Антропология

Чтение на 15 минут: «Прозревая будущее. Краткая история предсказаний»

В «Новом литературном обозрении» вышла книга Мартина ван Кревельда «Прозревая будущее. Краткая история предсказаний» в переводе Дарьи Панайотти — о древних ритуалах общения с мертвыми, некромантии в «Одиссее» и придворных колдунах, предсказывающих будущее. Arzamas публикует отрывок

Со стародавних времен одним из самых распространенных методов прозрения в будущее было общение с людьми на смертном одре и с умершими. В основе идеи некромантии (от греч. nekros, «мертвый», и manteia, «гадание») лежало представление, что люди, принадлежащие к двум перечисленным категориям, либо подходят к определенному рубежу, либо уже пересекли его; в любом случае им известно больше, чем простым смертным. 

В Книге Бытия 147-летний старец Иаков, лежащий на смертном одре, говорит следующее:

«Соберитесь, и я возвещу вам, что будет с вами в грядущие дни; сойдитесь и послушайте, сыны Иакова, послушайте Израиля, отца вашего» (Быт. 49:1–2).

Но, должно быть, старец разочаровал своих слушателей, потому что его речь была скорее благословением, нежели предсказанием и не содержала никаких подробностей относительно будущего кого-либо из присутствующих. Однако традиция «публичных последних слов», в которых предрекается будущее, жива до сих пор. Интернет полнится примерами такого рода, выдуманными или реальными  См., например: Dying Words: The Last Words Spoken by Famous People at Death, or Shortly Before (дата обращения: 28.10.2021).

Самый ранний случай некромантии описан в уже упомянутом «Эпосе о Гильгамеше» примерно в 2100-х годах до н. э.  Два следующих абзаца основаны на информации, приводящейся в статье: I. L. Finkel. Necromancy in Ancient Mesopotamia // Archiv für Orientforschung. Vol. 29–30. 1983–1984.. Нергал (он также упоми­нается в Библии, в 4-й Книге Царств, 17:30), бог солнца и подземного мира, заставляет мертвого Энкиду подняться из отверстия в земле «подобно дуно­вению ветра» и говорить со скорбящим героем. В магической литературе Месопотамии на протяжении последующих двух тысячелетий, вплоть до ново­ассирийского периода (ок. 900–600 до н. э.), встречается еще множество рассказов о встречах с обитателями загробного мира. В одной таблице, сохра­нившейся с тех давних времен, говорится о «мертвой королеве», которая славится своей «правдивостью». Она, по всей видимости, обещает принцу, вероятно своему сыну, что его потомки будут «править Ассирией».

Энкиду, друг Гильгамеша. Ур, 2027–1763 годы до н. э. المتحف العراقي (Музей Ирака)

Из табличек также можно сделать вывод, что общение с умершими считалось опасным. Если ритуал совершал несведущий и неосторожный человек, все участники могли погибнуть. В нововавилонских письмах, которые хранятся в Британском музее, можно найти его описания. Прежде всего, понадобится череп. Затем следует покрошить затхлую древесину и свежие листья евфрат­ского тополя в воду, масло, пиво и вино; перемолоть и просеять змеиную слизь, львиный жир, мясо краба, белый мед, лягушку, собачий волос, кошку и лису, щетинки хамелеона, щетинки красной ящерицы, левое крылышко кузнечика и костный мозг гуся. Перемешать это с вином, водой, молоком и растением amhara. Получившуюся жижу нужно намазать на веки. Затем наступает время произнести трижды магическую фразу: «Я призываю тебя, Череп черепов: Да ответит мне тот, кто пребывает внутри черепа». 

Несмотря на опасность, которую навлекали на себя все занимающиеся некромантией, она распространилась из Месопотамии по всему Древнему Ближнему Востоку  Об этом см.: B. J. Collins. Necromancy, Fertility and the Dark Earth: The Use of Ritual Pits in Hittite Cult // Magic and Ritual in the Ancient World. Leiden, 2002. . В одном тексте сообщается, что хетты заставляли мертвых говорить, вырывая яму и совершая жертвоприношения. Затем следовало произнести заклинание:

«Дух велик. Дух велик. Чей дух велик? Бессмертный дух велик. Каким путем он идет? Он идет великим путем. Он идет невидимым путем».

