Х, ст. 167–174).

Беккариа в своих рассуждениях о заключении под стражу идет еще дальше:

«…за контрабанду табака нельзя заключать в ту же тюрьму, в которой содержатся убийцы или разбойники».

Чезаре Беккариа. «О преступлениях и наказаниях», глава XXXIII

В этом уже узнается современное различение общего и строгого режимов содержания под стражей. Для XVIII века это была идея утопическая: такого разнообразия тюрем Европа тогда не знала.

Мы перечислили лишь основные идеи Беккариа. Книга «О преступлениях и наказаниях» содержит множество других, как то: введение судебного механизма защиты чести и достоинства для предотвращения дуэлей; отмена долговой тюрьмы и долгового рабства; отказ от тайных обвинений и анонимных доносов и т. д.

Беккариа проповедовал простоту, ясность и рамочный характер законов в противоположность запутанности и мелочной регламентации, характерной для прежней юриспруденции. Он подчеркивал:

«Невозможно свести бурлящую деятельность людей к геометрической строгости без исключений и неясностей. Подобно тому, как неизменные и простейшие законы природы не препятствуют отклонениям в движении планет, человеческие законы так же не могут при бесконечных и диаметрально противоположно направленных силах притяжения наслаждения и боли предупредить столкновения и нарушения в жизни общества. Однако именно об этом мечтают ограниченные люди, захватившие власть. Запрещать множество безразличных действий не значит предупреждать преступления, которые этими действиями не могут быть порождены. Наоборот, такие запреты лишь способствуют совершению новых преступлений и произвольно определяют, что есть добродетель и что есть порок, понятия вечные и неизменные. Что бы с нами стало, если бы возникла необходимость запретить нам все, что может привести к преступлению? Тогда пришлось бы лишить человека возможности пользоваться чувствами».

Чезаре Беккариа. «О преступлениях и наказаниях», глава XLI

Для предотвращения преступлений Беккариа рекомендовал не только наказывать за них, но и способствовать развитию наук и просвещения, награждать добродетели, уделять больше внимания воспитанию детей (тут он обращал особое внимание читателей на «Эмиля» Руссо). Словно желая доказать, что не склонен к излишней сентиментальности, Беккариа рекомендовал отказаться от института помилования: милосердие, по его мнению, должно быть институционализировано в законах, а не быть прихотью судьи или правителя.

Еще при жизни Беккариа увидел реализацию многих своих идей. В частности, в 1786 году Великое герцогство Тосканское стало первым в мире государством, полностью отменившим смертную казнь, причем герцог Петр Леопольд I обосновывал это решение аргументами, предложенными Беккариа. Во многих европейских странах не без влияния его книги стали отменять пытки (в Дании — в 1770 году, в России — в 1774-м, в Австрии и Польше — в 1776-м). В первом пакете поправок к Конституции США (Билль о правах, принят в 1791 году) и в законах революционной Франции тоже были узнаваемы многие беккарианские принципы. В России же они в XVIII веке так и не нашли практического воплощения: затея Екатерины II с Уложенной комиссией провалилась. И тем не менее беккарианская философия права пустила у нас глубокие корни. То, что критиковал Беккариа в современных ему западноевропейских законах, так или иначе проявлялось и в законах русских.

Беккариа умер в 1794 году, на 57-м году жизни. Ныне он считается основателем криминологии и пенологии — юридических наук о преступлениях и наказаниях, о причинах преступности и способах борьбы с нею.  

Скорее оставьте свой адрес — мы будем писать вам письма о самом важном

Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях — вы всегда будете в курсе наших новостей

Курсы
Курс № 39 Мир Булгакова
Курс № 38 Как читать русскую литературу
Курс № 37 Весь Шекспир
Курс № 36 Что такое
Древняя Греция
Курс № 35 Блеск и нищета Российской империи
Курс № 34 Мир Анны Ахматовой
Курс № 33 Жанна д’Арк: история мифа
Курс № 32 Любовь при Екатерине Великой
Курс № 31 Русская литература XX века. Сезон 4
Курс № 30 Социология как наука о здравом смысле
Курс № 29 Кто такие декабристы
Курс № 28 Русское военное искусство
Курс № 27 Византия для начинающих
Курс № 26 Закон и порядок
в России XVIII века
Курс № 25 Как слушать
классическую музыку
Курс № 24 Русская литература XX века. Сезон 3
Курс № 23 Повседневная жизнь Парижа
Курс № 22 Русская литература XX века. Сезон 2
Курс № 21 Как понять Японию
Курс № 20 Рождение, любовь и смерть русских князей
Курс № 19 Что скрывают архивы
Курс № 18 Русский авангард
Курс № 17 Петербург
накануне революции
Курс № 16 «Доктор Живаго»
Бориса Пастернака
Курс № 15 Антропология
коммуналки
Курс № 14 Русский эпос
Курс № 13 Русская литература XX века. Сезон 1
Курс № 12 Архитектура как средство коммуникации
Курс № 11 История дендизма
Курс № 10 Генеалогия русского патриотизма
Курс № 9 Несоветская философия в СССР
Курс № 8 Преступление и наказание в Средние века
Курс № 7 Как понимать живопись XIX века
Курс № 6 Мифы Южной Америки
Курс № 5 Неизвестный Лермонтов
Курс № 4 Греческий проект
Екатерины Великой
Курс № 3 Правда и вымыслы о цыганах
Курс № 2 Исторические подделки и подлинники
Курс № 1 Театр английского Возрождения
Все курсы
Спецпроекты
Русское искусство XX века
От Дягилева до Павленского — всё, что должен знать каждый, разложено по полочкам в лекциях и видео
Университет Arzamas
«Восток и Запад: история культур» — еженедельный лекторий в Российской государственной библиотеке
История России. XVIII век
Игры и другие материалы для школьников с методическими комментариями для учителей
Европейский университет в Санкт‑Петербурге
Один из лучших вузов страны открывает представительство на Arzamas — для всех желающих
Пушкинский
музей
Игра со старыми мастерами,
разбор импрессионистов
и состязание древностей
Emoji Poetry
Заполните пробелы в стихах и своем образовании
Стикеры Arzamas
Картинки для чатов, проверенные веками
200 лет «Арзамасу»
Как дружеское общество литераторов навсегда изменило русскую культуру и историю
XX век в курсах Arzamas
1901–1991: события, факты, цитаты
Август
Лучшие игры, шпаргалки, интервью и другие материалы из архивов Arzamas — и то, чего еще никто не видел
Идеальный телевизор
Лекции, монологи и воспоминания замечательных людей
Русская классика. Начало
Четыре легендарных московских учителя литературы рассказывают о своих любимых произведениях из школьной программы

Подписка на еженедельную рассылку

Оставьте ваш e-mail, чтобы получать наши новости

Введите правильный e-mail