19 января 2026Литература

Фактчек: 10 самых популярных легенд о Мэри Шелли (18+)

Кроме «Франкенштейна» не написала ничего стоящего, да и его написала не сама? Разрушила брак Перси Шелли и хранила его сердце в ящике письменного стола? Разбираемся, что из этого правда, а что нет, в новом выпуске рубрики

Автор Александра Баженова-Сорокина

Легенда 1. Она была дочкой феминистки и анархиста

Вердикт: это правда, но с оговорками.

Матерью писательницы Мэри Шелли (урожденной Мэри Уолстонкрафт Годвин) была одна из первых феминисток в европейской истории — Мэри Уолстонкрафт. Она написала ставший знаменитым и прославивший ее манифест «В защиту прав женщин» (1792). Будучи еще и одной из первых профессиональных писатель­ниц Англии, Уолстонкрафт освещала события Французской революции и сочиняла книги для детей. Однако в конце жизни ее профессиональную деятельность затмила дурная слава либертинки. У Мэри Уолстонкрафт было два скандальных романа и дочка Фанни, рожденная вне брака. Роман с отцом Мэри Шелли — философом и предтечей анархистов Уильямом Годвином — тоже начинался как проявление свободной любви, но когда Уолстонкрафт забере­менела, Годвин решил, что женитьба — это необходимое зло. Стесненный в средствах и при этом очень влиятельный среди интеллектуалов своего времени философ и политический активист, в конце XVIII века он активно выступал не только против работорговли и тюрем, но и против брака как еще одного общественного ограничения воли.

Уильям Годвин был автором строк, в которых многие интеллектуалы его времени видели ответ на волнующие вопросы:

«Вред брака в том виде, в каком он практикуется в европейских странах, простирается за пределы того, что мы уже описали ранее. Итак, роман­тически настроенная молодежь обоих полов должна увидеть друг друга несколько раз в условиях, полных заблуждений, а затем поклясться связать себя друг с другом навечно. Каков же результат? Почти во всех случаях люди оказываются обмануты. Им приходится примириться с непоправимой ошибкой. Их уверяют, что это нужно считать наиболее эффективной практикой — закрыть глаза на реальность и быть счаст­ливыми, если благодаря какому-то нарушению мышления они смогут заставить себя поверить, что их первое, незрелое впечатление друг о друге было верным. Так, институт брака строится на мошенни­ческой схеме…»  W. Godwin. An Enquiry Concerning Political Justice. London, 1793.
Перевод Александры Баженовой-Сорокиной. 

Однако с годами представления Годвина об устройстве государства и общества стали менее радикальными. Мэри Уолстонкрафт трагически погибла от зара­жения крови через несколько дней после родов, и у Годвина на руках остались его новорожденная дочь Мэри и падчерица Фанни. В новых обстоя­тельствах он вскоре принял решение жениться повторно и спустя несколько неудачных попыток сватовства обручился с Мэри Джейн Клермонт, у которой тоже были дети — дочь и сын. К моменту, когда Мэри Уолстонкрафт Годвин и ее сводная сестра Клэр Клермонт сбежали из дома с юным поэтом Перси Биши Шелли (об этом — ниже), Годвин пересмотрел свои взгляды. Он осознал, насколько брак важен для материального благополучия и репутации его дочерей.

Легенда 2. Она обожала кладбища и занималась сексом на могиле матери

Вердикт: это правда, но с оговорками.

Мэри Шелли любила не все кладбища как таковые. Главным местом успо­коения и источником знаний о себе, местом, где она научилась читать, складывая буквы на надгробиях, была могила ее матери. 

Когда начался ее бурный роман с Перси Биши Шелли, Мэри стала водить на могилу Мэри Уолстонкрафт и своего возлюбленного. Именно там она призналась ему в любви, и, судя по дневникам и письмам Шелли и знакомых пары, они действительно впервые занялись сексом на этой могиле. Но это связано не только с любовью Мэри к кладбищам. У девочки-подростка было не так много мест, чтобы уединиться с мужчиной, даже если учесть, что Мэри была бесстрашна и уверена, что мир будущего без предрассудков и без брака нужно строить своими силами.

