Курс № 33 Жанна д’Арк: история мифаЛекцииМатериалы
Лекции
11 минут
1/4

Спасительница Франции

Кто такая Жанна д’Арк, как за два года она выиграла Столетнюю войну и почему современники не знали, как к ней относиться

Ольга Тогоева

Кто такая Жанна д’Арк, как за два года она выиграла Столетнюю войну и почему современники не знали, как к ней относиться

14 минут
2/4

Жанна — королева амазонок

Какую роль Орлеанская дева сыграла в религиозных войнах и почему в Новое время ее сравнивали как с античными героями, так и с Девой Марией

Ольга Тогоева

Какую роль Орлеанская дева сыграла в религиозных войнах и почему в Новое время ее сравнивали как с античными героями, так и с Девой Марией

14 минут
3/4

Вольтер и влюбленный осел

Почему Вольтеру, чтобы сделать Жанну национальной героиней, надо было лишить ее девственности

Ольга Тогоева

Почему Вольтеру, чтобы сделать Жанну национальной героиней, надо было лишить ее девственности

15 минут
4/4

Как Жанна д’Арк стала святой

Сколько сил ушло у французов, чтобы уговорить папу римского канонизировать их национальную героиню, и почему успеха они добились только после Первой мировой войны

Ольга Тогоева

Сколько сил ушло у французов, чтобы уговорить папу римского канонизировать их национальную героиню, и почему успеха они добились только после Первой мировой войны

Как создается образ святого

Как появляются атрибуты святого, его символика и специализация? По просьбе Arzamas историк Михаил Майзульс на примере иконографии святого Антония объясняет, как был устроен средневековый культ святых, что такое фабрика превращений и при чем здесь свиньи

Святой Антоний. Гравюра неизвестного мастера. Южная Бавария (предположительно, Швабия), 1450-е годы © Staatliche Graphische Sammlung, Munich

Смиренный коптский отшельник Антоний (ок. 251 — 356), проживший десятки лет в аскетическом уединении в египетской пустыне, очень бы удивился, увидев, как спустя тысячу лет его представляли на далеком севере, во Франции или в Германии. Суровый католический аббат, восседающий на троне, словно монарх; по обе стороны от него — изувеченные просители на костылях или благополучные бюргеры с дарами; в руках у него — посох в форме греческой буквы «тау»; рядом зачем-то — свинья с колокольчиком; под ногами бушует пламя (но явно это совсем не то пламя, которое жарит грешников, так как сам он святой); над головой висят восковые руки, ноги, человеческие фигурки, а то и настоящие ладони или ступни, ампутированные у их владельцев. 

Средневековый культ святых, особенно святых древних, — это фабрика превращений. Часто было достаточно какого-нибудь биографического обстоятельства, например пытки, которой подвергся мученик, или атрибута, появившегося на его изображениях много столетий спустя, чтобы культ развернулся в совершенно неожиданную сторону, а святой обрел специализацию, никак не связанную с его биографией. Святые — особая категория мертвых, пребывающие, как считалось, на небесах и превратившиеся в посредников между Богом и человеком. Они одновременно модели для подражания и могущественные заступники. Но сверхъестественная помощь, которой от них ждали, часто оказывалась гораздо важнее тех моральных уроков, которые могла преподнести их жизнь и смерть, слишком уж радикальные для рядового верующего. Конкретный святой, к которому обращались с молитвой, ходили в паломничество и приносили дары, — это всегда проекция. Проекция представлений о сверхъестественных полномочиях небесного патрона на конкретную личность.

Антоний Великий — христианин, ушедший в безлюдные места Фиваиды  Фиваида — древняя область в Верхнем Египте., чтобы вести совершенную жизнь в самоограничении, не был первым пустынником, но остался в традиции как основатель отшельнического монашества. Его житие, созданное младшим современником Афанасием Александрийским (ок. 298 — 373), превратилось в своего рода матрицу для последующей христианской агиографии и превратило Антония в образец аскета. 

В позднесредневековой Европе Антония почитали прежде всего как святого страдальца и сурового целителя, который излечивает от ужасной болезни — святого огня, или огня святого Антония, но может в гневе ее и наслать; а также как отшельника, который неустанно сражался с дьявольскими искушениями, претерпел множество измывательств от бесов, одержал над ними верх, и потому способен и простых христиан защитить от сил тьмы. Антоний был одним из универсальных святых, почитавшихся по всему христианскому миру, но в то же время святым «ведомственным» — патроном ордена антонитов.

