Курс № 45 Как придумать свою историюЛекцииМатериалы

Расшифровка Смута на службе патриотизма

Содержание первого эпизода из курса Александра Осповата «Как придумать свою историю»

Речь пойдет о мифологии истории. О том весьма распространенном в послед­них столетиях, да и сейчас, восприятии русской истории, которое проецирует актуальную картину мира — то, что мы наблюдаем сейчас, — на некую конфи­гурацию событий, уже имевших место в прошедшем: все, что происходит сейчас, имело прецедент в старину (сам термин — «старина» — очень важное метафизическое понятие), и этот прецедент неуклонно воспроизводится в новых обстоятельствах, каждый раз обнаруживая свой сакральный смысл.

Это восприятие, как можно думать, сложилось достаточно давно, во всяком случае задолго до того, как в середине XIX века два известных русских поэта и политических сочинителя, если не мыслителя, сформулировали все то, что я пытался выразить в современных терминах, в своих сочинениях — написанных, разумеется, на французском языке, который им был гораздо ближе для изъяснения своих мыслей.

В начале Крымской войны  Крымская война — война, которую Рос­сийская империя безуспешно вела против союзных войск Турции, Британии, Франции и Сардинии в 1853–1856 годах., в 1853–1854 годах, Петр Вяземский  Петр Вяземский (1792–1878) — поэт, член общества «Арзамас», а также историк, публицист, государственный деятель и придворный. писал в сочи­нении, которое характерно называлось «Письма русского ветерана 1812 года о Восточном вопросе»:

«Любопытно следить, как в течение веков одни и те же события воспро­изводятся и повторяются с поразительной одинаковостью. Это злые шутки истории, и должно напоминать об них в поучение посредствен­ности, забывчивой и тщеславной.
     <…>
     Каждый русский имеет врожденное чувство долга и нравственные силы. Он знает из уроков своей истории, что могущественный и едино­душный народ, верный своему народному и вероисповеданному преда­нию, не может быть побежден, если того не хочет, и что, не отступая перед врагом до конца, он наконец своим мужеством и постоянством истощит его и доведет до бессилия.
     <…>
     Наши враги могут одерживать над нами частные успехи по превос­ходству сил, если не везде и всегда, то временно, в известных обсто­ятельствах».

Вот то, что написал Вяземский. Федор Тютчев  Федор Тютчев (1803–1873) — поэт, публицист, а также дипломат и цензор. чуть раньше в одной из своих статей  «Письмо доктору Густаву Кольбу, редактору „Всеобщей газеты“» впервые было напеча­тано в Мюнхене в 1844 году. В 1873 году оно было опубликовано в журнале «Русский архив» вместе с переводом на русский, под заголовком «Россия и Германия». , предназначенной для немецкой печати и написанной, повторяю, по-французски, выразился короче:

«Истинную апологию России пишет История, с чьею помощью Россия вот уже три столетия выигрывает все тяжбы, какие ей уготовила неисповедимая судьба…»

Таким образом, запрограммирована очевидная схема — все, что случится в истории России (прежде всего, в военной и политической), во-первых, уже имело прецедент в прошлом, во-вторых, будет развиваться по одному и тому же сценарию: сначала неудачи, временные и, может быть, даже затяжные, потом происходит некоторое достаточно чудесное возрождение национальных сил, обретение каких-то ресурсов — и мы одерживаем победу.

Тютчев написал свою статью в 1844 году, в ней он упоминает три столетия, и, очевидно, точкой отсчета для него является 1547 год, венчание на царство Ивана Грозного, понимаемое в символическом смысле. То есть здесь подтяги­ва­ется еще и коннотация богоизбранной нации, которая, естественно, не может реализовывать свое торжество немедленно и сразу, а должна пройти к нему весь путь от временных и затяжных неудач.

И главное модельное испытание, которое запрограммировало весь ход русской истории, — это пережитая в начале XVII века эпоха, известная как Смута: держава оказалась игрушкою, как писали тогдашние историки, противобор­ствующих политических группировок, подверглась иноземному вторжению, оказалась на грани катастрофы, и в этот момент чудесным образом был спасен юный Михаил Романов, который в дальнейшем был избран на царство и осно­вал новую династию. Я подчеркиваю, не в реальном ходе событий, а именно в восприятии всех основных военно-политических конфликтов России XIX века постоянно возобновляются именно эти сюжеты.

Здесь важно, что в результате некоторые эпизоды истории Смутного времени оказались вычеркнуты из народной — и не только народной, но даже из про­фессиональной — памяти. В частности, в августе 1610 года русским царем — титулярным, но не коронованным — стал малолетний Владислав Жигимон­тович  В 1610 году, в разгар войны с поляками и восстания Лжедмитрия II, боярское прави­тель­ство подписало договор с польским полко­водцем Станиславом Жолкевским. Согласно этому договору, российским царем стано­вился пятнадцатилетний Владислав Ваза, старший сын польского короля Сигиз­мунда III, но России гарантировались незави­симость от Речи Посполитой, сохранение статуса православной церкви и прекращение интервенции. Жители Москвы принесли новому царю, именованному Владиславом Жигимонтовичем, присягу, и войска Жолкев­ского вошли в город. Владислав должен был приехать в Москву и принять православие, но Сигизмунд III отказался от этого, предло­жив, что он сам станет правителем. В резуль­тате правление Владислава не состоялось; в 1612 году народное ополчение освободило Москву., которому целовали крест москвичи (но не Россия). Об этом реши­тель­но никто не хотел вспоминать и думать, как и о некоторых других эпизо­дах. Такая селекция событий.

