Доброй ночи!

Формула приветствия, распространившаяся с появлением ночного эфира в 1990-х годах на радио и телевидении и ставшая употреби­тельной в обыден­ной речи, в том числе в интернете.

«Проиграла музычка, и Наталья, обращаясь к одной из камер, сказала: ― Доброй ночи! В эфире программа „Ночь: разговор“».

Татьяна Соломатина. «Мой одесский язык»

«А Гордон то ли шел в записи, то ли предыдущего сообщения не слы­шал, но сказал буквально следующее: „Доброй ночи. На вопрос, почему вымерли динозавры, каждый шестиклассник знает ответ ― на них упал метеорит“».

Из статьи Ирины Петровской в газете «Известия»

Появление ночного эфира на телевидении и радио поставило перед журнали­стами принципиальный вопрос: «Как привет­ствовать зрителей и слушателей, в том числе позвонивших в студию?» Как ни странно, такого специального приветствия, по крайней мере общепринятого, не было — просто потому, что ночью люди редко здороваются и значительно чаще прощаются. По аналогии с приветствиями Доброе утро!, Добрый день! и Добрый вечер! напрашивалась форма Добрая ночь!, но звучала она странновато (хотя и очень редко встреча­лась):

«Зевака. А-а… Даниил… Добрый вечер. Вернее, добрая ночь.
  Даниил. Здравствуйте. А вы что здесь делаете?
  Зевака. Прикован к скамье».

Александр Образцов. «Магнитные поля»

Странность, скорее всего, связана с тем, что для слов утро, день и вечер имени­тельный падеж совпадает с винительным и в формуле типа Доброе утро! возникает своего рода падежная неопределенность, в результате чего она воспри­нимается как «внепадежная». Для слова же ночь, поскольку оно жен­ского рода, мы вынуждены выбирать между именительным и винительным прилагательного, что непри­выч­но.

В этой ситуации предпочтение было отдано родительному падежу, обозначаю­щему пожелание с опущенным глаголом желать, который, впрочем, материа­лизуется в словосочетании (по-) желать доброй ночи. Проблема состоит в том, что пожелание на протяжении почти двух веков тяготеет именно к про­щанию. И действительно, устойчивая формула прощания Доброй ночи! (наряду с более частой формулой Спокойной ночи!) существовала в русском языке по крайней мере около двух веков (по данным корпусов):

«Нет уж, хватит на сегодня! Концерт окончен! Доброй ночи, дорогие москвичи! ― замахал руками Володя. ― Ложимся спать».

Владимир Высоцкий. «Роман о девочках»

«Извините, милый гардемарин, ― лейтенант наконец сжалился, ― как ни приятно мне с вами беседовать, но надо и послужить. Доброй ночи! Надо пройти по палубе, матросня вечно вылетает на палубу спросонок одетой не по форме!»

Леонид Соболев. «Капитальный ремонт»

«Модест Иванович поцеловал жену в лоб, сказав: „доброй ночи, душа моя“, ― и удалился в свои комнаты».

Зинаида Гиппиус. «Без талисмана»

«— Прощайте… Доброй ночи, моя голубушка!
     ― Прощайте и вы, Нежданов!»

Иван Тургенев. «Новь»

Из этих примеров видно, в частности, что формула Доброй ночи! могла озна­чать и пожелание хорошего сна, и просто ночное прощание (как у Соболева и Тургенева). Однако в XXI веке функция приветствия становится более важной и потихоньку вытесняет функцию прощания. Впрочем, все не так просто, и этим-то интересен речевой этикет. Во-первых, выражение Доброй ночи! редко, но все же использовалось как приветствие и раньше. И это отражает некоторую неустойчивость (или много­функциональность) пожеланий:

«И вдруг его рука дрогнула: высокий худощавый старик в синем ком­бинезоне появился из-под земли, стоял перед ними и неподвижно смотрел на них.
     ― Доброй ночи, ― сказал Зыбин несколько ошалело.
     ― Добрый, добрый вечер, ― ответил старик благодушно, ― какая же сейчас ночь?»

Юрий Домбровский. «Факультет ненужных вещей»

«Доброй ночи, Юрий Павлович! Уже вступили на вахту?»

Григорий Адамов. «Тайна двух океанов»

Во-вторых, именительный падеж этого выражения тоже было распространен — и именно в функции прощания, но только в первой половине XIX века, когда и конкурировал с родительным:

«Так, все кончено… <…> Добрая ночь, друг… а попы нам отпоют вечную память».

Михаил Лермонтов. «Menschen und Leidenschaften»

«Капрал допил свою порцию, встал, выпрямился снова, отдал честь по-военному и, проговоря: „Добрая ночь вашему высокоблагородию!“, побрел в свою светлицу».

Орест Сомов. «Сказки о кладах»

Кого раздражает

Несмотря на то что эта формула закрепилась в русском языке как прощание, она еще вызывает раздражение у носителей старого речевого этикета. Впрочем, его старость условна: этот речевой этикет харак­терен прежде всего для XX века, а раньше, как мы видим, все было по-другому

Другие выпуски
Этикет дня
микрорубрики
Ежедневные короткие материалы, которые мы выпускали последние три года
Архив
Искусство

11 признаков того, что перед вами картина (или фотография) сюрреалистов

Фантастические существа, пустынные пространства и абсурдные названия