С некромантией были знакомы и другие народы, включая население городов Эбла, Угарит и Мари (все располагались на территории современной Сирии), а также жителей Ханаана до его завоевания Израилем  Об этом см.: B. B. Schmidt. Israel’s Beneficent Dead: Ancestor Cult and Necromancy in Ancient Israelite Religion and Tradition. Tübingen, 1994. 

Как это часто случалось, единственным исключением были евреи: в Пяти­книжии некромантия ясно запрещена (Втор. 18:1; Лев. 19:31). Неизвестно, что стало тому причиной: может, то, что ритуалы вызова мертвых были иностран­ного происхождения, или то, что они предполагали поклонение предкам, а не Яхве, или то, что они противоречили законам ритуальной чистоты, прописанным в Книге Левита, или то, что в их силу не верили  Об этой и других трактовках см.: H. E. Mendez. Condemnations of Necromancy in the Hebrew Bible: An Investigation of Rationale. MA dissertation. University of Georgia, 2009.. В Книге Екклесиаста говорится: «Мертвые ничего не знают» (9:5). Исаия предрекает: «И дух Египта изнеможет в нем, и разрушу совет его, и прибегнут они к идолам и к чародеям, и к вызывающим мертвых и к гадателям» (19:3). Иными словами, обращение к некромантии воспринималось как признак слабости и заблужде­ния. По части предсказания будущего она не считалась действенной и не могла помочь тем глупцам, которые занимались ею. 

И все же существуют разрозненные свидетельства того, что евреи практи­ко­вали некромантию (Исх. 22:1; Ис. 8:19). В Талмуде поясняется, что некромант — это «тот, кто берет человеческий череп и воскуряет ему [благовония], и воро­жит с ним до тех пор, пока не послышится, словно голос исходит у него из подмышки — чрезвычайно низкий — и отвечает ему»  Мишна Санхедрин 7, где говорится о наказаниях за различные преступления.. В другом месте рассказывается о том, что Халев, один из разведчиков, посланных Моисеем, чтобы осмотреть Ханаан, посетил Хеврон и Пещеру Патриархов (Числ. 13:22). Следующие поколения раввинов, силясь защитить репутацию Халева, утвер­ждали, что он не советовался с захороненными там праотцами  M. Ben-Chaim. Consulting the Dead. Accessed 28 March 2019.. Существует и история о римлянине по имени Онкелос; возможно, это был Аквила Синоп­ский, племянник императора Адриана, который жил в начале II века. Онкелос думал о том, чтобы обратиться в иудаизм. Из жажды знаний и любопытства он успешно поднял несколько людей из мертвых, в том числе Иешуа (Иисуса), с которым у него состоялась такая беседа: 

«[Онкелос] вызвал [тень] Иешу и спросил его: кого почитают больше всех в этом мире? [Тот] ответил: Израиль. — Нужно ли мне присоеди­ниться к нему? [Тот] ответил: ищи им добра, не ищи зла, „ибо касаю­щийся их касается зеницы ока Его“. Он спросил его: в чем состоит твое наказание? [Тот] ответил: я варюсь в кипящем кале (2в. Вав. Гиттин, 566–57а)  Цит. по: Иисус Христос в документах истории. Составление, статья и комментарии Б. Г. Деревенского. СПб., 2001.». 

В истории литературы нет более драматического описания вызова мертвых, чем сцена из 1-й Книги Царств. Она настолько хороша, что стоит ее привести здесь полностью: 

«Тогда Саул сказал слугам своим: сыщите мне женщину волшебницу, и я пойду к ней и спрошу ее. И отвечали ему слуги его: здесь в Аэндоре есть женщина волшебница. И снял с себя Саул одежды свои и надел другие, и пошел сам и два человека с ним, и пришли они к женщине ночью. И сказал ей Саул: прошу тебя, поворожи мне и выведи мне, о ком я скажу тебе. Но женщина отвечала ему: ты знаешь, что сделал Саул, как выгнал он из страны волшебников и гадателей; для чего же ты расставляешь сеть душе моей на погибель мне? И поклялся ей Саул Господом, говоря: жив Господь! не будет тебе беды за это дело. Тогда женщина спросила: кого же вывесть тебе? И отвечал он: Самуила выведи мне. И увидела женщина Самуила и громко вскрикнула; и обратилась женщина к Саулу, говоря: зачем ты обманул меня? ты — Саул. 