Интерес к событиям Смутного времени остро обозначился в самом начале XIX века, после того как Россия потерпела чувствительные поражения в Напо­леоновской кампании, прежде всего под Аустерлицем  Битва под Аустерлицем (1805) — генераль­ное сражение армии Наполеона против союзной армии Российской и Австрийской империй, завершившееся сокрушительным поражением союзников и распадом Третьей антифранцузской коалиции. . Тогда появился целый ряд текстов на эту тему — например, современники передавали друг другу реп­лики из трагедии «Пожарский, или Освобожденная Москва» Крюков­ского  Матвей Крюковский (1781–1811) — поэт и драматург. В 1807 году написал патриоти­ческую трагедию «Пожарский, или Освобо­жденная Москва».. В этот момент призма, сквозь которую потом станет восприниматься уже кампания 1812 года, только складывалась.

Решающим, конечно, было календарное совпадение: 1812 (вторжение Наполеона в Россию) и 1612 (освобождение Москвы от польско-литовских войск в Смутное время). Уже в мани­фесте о созыве ополчения  Манифест Александра I о созыве народного ополчения был издан 6 июля 1812 года, меньше чем через месяц после начала войны, и предписывал дворянам формировать ополчение из крепостных., который написал государственный секретарь Шишков  Александр Шишков (1754–1841) — адмирал, с начала войны — государственный секре­тарь и автор всех важных рескриптов и при­казов. Литератор, глава общества «Беседа любителей русского слова». , прозвучала фраза: «Да встре­тит он [неприятель] в каждом дворянине Пожарского… в каждом гражданине Минина».

Далее эта обширная рифма 1612 — 1812 побуждала искать и другие переклички, тематические и календарные. Начало войны — это тема измены, которая для эпохи Смуты была чрезвычайно важной, потому что трудно назвать историческое лицо, которое не было тогда с тем или иным основанием заподозрено в измене. А в данной ситуации начало войны — это поведение Барклая-де-Толли  В начале войны князь Михаил Барклай-де-Толли (1761­–1818), будучи командующим 1-й Западной армией, военным министром и фактически главнокомандующим армией, руководил стратегическим отступлением, которое вызывало сильное недо­вольство и в армии, и обществе., которое интерпретировалось как преступная или даже предательская деятельность. Приезд в Москву в июне императора Александра немедленно вызвал ассоциации с избранием на царство Михаила Романова. Михаил Кутузов тоже через 200 лет после Минина и Пожарского приобрел коннотацию спасителя отечества. Ну и, наконец, захват Москвы, который имел аналог и прецедент в 1612 году, и то, что было очень существенно, — это война с двунадесятью языками: не только с французами и не столько с французами, это война с сонмом иноплеменников, которые покусились на Святую Русь.

И вот маленькая деталь в подтверждение продуктивности этой схемы. В 1849 году Николай I послал войска для подавления венгерского восстания  В 1848 году в Венгрии, входившей в состав Австрийской империи, началась революция, которая была подавлена в 1849 году с помощью российских войск., и Петр Иванович Бартенев, замечательный историк, издатель «Русского архива»  «Русский архив» — журнал, в котором преимущественно публиковались неиздан­ные мемуары, дневники, письма, записки, деловые бумаги и литературные сочинения XVIII и XIX веков. Издавался в Москве с 1863 по 1917 год. , в своих мемуарах, большей частью не изданных, вспоминал, как при объявлении этого похода он, еще юным человеком, «возмущался в церкви, где Святейший синод не потрудился переменить молитву о дарова­нии нам победы, сочиненную еще в 1812 году. Выходило так, что мы несчаст­ные, и венгерцы на нас нападают, тогда как мы задавили венгерцев в угоду Австрии». То есть не только в восприятии, но и формальным образом, в текс­тах, читавшихся, например, с амвона, не было никакой необходимости менять матри­цу: мы всегда в кольце врагов, мы всегда обороняемся, даже когда мы сами на самом деле выступаем в качестве агрессоров или нападающей стороны.

Помимо таких очень отчетливых общих рифм, обращают на себя внимание педантичные разыскивания мелких календарных схождений. Вот, например, фрагмент из журнала «Сын отечества»  «Сын отечества» — исторический, полити­ческий и литературный журнал, выходивший в Санкт-Петербурге в 1812–1852 годах.  1812 года:

«Стечение обстоятельств за двести лет перед сим имеет большее сход­ство с нынешним временем. Князь Пожарский, быв призван и разбив 24 и 26 августа 1612 гетмана Хоткевича, ничего не предпринимал до 22 октября, а сего числа совершил последний удар над кичливым неприятелем и, взяв Москву, побил более двадцати тысяч поляков. <…> Князь Кутузов… [тоже побил] Бонапарта 24 и 26 чисел августа месяца».