Уже во взрослом возрасте отношение Мэри Шелли к кладбищам изменилось. С каждым годом из жизни уходило все больше близких: помимо матери в могилах покоились трое умерших детей, единоутробная сестра Фанни, погибший муж, а через какое-то время и отец. Жизнь Мэри Шелли была наполнена потерями, а еще огромным чувством вины перед умершими. Так что большую часть жизни она связывала посещение кладбищ и могил не с прият­ным времяпровождением или готическими ужасами, а с сознанием долга по отношению к тем, кто ее покинул.

Легенда 3. Презирала брак и увела Перси Шелли из семьи

Вердикт: это неправда.

Поэту Перси Биши Шелли был 21 год, когда в 1814-м он познакомился с семей­ством Годвин. Шелли прочел «Трактат о справедливости», провозгласил себя учеником Уильяма Годвина, написал своему учителю, что готов стать его спонсором и заботиться о нем. Семья Шелли была очень богатой, поэтому Годвин воспринял письмо поклонника как подарок небес: у семьи были постоян­ные финансовые трудности, долги, а зарабатывать на жизнь философ­скими трактатами и художественными произведениями у некогда одного из самых влиятельных мыслителей в Британии уже не получалось. Шелли стал навещать Годвинов и влюбился в Мэри. Хотя у него были жена и дети, он устал от супружества: и до Мэри он вступал в отношения с женщинами, пока состоял в браке с Гарриет Уэстбрук. Взгляды на брак, изложенные в книге Годвина, были для Перси Биши Шелли идеальным объяснением его поведения. Влюб­ленная Мэри Годвин в свои 16 лет тоже следовала идеям о замужестве, которые проповедовали ее родители, но ведущую роль в неузаконенных (до 1816 года) отношениях играл Перси Биши.

Как у же было сказано выше, Уильям Годвин, став отцом дочери, двух падчериц и пасынка, переживший не один скандал, связанный с внебрачными связями обеих жен, наверняка осознал, насколько для женщины важны супружеские узы. Однако ни Перси, ни Мэри не понимали его новых концепций. 28 июля 1814 года Перси организовал для Мэри Шелли и ее сводной сестры Клер Клермонт побег из дома Годвина. Клер прожила с парой большую часть жизни Шелли, и эти отношения во многом были скандальными. Все, что известно исследователям творчества и жизни Перси Биши Шелли и Мэри Шелли по их письмам и письмам их множественных корреспондентов, включая Клер, указывает на то, что между Перси и Клер были любовные отношения. Неизвестно, когда именно они начались, но в том или ином виде роман продолжался вплоть до его смерти в 1822 году.

Легенда 4. Их отношения были самыми токсичными в истории литературы

Вердикт: это правда.

Перси Биши Шелли был одной из ключевых фигур английского романтизма, легендарным поэтом и визионером. Мэри Шелли, прожившая с ним восемь лет, видела в нем любовь всей своей жизни и посвятила многие годы работе над собранием его произведений и над его биографией, которую планировала издать под названием «Жизнь Шелли». Она писала и говорила о нем всю жизнь и после его смерти старалась создать такой образ мужа, который окажется наименее шокирующим для властей (так, в редких случаях она редактировала самые атеистические и анархистские пассажи). Супруги Шелли были друг для друга невероятно важны как политические союзники и как творческие единицы, они советовались, работая над текстами, изучали иностранные языки и читали вместе классику, путешествовали и знакомились с новыми людьми. Однако с самого начала их отношения выглядели пугающими и сказались в первую очередь на репутации и жизненных возможностях Мэри. 