Огненная напасть

Антоний Великий. Ксилография Иоганна Ульриха Вехтлина из книги «Feldtbuch der Wundtartzney» Ганса фон Герсдорфа. 1517 год © Digitized by the Historical Medical Library of The College of Physicians of Philadelphia

На одной из гравюр, иллюстрировавших пособие по хирургии «Feldtbuch der Wundtartzney» Ганса фон Герсдорфа — врача, трудившегося в антонитском госпитале в Страсбурге, — мы видим величественную фигуру святого Антония: это крепкий старец в монашеском облачении, от которого во все стороны исходит сияние. Опустив взор, он смотрит то ли в книгу, которую держит в руках, то ли поверх страниц на крошечного одноногого калеку, ковыляющего на деревяшке. Тот тянет к святому левую руку, но она вместо ладони заканчивается языком пламени. Этот огонь, пожирающий плоть и уже, видимо, съевший его правую ногу, — метафорическое изображение огня святого Антония. 

Огнем святого Антония, или святым огнем, в Средневековье чаще всего называли эрготизм — отравление алкалоидами спорыньи, грибка, паразитирующего на злаках (прежде всего на ржи). У людей, съевших хлеба из смертоносной муки, в зависимости от типа болезни могут возникать судороги и галлюцинации, а в конечностях начинается гангрена. Почерневшие ладони и ступни, словно съеденные огнем, порой сами отсоединяются при распаде костей, или их приходится ампутировать. Из-за питания зараженным хлебом часто случались настоящие эпидемии эрготизма. Так, утверждается, что в Париже в 1418 году из-за вспышки святого огня за месяц погибли чуть ли не 50 тысяч человек (эпидемии эрготизма вспыхивали и в XX веке, например в Советской России в 1926–1927 годах). То, что огонь святого Антония связан с зерном и хлебом, было выяснено лишь в XVII веке.  

Антоний Великий был не единственным и не первым из святых, к кому обращались за избавлением от святого огня. В разных местах эту болезнь называли огнем святого Фирмина, огнем святого Марселя, огнем Девы Марии. Однако к позднему Средневековью «огненная» гангрена была в целом зарезервирована за святым Антонием. 

Эта история началась около 1070 года, когда его мощи, как считается, были перевезены из Константинополя в приходскую церковь в деревне Ля-Мот-о-Буа (в области Дофине на юге Франции). Позже в честь небесного патрона деревня стала зваться Сент-Антуан-ан-Вьеннуа. К ценной реликвии, как и к другим мощам святых, потянулись страждущие, которых съедал гангренозный огонь. Вскоре один дворянин, чтобы отблагодарить Антония за исцеление, создал братство мирян, посвятивших себя уходу за жертвами этой болезни. Пути Антония и огня пересеклись в одной точке. Полтора века спустя братство превратилось в орден регулярных каноников святого Антония, или антонитов. 

Святой Антоний. Миниатюра из часослова Элеоноры Вустер. Франция, 1430–40-е годы © Harley 1251 / British Library

Орден антонитов

Со временем орден, центром которого было аббатство Сент-Антуан-ан-Вьеннуа (там хранились мощи святого и располагался его главный госпиталь), распространился по всей католической Европе. В период расцвета сеть антонитских общин и богаделен, которые они содержали, насчитывала сотни точек; особенно много их было вдоль древних паломнических маршрутов, прежде всего Пути святого Иакова, который вел в Сантьяго-де-Компостела, на северо-западе Испании.

Египетский пустынник был не только патроном ордена, но и в каком-то смысле его символическим капиталом, делиться которым антониты не собирались. В 1445 году они вступили в конфликт с одним отшельником, который без согласования с владельцами «бренда» создал часовню, посвященную святому Антонию. Дело закончилось компромиссом: он смог сохранить свой алтарь, но не имел права устанавливать на нем образ святого.  

Госпитали антонитов, само собой, занимались не лечением болезни, что было вне тогдашних возможностей, а смягчением ее симптомов. В соответствии с представлением о том, что клин вышибают не клином, а его противопо­ложностью, средствами против огня должны были стать различные холодные и сухие субстанции. Антониты готовили травяные настои и мази (часть из них вполне могла приносить больным облегчение благодаря анестетическим и сосудорасширяющим свойствам) и, в случае необходимости, практиковали ампутацию пораженных гангреной конечностей. Отделившиеся или отрезанные части тела порой сохраняли в госпиталях — как свидетельство силы святого или для того, чтобы в день всеобщего воскресения, когда все умершие вновь обретут телесность, жертвы огня отыскали свои потерянные конечности. 