Здесь важно было не опереться на какой-то реальный исторический факт, но назвать, подтвердить, усилить тождество — и тем самым внушить опреде­ленные представления о том, как будет сделано дело.

Еще одно важное совпадение отмечено в «Оде на день восшествия на всерос­сийский престол… императора Александра I»  Ода написана Александром Востоковым к 12-летию правления Александра Павло­вича. Ее полное название: «Ода на день восшествия на всероссийский престол его императорского величества государя Александра I. 1813 года марта 12-го, и на ис­течение второго столетия по воцарении в России рода Романовых, воспоследство­вавшем 1613 года марта 14-го дня». . Это 12 марта 1813 года, и в примечании специально было указано, что «царь Михаил Федорович избран на царство 21 февраля, принял предложенный ему престол 14 марта». То есть Александр оказывался своеобразной реинкарнацией первого из Романовых.

Скорее оставьте свой адрес — мы будем писать вам письма о самом важном

Курсы
Курс № 46 Россия и Америка: история отношений
Курс № 45 Как придумать свою историю
Курс № 44 Россия глазами иностранцев
Курс № 43 История православной культуры
Курс № 42 Революция 1917 года
Курс № 41 Русская литература XX века. Сезон 5
Курс № 40 Человек против СССР
Курс № 39 Мир Булгакова
Курс № 38 Как читать русскую литературу
Курс № 37 Весь Шекспир
Курс № 36 Что такое
Древняя Греция
Курс № 35 Блеск и нищета Российской империи
Курс № 34 Мир Анны Ахматовой
Курс № 33 Жанна д’Арк: история мифа
Курс № 32 Любовь при Екатерине Великой
Курс № 31 Русская литература XX века. Сезон 4
Курс № 30 Социология как наука о здравом смысле
Курс № 29 Кто такие декабристы
Курс № 28 Русское военное искусство
Курс № 27 Византия для начинающих
Курс № 26 Закон и порядок
в России XVIII века
Курс № 25 Как слушать
классическую музыку
Курс № 24 Русская литература XX века. Сезон 3
Курс № 23 Повседневная жизнь Парижа
Курс № 22 Русская литература XX века. Сезон 2
Курс № 21 Как понять Японию
Курс № 20 Рождение, любовь и смерть русских князей
Курс № 19 Что скрывают архивы
Курс № 18 Русский авангард
Курс № 17 Петербург
накануне революции
Курс № 16 «Доктор Живаго»
Бориса Пастернака
Курс № 15 Антропология
коммуналки
Курс № 14 Русский эпос
Курс № 13 Русская литература XX века. Сезон 1
Курс № 12 Архитектура как средство коммуникации
Курс № 11 История дендизма
Курс № 10 Генеалогия русского патриотизма
Курс № 9 Несоветская философия в СССР
Курс № 8 Преступление и наказание в Средние века
Курс № 7 Как понимать живопись XIX века
Курс № 6 Мифы Южной Америки
Курс № 5 Неизвестный Лермонтов
Курс № 4 Греческий проект
Екатерины Великой
Курс № 3 Правда и вымыслы о цыганах
Курс № 2 Исторические подделки и подлинники
Курс № 1 Театр английского Возрождения
Все курсы
Спецпроекты
Детская комната Arzamas
Как провести время с детьми, чтобы всем было полезно и интересно: книги, музыка, мультфильмы и игры, отобранные экспертами
История России. XVIII век
Игры и другие материалы для школьников с методическими комментариями для учителей
Университет Arzamas. Запад и Восток: история культур
Весь мир в 20 лекциях: от китайской поэзии до Французской революции
Что такое античность
Всё, что нужно знать о Древней Греции и Риме, в двух коротких видео и семи лекциях
Как понять Россию
История России в шпаргалках, играх и странных предметах
Каникулы на Arzamas
Новогодняя игра, любимые лекции редакции и лучшие материалы 2016 года — проводим каникулы вместе
Русское искусство XX века
От Дягилева до Павленского — всё, что должен знать каждый, разложено по полочкам в лекциях и видео
Европейский университет в Санкт‑Петербурге
Один из лучших вузов страны открывает представительство на Arzamas — для всех желающих
Пушкинский
музей
Игра со старыми мастерами,
разбор импрессионистов
и состязание древностей
Emoji Poetry
Заполните пробелы в стихах и своем образовании
Стикеры Arzamas
Картинки для чатов, проверенные веками
200 лет «Арзамасу»
Как дружеское общество литераторов навсегда изменило русскую культуру и историю
XX век в курсах Arzamas
1901–1991: события, факты, цитаты
Август
Лучшие игры, шпаргалки, интервью и другие материалы из архивов Arzamas — и то, чего еще никто не видел
Идеальный телевизор
Лекции, монологи и воспоминания замечательных людей
Русская классика. Начало
Четыре легендарных московских учителя литературы рассказывают о своих любимых произведениях из школьной программы