В 1816 году погибла (с большой вероятностью — утопилась) жена Перси Шелли Гарриет, что дало паре возможность все же вступить в брак и таким образом перестать быть изгоями в обществе. Первые годы совместной жизни Мэри, Перси и Клэр все время странствовали, часто пешком, жили очень бедно. Перси Биши Шелли был в долгах и постоянно скрывался от кредиторов. Мэри недоедала в течение беременности, родила раньше срока, и мы знаем, что она связывала с тем образом жизни, который вела их семья по вине Перси Биши, смерть обеих дочерей: появившейся на свет в марте 1815 года двухме­сячной Клары и рожденной три года спустя, уже после свадьбы с Перси Биши, и умершей в год и три месяца от дизентерии Клары Эвелины. 

Шелли, обещавший некогда содержать Уильяма Годвина, брал кредиты под собственное наследство, периодически импульсивно раздавал деньги тем, кого считал более несчастным или более достойным денег. Годвин на долгое время почти прекратил общение с дочерью, но не сразу, а как раз с того момента, как ощутил себя обманутым финансово. Вплоть до 1822 года Годвин писал и Перси, и Мэри с напоминанием о денежных обязательствах. Здесь Перси тоже проявил себя деспотично: в последние годы жизни он стал цензором писем отца к дочери, проверял их содержимое, так что до Мэри доходили лишь те послания, которые сам Шелли считал подходящими. Мэри не знала об этом и мучилась от очередного охлаждения отношений с отцом.

Первые четыре года отношений Шелли восхищался женой, считал ее своей музой, посвящал ей стихи и превозносил ее творчество. В то же время он очень активно общался с Клэр, а по письмам Мэри мы знаем, что ее это общение и жизнь втроем глубоко тяготили. Слухи о сексуальной связи между Шелли и Клэр Клермонт ходили на протяжении всей жизни поэта, и он не стремился их развеивать. Например, одно из его знаменитых стихотво­рений, «Констан­ции, поющей» (опубликовано посмертно, в 1824-м), содержит следующие строки: 

Считается, что оно посвящено именно Клэр, которая прекрасно пела и играла на пианино. Шелли постоянно переписывался с девушкой, когда сам был в отъезде, скрываясь от кредиторов или когда Клэр некоторое время уезжала от четы во Флоренцию. В письмах он неоднократно подчеркивал, как она важна для него. Они были изданы под названием «Письма от Перси Биши Шелли к Джейн Клермонт»  Полное имя девушки при рождении — Клара Мэри Джейн Клермонт, и в детстве ее назы­вали Джейн. Только во время путешествий по Европе с семейством Шелли она поменяла имя с Джейн сначала на Клару, а затем на Клэр..

В последние же годы совместной жизни с Мэри Перси начал искать новых муз. С большой вероятностью он хотел сбежать от жены, от единственного выжив­шего ребенка (у Мэри было пять беременностей, трое умерших детей и один выкидыш), от Клэр. Он также посвящал стихи другим женщинам, включая жену своего ближайшего друга Эдварда Уильямса Джейн. Помимо двух детей от первого брака и от брака с Мэри у него, возможно, был еще один или даже два ребенка от Клэр. Первый также может быть дочерью Байрона, с которым у Клэр была романтическая связь (подтвердить или опровергнуть возможное отцовство Шелли не представляется возможным), второй — некая девочка, зарегистри­рованная в Неаполе и прожившая недолгую жизнь, но из-за которой среди близких четы Шелли дважды разыгрывался мини-скандал.

Смерть детей сам поэт воспринимал как трагедию, которая его не касалась, а главное, он не понимал, почему после очередных похорон его жена охла­девала, становилась нерадостной и необщительной. В 1821 году, через два дня после выкидыша у Мэри, Перси сообщает в письме к их общим друзьям Гизборнам:

«Танталово проклятье здесь в том, что человек с такими прекрасными способностями и ясным разумом, как у нее, не способен вызвать сочувствие, бесценное для участия в домашней жизни»  M. Seymour. Mary Shelley. London, 2000.
Перевод Александры Баженовой-Сорокиной..