Святой Антоний, мучимый дьяволами. Панель пределлы (верхней части алтаря) работы Сассетты. 1423–1426 годы © Wikimedia Commons

Настой на святом Антонии

Параллельно с медицинскими средствами антониты, само собой, практиковали и духовные методы, апеллировавшие к чудотворной силе святого Антония. Главным лекарством такого рода был «святой винаж» (saint vinage) — вино, в которое добавляли настой целебных трав, а потом опускали частицы мощей древнеегипетского анахорета. При соприкосновении с их чудотворной субстанцией жидкость, которую раз в год, на праздник Вознесения, давали отчаявшимся больным, должна была тоже приобрести целительную силу. 

Изготовление таких настоев на мощах не было изобретением антонитов. Считалось, что сакральная сила может передаваться при физическом соприкосновении. Скажем, гравюры с изображением святых или любые другие предметы прикладывали к ракам с мощами или к саркофагам. Кто-то собирал пыль или соскабливал немного каменной крошки с надгробий святых. Мощи или реликварии, в которых они хранились, омывали водой, а потом ее выпивали. Соприкосновение с сакральным, как многие были убеждены, передавало часть его свойств самым обычным предметам, что вело к умножению контактных полуреликвий. Они отвечали запросу на массовое производство (потенциально) чудотворных предметов, намного более доступных, чем сами святыни. В соответствии с подобной же логикой, с изображений, считавшихся чудотворными, снимали копии, и они, как уверяли клирики, приобретали (почти) такую же эффективность, как и далекие оригиналы.

Специализации святых

Потребность в исцелении создавала множество медицинских культов: святым приписывали специализацию по конкретным болезням. Так, святой Себастьян и святой Рох считались защитниками от чумы, а к святой Цецилии обращались за излечением от глазных недугов; святая Варвара и святая Екатерина служили помощницами при родах, а святая Петронилла должна была помочь больным лихорадкой. Святой Антоний отвечал не только за отравления спорыньей, но и за множество похожих инфекций, которые отождествлялись с его огнем. 

Дрезденский алтарь. Работа Альбрехта Дюрера. 1496–1497 годыБоковые панели с изображениями святого Антония и святого Себастьяна были добавлены в 1503–1504 годах. Их авторство не установлено. © Staatliche Kunstsammlungen Dresden / Bridgeman Images / Fotodom

На многих средневековых изображениях могущественные святые-целители соседствовали друг с другом, усиливая потенциальный эффект от молитвы и прикосновения к образу. Тот же святой Антоний, с его огнем, часто появлялся бок о бок со святым Себастьяном, античумным заступником, или со святым Христофором. Считалось, что человек, который взглянет на изображение святого Христофора, в тот день не умрет внезапной смертью. Эразм Роттердамский в своей «Похвале глупости» (1509) иронизировал над этим убеждением и вообще над упованием на автоматическую силу реликвий и образов:

«Нужно здесь помянуть и тех, кто внушил себе глупое, но приятное убеждение, будто стоит человеку поглядеть на статую или икону Полифема-Христофора — и смерть не грозит ему в тот день; или что, прочитав перед статуей святой Варвары некую молитву, он воротится цел и невредим с поля боя; или что, ставя в известные дни свечки святому Эразму, он вскорости сделается богачом».

Иконография эрготизма 

Створки Изенгеймского алтаря. Работа Маттиаса Грюневальда. 1506–1515 годы © G. Dagli Orti / Bridgeman Images / Fotodom

Жертвы святого огня появляются на многих изображениях, посвященных святому Антонию и его борениям с демонами. На знаменитом Изенгеймском алтаре, который был написан Маттиасом Грюневальдом около 1515 года для одного из антонитских монастырей в Эльзасе, бородатый патрон ордена фигурирует несколько раз. На той створке, где изображен, наверное, самый известный сюжет из его жития — избиение бесами, слева от Антония мы видим странное человекообразное существо со вздутым животом и гноящимися нарывами по всему телу. В отличие от прочих бесов (если считать, что он тоже принадлежит к их братии), он не участвует в избиении святого, а бессильно лежит в углу, закрыв глаза и подняв вверх изуродованную левую руку. Исследователи давно пытались поставить этому персонажу точный диагноз (версии колебались от проказы до сифилиса). Однако, вероятнее всего, перед нами синтез симптомов огня святого Антония, в котором не стоит искать клинической точности. 