И сказал ей царь: не бойся; что ты видишь? И отвечала женщина: вижу как бы бога, выходящего из земли. Какой он видом? — спросил у нее Саул. Она сказала: выходит из земли муж престарелый, одетый в длин­ную одежду. Тогда узнал Саул, что это Самуил, и пал лицем на землю и поклонился. И сказал Самуил Саулу: для чего ты тревожишь меня, чтобы я вышел? И отвечал Саул: тяжело мне очень; Филистимляне воюют против меня, а Бог отступил от меня и более не отвечает мне ни чрез пророков, ни во сне; потому я вызвал тебя, чтобы ты научил меня, что мне делать. И сказал Самуил: для чего же ты спрашиваешь меня, когда Господь отступил от тебя и сделался врагом твоим? Господь сделает то, что говорил чрез меня; отнимет Господь царство из рук твоих и отдаст его ближнему твоему, Давиду. Так как ты не послушал гласа Господня и не выполнил ярости гнева Его на Амалика, то Господь и делает это над тобою ныне. И предаст Господь Израиля вместе с тобою в руки Филистимлян: завтра ты и сыны твои будете со мною, и стан Израильский предаст Господь в руки Филистимлян. Тогда Саул вдруг пал всем телом своим на землю, ибо сильно испугался слов Самуила; притом и силы не стало в нем, ибо он не ел хлеба весь тот день и всю ночь». (1-я Цар. 28:7–20)

Женщине и слугам Саула пришлось долго уговаривать его, прежде чем он сдвинулся с места (28:23). 

Волшебница из Аэндора, Саул и Самуил. Гравюра из Sadducismus Triumphatus Джозефа Гленвилла. 1681 год Southern Methodist University

Для древних греков и, вслед за ними, римлян Ближний Восток оставался краем «магов и некромантов»  Страбон говорит о почете к прорицателям и, приводя в пример разные народы Ближнего Востока, упоминает персов с их магами и некромантами. (так называл его географ Страбон, 64/63 до н. э. — 24 н. э.)  См.: Страбон. География в 17 книгах [1964]. Кн. XVI. II 39. М., 1994.. Возможно, поэтому в пьесе Эсхила «Персы» призрак Дария предрекает поражение своего сына Ксеркса при Платеях  Эсхил. Персы / Пер. В. Иванова // Эсхил. Трагедии. М., 1989.. Некромантия распространялась на запад, и, хотя некоторые ее элементы изменялись, другие оставались неиз­менными. Например, в одном из самых ранних известных греческой культуре примеров подобных практик Одиссей по совету Цирцеи спускается в подзем­ное царство, чтобы узнать, попадет ли он домой. Сначала он плывет к кимме­рийцам, в чьих землях царит «ночь безотрадная»  Гомер. Одиссея. Песнь XI. М., 1984. . Вырывает яму, подносит возлияния мертвым — мед и молоко, затем вино и воду — и пересыпает все ячменной мукой. После молитвы богам появляется уже упомянутый нами Тиресий (который и после смерти продолжал пользоваться своим пророческим даром). Одиссей приносит в жертву двух овец и проливает их кровь в выры­тую яму. Отовсюду слетаются души умерших, некоторые из них знакомы с героем. Среди них и Тиресий, который рассказывает Одиссею все, что тот хочет знать о будущем. 

Комментатор «Одиссеи» поясняет основной принцип некромантии.

«Верят, что после разложения тела душа каким-то образом сохраняет опыт и знания о мире, знание, которое не обременено телесностью и чище, чем у тех, кто обладает и душой, и телом»  Цит. по: D. Ogden. Greek and Roman Necromancy. ‎ Princeton, 2004..

Вскоре после того, как подземное царство посетил Одиссей, туда наведался Эней  См.: Вергилий. Энеида. Кн. VI. М., 1979. . Ведомый своим покойным отцом Анхизом, Эней встречает множество героев будущего, в том числе собственного сына Сильвия (который, по легенде, станет царем Альба-Лонги, города, предшествующего Риму), а также Ромула, «Сципионов, как молния грозных, / Призванных гибель нести Карфагену»  Там же. , Катона, Гракхов, Цезаря и Марцелла. Заглядывая вперед на целое тысячелетие, Эней узнает даже о золотом веке в правление Августа. Именно в этом месте эпоса появляется знаменитое пророчество о том, что Рим будет править миром: 

Смогут другие создать изваянья живые из бронзы,
Или обличье мужей повторить во мраморе лучше,
Тяжбы лучше вести и движенья неба искусней
Вычислят иль назовут восходящие звезды, — не спорю:
Римлянин! Ты научись народами править державно —
В этом искусство твое! — налагать условия мира,
Милость покорным являть и смирять войною надменных!  Там же. 