Шелли был невероятно харизматичным, собирал вокруг себя поклонников и поклонниц. Некоторые из них (например, Эдвард Трелони) даже после его смерти считали Мэри плохой женой, которая делала несчастным и мучила гения своей холодностью, истериками и плохим здоровьем. Учитывая, что именно благодаря Мэри Шелли и ее огромным стараниям по сбору и архи­ви­рованию творчества Шелли (издавать его творчество сама она не могла из-за запрета отца Шелли), поэт стал классиком, эти обвинения, продолжавшиеся и годы спустя, звучат особенно несправедливо.

Легенда 5. Придумала монстра Франкенштейна на спор

Вердикт: это не совсем правда.

Активная работа над книгой «Франкенштейн, или Современный Прометей» началась в 1816 году на вилле Диодати в Швейцарии, где Мэри, Перси Биши Шелли, Клэр Клермонт, Джордж Гордон Байрон и его личный врач, молодой Джон Полидори, планировали прекрасно провести лето. Их планы нарушили неслыханные природные катаклизмы, как мы знаем сегодня, связанные с извержением вулкана Тамбора в 1815 году. Из-за огромного облака пыли лето в Швейцарии выдалось холодным и дождливым, гулять получалось совсем мало. В итоге компания развлекала себя чтением и историями. Читали, в частности, немецкие готические рассказы во французском переводе (скорее всего, речь шла о сборнике «Фантасмагориана» 1812 года) и в один из дней решили написать на спор собственные готические рассказы о монстрах. С этого пари в тот же день или в ближайшие дни (участники событий расходятся в своих воспоминаниях) началась работа над историей о безумном ученом и его нелюбимом творении. Однако задумка романа формировалась у Мэри давно. Она интересовалась наукой и исследованиями электрических импульсов. Во время путешествия по Германии в 1815 году она могла узнать историю ученого-алхимика Иоганна Конрада Диппеля, жившего в замке Франкенштайн. Диппель был обвинен в еретичестве, в частности, он создал и продавал масло, которое якобы обладало свойствами эликсира бессмертия.

Мэри Шелли интересовалась наукой всю жизнь, а в 1831 году, при переиздании «Франкенштейна», напрямую цитировала ученого, аболициониста и масона Эразмуса Дарвина, деда еще более знаменитого ученого Чарльза Дарвина. Однако больше всего ее интересовали теории Алессандро Вольты и Луиджи Гальвани, а именно гальванизм, возможность оживления материи с помощью электричества. В свою очередь, есть версия, что «Франкенштейн» повлиял на Чарльза Дарвина и эволюционную теорию.

Легенда 6. Настоящий автор «Франкенштейна» — Перси Биши Шелли

Вердикт: это неправда.

Первое издание «Франкенштейна» увидело свет в 1818 году. Тираж в 500 экзем­пляров был опубликован анонимно, как тогда делали часто. Первые издания многих произведений Шелли, Байрона, поэтов и философов их круга печата­лись без указания авторства, чтобы не привлекать лишнее внимание властей к романтикам, которые слишком вольно обходились в своих текстах с рели­гиоз­ными и мораль­ными нормами времени. Хотя ознакомиться с книгой мог лишь узкий круг читателей, этот круг был заинтересован и заинтригован, и по косвенным признакам многие решили, что готический роман принад­лежит перу Перси Биши Шелли. Друзья четы Шелли и Уильям Годвин знали о работе над романом и ждали его выхода, у них не было сомнений в авторстве книги, более того, сам поэт хвалил жену в письмах друзьям. Через несколько лет, после второго издания книги (которое вышло в 1821 году и которым Перси Биши Шелли очень гордился) и успешной постановки «Франкенштейна» в театре, Мэри, которой свекр запретил использовать фамилию мужа, смогла подписывать свои статьи и произведения как «Создательница „Франкен­штейна“». Начиная с 1823 года пьесы по мотивам романа ставились в разных театрах Лондона (только в 1823 году пьеса «Презумпция, или Судьба Франкенштейна» была сыграна 37 раз), а позже и в других городах Европы, но каждая следующая адаптация все дальше отходила от сюжета и посыла оригинала. Что не менее важно, автор­ское право того времени работало таким образом, что Мэри Шелли не получала денег с постановок. Тем нее менее произведение ее прославило, и это было важно. В 1831 году Мэри Шелли значительно переработала первое издание (1818 года) и выпустила роман с большим предисловием, в котором она рассказала о процессе работы над книгой. Частично писательница изменила свой рассказ о лете на вилле Диодати — при жизни Шелли, в 1820-е, она описывала это время по-другому.