На противоположной створке алтаря, где Антоний встречается с другим отшельником, Павлом Фивейским, под ногами обоих старцев изображены лекарственные растения, применявшиеся в антонитских монастырях для лечения гангрены или снятия ее симптомов. Так, рядом с Павлом растет мак сомнительный (Papaver dubium), а рядом со святым Антонием — черноголовка обыкновенная (Prunella vulgaris), которую раньше в Эльзасе называли sankt Antonikrüt.

На еще более знаменитом «Искушении святого Антония» Иеронима Босха посреди фантасмагорического пейзажа, между огромным красным фруктом, из плоти которого вываливается ватага демонических созданий, и сатанинским клириком в очках, читающим что-то из черностраничной книги, у стенки лежит калека в черном головном уборе, который напоминает цилиндр. Перед ним, на белой тряпке, — отпавшая из-за гангрены или ампутированная ступня, инструмент его нищенского ремесла. Калека глядит на святого Антония, а рядом с ним богато одетая дама протягивает старухе-монахине и уродцу без тела блюдо с какой-то жидкостью — возможно, это и есть святой винаж, призванный погасить огонь святого Антония.

Фрагмент триптиха «Искушение святого Антония» Иеронима Босха. 1495–1515 годы © Wikimedia Commons

Символы и знаки

Главный символ Антония Великого и ордена антонитов — греческая буква «тау» (ее старшая сестра — древнееврейская буква «тав»). На многих изображениях «тау» нашита на монашеском облачении святого; в виде «тау» выполнен и аббатский посох, на который он опирается. Форма посоха перекликается с очертаниями разнообразных подпорок и костылей, на которых к святому ковыляют изувеченные болезнью жертвы его огня. 

Маркировка двери буквой «тау». Эмалевая панель. Германия, ок. 1200 года ©  The Metropolitan Museum of Art

В Книге пророка Иезекииля (9:4) Господь велит нанести знак «тау» (signa thau) на чело праведников, живущих в Иерусалиме, а остальных, погрязших в мерзостях, приказывает не щадить. Вслед за этим фрагментом и другими текстами греческая буква «тау» в Средние века ассоциировалась с избран­ностью, исцелением и спасением. В некоторый момент она также превратилась в символ целительной силы Антония Великого, на которую так уповали жертвы святого огня.

В иконографии Антония часто можно встретить изображения свиней — еще одного символа святого и его ордена. Антониты занимались разведением этих животных — их мясо входило в рацион больных, которых принимали в госпитальные дома, а деньги, вырученные от продажи свиней, шли на содержание богаделен. В соответствии с давней привилегией, свиньи, принадлежавшие антонитам, имели право бегать где им будет угодно и питаться подножным кормом, которого в городах того времени было немало. 

Чтобы отличить животных святого Антония от прочих свиней, им на шею вешали колокольчик; такие же колокольчики использовали и сами братья-антониты, когда приходили куда-то, чтобы просить милостыню. Колокольчики тоже превратились в устойчивый иконографический атрибут Антония — на многих изображениях он держит их в руках или они висят у него на посохе.

Святой Антоний. Миниатюра из часослова Маргарет Бофорт. Англия, Нидерланды, XV век © Royal MS 2 A XVIII / British Library

Месть святых 

Средневековые святые, даже если при жизни они служили примером кротости, в своей роли небесных заступников, как считалось, должны были защищать свою честь от нападок иноверцев, еретиков, святотатцев и просто насмешников. Грозный святой Антоний лечил от святого огня, но мог и наслать его в наказание. Истории о мстительных святых встречаются не только в житиях или сборниках проповедей, но и, скажем, в сборнике новелл язвительного флорентийца Франко Саккетти (1332–1400). Правда, у него сам оскорбленный Антоний не выходит из-за кулис, за него (вернее, за себя) мстят его свиньи, и вся история скорее напоминает не описание чуда, а анекдот.  

Саккетти рассказывает об одном подагрике, который был настолько изуродован болезнью, что не мог встать с постели, но «не потерял любви поесть и ни одного зуба и всегда жадно стремился к тому, чтобы поработать челюстями».