Эней в подземном царстве. Иллюстрация Фрэнка Папе из книги «Half a Hundred Hero Tales of Ulysses and the Men of Old». Нью-Йорк, 1913 годUniversity of California Libraries

В древнеримской литературе содержится множество упоминаний некро­мантии. Плутарх рассказывает, что спартанский генерал Павсаний вслед за победой над персами в 479 году до н. э. так возгордился, что велел прислать к нему «свободную девушку» по имени Клеоника («Звенящая победа»), чтобы обесчестить ее. Однако, когда она пришла, в результате путаницы Павсаний случайно заколол ее. С тех пор ее призрак начал преследовать его, изрекая: «Необузданность гибельна мужу». Тщетно пытаясь скрыться от призрака, Павсаний бежал в Гераклею Понтийскую на Черном море и обратился в мест­ный psychopompeion, «прорицалище мертвых». Он предложил традиционные жертвы и возлияния, чтобы вызвать дух девушки. Она явилась ему и сказала, что Павсаний избавится от всех напастей, вернувшись в Спарту. Сразу же по возвращении полководец умер  Плутарх. Сравнительные жизнеописания. Т. I. Кимон, 6.

Помимо Гераклеи существовали и другие крупные прорицалища, в которые люди обращались, чтобы посоветоваться с мертвыми: озеро Аверно в Кампа­нии (его посещал Эней), мыс Тенарон на Мани (средний «палец» Пелопоннеса) и река Ахерон в равнине Эпир. Во всех этих местах проводились раскопки. Наиболее важными были исследования в Ахероне, благодаря которым стало известно о целом храмовом комплексе, оснащенном специальной машинерией для имитации призраков и производства специальных акустических эффектов. Так, по крайней мере, полагают археологи, участвовавшие в работе  См.: S. I. Dakaris. The Acheron Necromancy Excavation // Greek Archaeological Society Records. Athens, 1964.. Посе­тители храмового комплекса должны были несколько дней ждать визита и поститься — только после этого им позволяли посетить главное здание, где под руководством служителей храма они осуществляли сложный ритуал, встречались с духами мертвых и получали ответы на свои вопросы.

Некроманты также часто совершали свои ритуалы в гробницах, на полях брани, в пещерах и на озерах, расположенных возле вулканических кратеров в Италии и Испании. Существовали также профессиональные psychagogoi, «предводители душ». В поисках новых клиентов они кочевали. Среди них выделялись engastrimythoi, в буквальном переводе — «говорящие утробой». Некоторые некроманты добивались высокого положения в обществе, других же презирали как торгашей. 

Вслед за «Одиссеей» и «Энеидой» о некромантии так или иначе рассказывают и другие произведения древнегреческой и римской литературы  Об этом см.: N. W. Slater. Posthumous Parleys: Chatting up the Dead in the Ancient Novels // The Greek and the Roman Novel: Parallel Readings. Eelde, 2007. . В «Фарса­лии» Марка Аннея Лукана (ок. 61–65 н. э.) Секст Помпей посещает ведьму Эрихто, чтобы узнать, чем завершится предстоящая битва между его отцом Помпеем и Юлием Цезарем. 

«Вот, наконец, она выбрала труп, ему горло проткнула
И, привязав ко крюку веревку с мертвою петлей,
Жалкое тело бойца по скалам и острым каменьям
Тащит…»  Марк Анней Лукан. Фарсалия, или поэма о гражданской войне. Книга VI. М., 1993.

Затем Эрихто готовит из разнообразных мерзких ингредиентов лосьон и протирает им труп, отчего свернувшаяся кровь согревается, трепещут в холодной груди легкие, «онемевшие недра» наполняются жизнью, напрягаются мышцы, и труп «не постепенно встает: земля его вдруг оттолкнула» и открывает глаза. Ужасным голосом, проникающим даже в Тартар (ад), она требует ответить на ее вопросы о будущем. Узнав, что битва будет проиграна, а Секст и его сподвижники убиты, она позволяет оживленному юноше вновь пасть  Там же. .