Однако же неоднократно, как в начале писательской карьеры Мэри Шелли, так и после ее смерти, критики высказывали сомнения в том, что такое великое про­из­ведение могло быть написано женщиной, причем очень юной: в 1816 году, когда Мэри закончила работу над романом, ей было 18 лет. За ХХ и начало XXI века было опубликовано достаточно статей и даже специальных изданий «Франкенштейна», спорящих об авторстве романа. Есть исследо­ватели, которые уверены, что хотя фактически книгу написала Мэри, Перси так активно работал над этим текстом, что его нужно указывать как соавтора. Эта теория опровергается просмотром сохранившихся рукописей. По мнению исследовательницы творчества Мэри Шелли Энн К. Меллор, только сексизм может заставить сомневаться в том, что Мэри Шелли написала книгу само­стоятельно. Перси Биши Шелли был не соавтором, а редактором. Супруги много работали над своими произведениями вместе, и это было известно.

К тому же важную роль в создании образа монстра Франкенштейна играли и события в жизни самой Мэри, среди которых смерть ее матери в результате осложнений от родов, в которой девушка винила себя, и смерть ее первой дочери Клары, погибшей спустя две недели после рождения. Она чувствовала вину, ощущала себя монстром, губящим окружающих. В письмах Перси Биши Шелли мы не встретим ничего подобного.

Наконец, в 2022 году был проведен стилометрический анализ рукописи «Франкенштейна», итогом которого стало следующее заключение:

«Основываясь на проведенном анализе, мы нашли максималально обоснованные доказательства тому, что Мэри Шелли действительно является настоящим автором „Франкенштейна“, и находим очень маловероятным то, что Перси Биши Шелли играл большую роль в создании этого текста»  Digital Scholarship in the Humanities, Volume 38, Issue 2, June 2023..

Легенда 7. Кроме «Франкенштейна» Мэри Шелли не написала ничего значительного

Вердикт: это неправда.

Хотя Мэри Шелли вошла в историю как создательница одного великого романа, она писала всю жизнь, и несколько ее произведений пользовались настоящим успехом. Более того, они до сих пор публикуются, переводятся и постепенно занимают место в европейском литературном каноне XIX века. 

Среди ее книг можно выделить как минимум четыре. Во-первых, написанный еще при жизни Перси Биши Шелли, но изданный позже исторический роман «Вальперга». Мэри Шелли несколько лет прожила в Италии, хорошо говорила по-итальянски, увлекалась историей и исторической литературой. С одной стороны, Катуллом, с другой — новейшим тогда жанром исторической прозы и его главной звездой Вальтером Скоттом. В 1823 году она написала роман, в котором чувствует связь как со скоттовской традицией, так и с «Потерянным раем» Мильтона. Это роман о прекрасном итальянском замке Вальперга, о превращающемся в тирана лорде Каструччо и двух прекрасных женщинах. После смерти писательницы роман был забыт, но в конце ХХ века снова стал объектом интереса критиков и историков литературы.

Вслед за покойной матерью Мэри Уолстонкрафт Мэри Шелли дважды обраща­лась к жанру путевого очерка (предтеча современного тревелога). Первый она написала в соавторстве с Перси Биши Шелли, второй — много лет спустя после его смерти. «История шестинедельной поездки по некоторым областям Франции, Швейцарии, Германии и Голландии» (1817) была основана на двух поездках Мэри и Перси Биши Шелли с Клэр Клермонт — в 1814 и 1816 годах. Произведение состоит из дневниковых заметок, писем и поэмы Перси Биши Шелли «Монблан». Документальная часть принадлежит перу Мэри и Перси Биши, но собирала и редактировала текст именно Мэри. В 1840 году она заново отредактировала очерк и добавила его в новое собрание сочинений покойного супруга, над которым активно работала. В этой книге очевидна важность политического контекста, присутствуют отсылки к годвиновским теориям об устройстве государства. Хотя книга очень плохо продавалась, критические отзывы на «Историю шестинедельной поездки» были хорошими. Как и боль­шинство других произведений Шелли, «История» была забыта, исследователи вернулись к ней в 1970-е годы и стали осмыслять ее в фемини­стском ключе. На данный момент книга входит в канон произведений Мэри Шелли.