«…Почти каждый день две великолепные свиньи святого Антония повадились входить [к нему в дом] через заднюю дверь, ведущую на улицу, а затем тотчас же входить в названную комнату [в трапезную]. В один из таких дней, когда эти свиньи вошли в названную комнату, подагрик говорит одному своему здоровяку-крестьянину: „Как надоели мне эти свиньи! Не убить ли нам одну из них?“ Крестьянин отвечает: „Что ж? Лишь бы вам это было угодно“. Бывший при этом человек говорит: „Ой, ой! Не шутите со святым Антонием“. Подагрик отвечает на это: „И ты еще принадлежишь к тем дуракам, которые думают, что святой Антоний занимается засолом мяса? Для кого? Для своей семьи? Тебе хорошо известно, что там, на небе, не пьют и не едят. Жрут только эти попрошайки Антония со своим Τ на груди, и они-то и внушают людям этот вздор. Пусть грех ложится на меня; предоставьте мне действовать“. И он говорит слуге: „Отыщи топор…“».

Франко Саккетти. «Новеллы»

Дело, однако, кончилось плохо. Разъяренные свиньи ринулись на подагрика и почти растерзали его, а слуга, который должен был помочь, лишился ноги. «Это чудо, — пишет Саккетти, — совершил святой Антоний, а потому говорят: „Шути со своими слугами, но не позволяй себе ничего со святыми“».  

Скорее оставьте свой адрес — мы будем писать вам письма о самом важном

Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях — вы всегда будете в курсе наших новостей

Курсы
Курс № 39 Мир Булгакова
Курс № 38 Как читать русскую литературу
Курс № 37 Весь Шекспир
Курс № 36 Что такое
Древняя Греция
Курс № 35 Блеск и нищета Российской империи
Курс № 34 Мир Анны Ахматовой
Курс № 33 Жанна д’Арк: история мифа
Курс № 32 Любовь при Екатерине Великой
Курс № 31 Русская литература XX века. Сезон 4
Курс № 30 Социология как наука о здравом смысле
Курс № 29 Кто такие декабристы
Курс № 28 Русское военное искусство
Курс № 27 Византия для начинающих
Курс № 26 Закон и порядок
в России XVIII века
Курс № 25 Как слушать
классическую музыку
Курс № 24 Русская литература XX века. Сезон 3
Курс № 23 Повседневная жизнь Парижа
Курс № 22 Русская литература XX века. Сезон 2
Курс № 21 Как понять Японию
Курс № 20 Рождение, любовь и смерть русских князей
Курс № 19 Что скрывают архивы
Курс № 18 Русский авангард
Курс № 17 Петербург
накануне революции
Курс № 16 «Доктор Живаго»
Бориса Пастернака
Курс № 15 Антропология
коммуналки
Курс № 14 Русский эпос
Курс № 13 Русская литература XX века. Сезон 1
Курс № 12 Архитектура как средство коммуникации
Курс № 11 История дендизма
Курс № 10 Генеалогия русского патриотизма
Курс № 9 Несоветская философия в СССР
Курс № 8 Преступление и наказание в Средние века
Курс № 7 Как понимать живопись XIX века
Курс № 6 Мифы Южной Америки
Курс № 5 Неизвестный Лермонтов
Курс № 4 Греческий проект
Екатерины Великой
Курс № 3 Правда и вымыслы о цыганах
Курс № 2 Исторические подделки и подлинники
Курс № 1 Театр английского Возрождения
Все курсы
Спецпроекты
Русское искусство XX века
От Дягилева до Павленского — всё, что должен знать каждый, разложено по полочкам в лекциях и видео
Университет Arzamas
«Восток и Запад: история культур» — еженедельный лекторий в Российской государственной библиотеке
История России. XVIII век
Игры и другие материалы для школьников с методическими комментариями для учителей
Европейский университет в Санкт‑Петербурге
Один из лучших вузов страны открывает представительство на Arzamas — для всех желающих
Пушкинский
музей
Игра со старыми мастерами,
разбор импрессионистов
и состязание древностей
Emoji Poetry
Заполните пробелы в стихах и своем образовании
Стикеры Arzamas
Картинки для чатов, проверенные веками
200 лет «Арзамасу»
Как дружеское общество литераторов навсегда изменило русскую культуру и историю
XX век в курсах Arzamas
1901–1991: события, факты, цитаты
Август
Лучшие игры, шпаргалки, интервью и другие материалы из архивов Arzamas — и то, чего еще никто не видел
Идеальный телевизор
Лекции, монологи и воспоминания замечательных людей
Русская классика. Начало
Четыре легендарных московских учителя литературы рассказывают о своих любимых произведениях из школьной программы

Подписка на еженедельную рассылку

Оставьте ваш e-mail, чтобы получать наши новости

Введите правильный e-mail