Самым знаменитым текстом Мэри Шелли после «Франкенштейна» стал роман «Последний человек» — одно из первых литературных произведений, посвя­щенных концу света и жизни после него, предтеча жанра постапокалипсис. В нем помимо фантастического сюжета важную роль играют человеческие отношения, столкновение мировоззрений центральных персонажей, в которых современники Мэри Шелли с легкостью обнаруживали саму писательницу, ее покойного мужа и лорда Байрона.

Наконец, последний роман Мэри Шелли, «Фолкнер», был написан в 1837 году. Сегодня его признают как вершину ее творчества, так считала и сама писатель­ница. В этой книге она развивает те идеи и мотивы, к которые обращалась в более ранних произведениях. В первую очередь это отношения отцов и дочерей — тема, отчасти связанная с ее собственной биографией, отчасти — с идеями о женском образовании и социализации, всю жизнь занимавшими Мэри.

Легенда 8. Всю жизнь она оставалась в тени своего мужа

Вердикт: не совсем ложь, не совсем правда. 

При жизни Мэри Шелли точно воспринимали как самостоятельную писа­тельницу. Куда больше людей читали и смотрели «Франкенштейна», чем читали поэмы Перси Биши Шелли. Однако уже после ее смерти, в Викто­рианскую эпоху, случилась переоценка ее фигуры, и о ней стали говорить и писать как о «вдове гения». 

Мэри Шелли жила жизнью гораздо более независимой, чем большинство женщин ее времени. Она переписывала набело произведения Шелли и Байрона, иногда переводила, активно занималась творчеством, причем именно как про­фес­сиональная писательница. Она зарабатывала писательством на жизнь себе и сыну, помогала отцу. После смерти Перси Биши Шелли выяснилось, что он не застраховал свою жизнь и не оставил завещание, так что Мэри получила лишь небольшую сумму денег за содержимое лодки «Дон Жуан», на которой погиб ее муж. Лорд Байрон начал переговоры с отцом покойного о жаловании для Мэри Шелли и выяснил, что отец погибшего не желает платить женщине, разрушившей брак его сына и приведшей юношу к беде. В итоге он назначил вдове маленькое жалование, но в виде займа, который она должна была вернуть семье с процентами. Издание произведений Перси Биши, а также использо­вание фамилии Шелли были запрещены под страхом прекращения выплат. Этот запрет не помешал писательнице опубликовать большую часть произве­дений покойного мужа со своими примечаниями и дополнениями. Из них в первую очередь и вышел канонический корпус текстов писателя. Именно ее стараниями Шелли открыло новое поколение читателей и писателей. По сути, именно благодаря Мэри Шелли фигура ее покойного мужа не была забыла в 1830–40-е годы. Многие ругали ее за то, что в переизданиях трудов Шелли она порой редактировала тексты так, что политические высказывания мужа выглядели гораздо менее радикальными. Кто-то из его поклонников считал это предательством.

Сама она помимо важных лично для нее творческих задач стала с прилежанием и серьезностью работать над биографиями других людей. В 1830-е она в первую очередь зарабатывала биографическими статьями для научно-популярных подарочных изданий «Кабинетной энциклопедии» Дионисия Ларднера. Это приносило гораздо больше денег, чем амбициозные проекты вроде «Послед­него человека» и «Фолкнера». И хотя никто не причислял энциклопедические статьи к высокой литературе, современники и исследователи ценили их как очень качественные образцы жанра.

Легенда 9. Хранила волосы мертвых детей сердце мужа в письменном столе

Вердикт: это правда.

Однако для XIX века эта ситуация выглядела не такой уж экзотичной. Локоны волос были одним из вариантов подарка на память, которым обменивались близкие друзья, возлюбленные и члены семьи. Хранить локоны волос умерших было сродни хранению фотографий. У Мэри Шелли было не так много локо­нов: ее детей, ее матери, Перси Биши Шелли и Байрона.

А вокруг сердца Шелли (или того, что было похоже на сердце) разыгралась настоящая драма. Перси Биши погиб летом 1822 года. 8 июля он, его друг Эдвард Уильямс и мальчик-помощник отправились из Ливорно, где встре­чались с Ли Хантом и Байроном по поводу запуска нового журнала The Liberal, к дому Шелли в Леричи. Трое мужчин плыли на новой лодке «Дон Жуан». Они не вернулись вовремя, и вскоре стало понятно, что произошло несчастье. Возможно, лодка, специально построенная для Шелли в Генуе, имела дефекты, возможно, дело было в ужасной погоде и том, что никто из мужчин не был опытным моряком, так или иначе все трое погибли. Их тела нашли только спустя несколько дней, они успели деформироваться. По итальянскому закону их нельзя было перевозить и хоронить на кладбище из-за санитарных норм. Тела нужно было закопать прямо на берегу, однако друзья Шелли решили устроить ему похороны, достойные поэта-атеиста, ставшего культовым в узких кругах. На берегу развели погре­бальный костер, а когда он догорел, присут­ствовавшие Эдвард Трелони и Ли Хант и лорд Байрон попытались достать останки, которые хотели сохранить. Им удалось забрать челюсть Шелли, которая в 1913 году была передана в дом-музей Шелли и Китса в Риме. Трелони удалось также достать из пепла несгоревшую часть органа — это было либо сердце Шелли, как решили почитатели, либо часть его печени. Этот артефакт у Ханта попросила Мэри. Он сначала отказался выдавать вдове меморабилию, но в итоге согласился. Несмотря на многолетнее знаком­ство, в дальнейшем он вел себя с Мэри Шелли неоднозначно. Так, Джордж Гордон Байрон передал ему деньги, на которые после трагедии Мэри с сыном Перси могла бы добраться из Италии в Англию, в дом отца. Эти деньги Хант оставил себе, ничего не сказав вдове.

Легенда 10. У нее был роман с Вашингтоном Ирвингом и Проспером Мериме

Вердикт: это неправда.

Слухи об отношениях Мэри Шелли с ее знаменитыми современниками ходили постоянно. Например, о предполагаемом романе с Вашингтоном Ирвингом известно благодаря истории неудачных попыток Джона Говарда Пейна, друга Ирвинга, начать отношения с писательницей. Шелли дружески отклонила его ухаживания и несколько раз в переписке отмечала, как сильно восхищается Ирвингом. Пейн решил, что Мэри Шелли влюблена в американского писателя, и представил другу всю переписку с Мэри, прочтя которую Ирвинг отказался от дальнейшего общения с восхищавшейся им женщиной. К этому любовному треугольнику неоднократно обращались ученые, ему посвящена целая книга, но все последние исследования говорят о том, что Шелли и Ирвинг, которые виделись несколько раз в жизни, точно не состояли в романтических отноше­ниях, хотя, возможно, Мэри Шелли и желала бы если не любви, то дружбы.

В 1828 году Мэри Шелли приехала в Париж, где общалась со многими знаме­нитыми писателями и деятелями искусства. Среди них был и Проспер Мериме, с которым она подружилась и поддерживала многолетнюю переписку. Однако назвать это общение настоящим романом трудно. 

В целом можно говорить о том, что для Мэри Шелли всю жизнь было важно общение и интеллектуальная связь с окружавшими ее людьми, она увлекалась харизматичными личностями, вела активную переписку и серьезно относилась к дружбе и любви. Многие детали ее биографии мы знаем именно благодаря тому, что она поддерживала многолетние отношения с друзьями в Англии, Франции, Италии, Греции и не только.