Секст Помпей совещается с Эрихто перед битвой при Фарсале. Картина Джона Гамильтона Мортимера. До 1779 года Christie’s

Еще одно упоминание встречаем в «Эфиопике» Гелиодора из Эмесы, написан­ной, вероятно, в III веке н. э. Два путника встречают старуху, чей сын погиб в битве персов с египтянами. Тайно проследив за ней, они понимают, что она собирается оживить его труп и спросить о судьбе другого сына. Убедившись, что за ней никто не следит, она вырывает яму и разжигает перед ней огонь. Гелиодор пишет: 

«Затем она зажгла костры по обе стороны и положила между ними труп сына, взяла со стоящего рядом треножника глиняную чашу и налила в яму меду. И тотчас же совершила возлияние из другой чаши молоком, а из третьей вином. После этого она бросила в яму печенье на сале, вылеп­ленное наподобие человека, увенчав его сначала лавром и укро­пом. Наконец она схватила меч, беснуясь как одержимая, долго моли­лась, обратившись к луне, на варварском и чуждом для слуха языке, затем, взрезав себе руку, вытерла кровь веткою лавра и окропила костер. Совершив еще многое другое, она наклонилась над трупом сына и, напевая ему что-то на ухо, разбудила и заставила его тотчас встать при помощи своих чар»  Гелиодор. Эфиопика. Античный роман. Кн. VI, 14. М., 2001. .

При помощи такого немудреного ритуала старуха заставляет труп рассказать о судьбе его брата — но узнает лишь, что не только он, но и сама она сгинет на войне. Вскоре предсказание сбывается. 

<…>

Продолжая еврейскую традицию, ранние христианские авторы осуждали некромантию наряду с другими формами колдовства. Однако это не означало, что они не верили в нее. По мнению епископа Цезария Арелатского (ок. 468– 542 н. э.), некромантия была занятием демонов. Однако демоны промышляли только с Божьего согласия. Таким образом, очевидно, что некромантия была придумана Богом, чтобы испытать христиан так же, как Он испытывал Иова. Подобная осмотрительность была в порядке вещей. 

И все же только в XII столетии такая осмотрительность переросла в тревогу. Современный историк так объясняет эту перемену. До XII века некромантия вместе с другими формами колдовства была частью фольклора. Она была пережитком языческих времен и на примитивном уровне практиковалась преимущественно людьми низшего достатка. Знание о ней передавалось из уст в уста, и, поскольку мало кто относился к некромантии серьезно, она не при­влекала к себе большого внимания. Однако начиная с XII века к некромантии начали обращаться представители высших слоев общества, в том числе высшее духовенство, как, например, Геральд Камбрийский (ок. 1146 — ок. 1223)  Gerald of Wales. Giraldi Cambrensis opera. London, 1861–1891. P. 57–60.. Употребляя все свои знания, они чуть не довели до того, что некромантией начали заниматься в церкви. К XIV веку каждый уважающий себя правитель держал при дворе целую команду всевозможных заклинателей и некромантов, и папы один за другим вынуждены были с этим мириться  M. D. Bailey. From Sorcery to Witchcraft // Speculum. Vol. 76. № 4. October 2001.

Доктор Фауст. Рисунок Пола Райнера © Paul Rainer / Art.com

В булле «Super illius specula» («Под Его взглядом», 1326) папа Иоанн XXII приказывал инквизиторам использовать «все доступные средства» для преследования колдунов в целом и некромантов в частности. Но эти усилия были тщетными; к периоду Ренессанса некроманты были повсюду. Доктор Фауст в интерпретации Кристофера Марло подозревался в занятиях «некро­мантией проклятой», хотя он и не искал знаний о будущем, а воскрешал Елену Троянскую, чей лик «тысячи судов / Гнал в дальний путь» и чьи «уста всю душу исторгают»  К. Марло Трагическая история доктора Фауста. СПб., 2019.. Некромантией занимались и французский астролог Нострадамус, и его менее знаменитый британский коллега, эрудит Джон Ди. Впоследствии Ди оправдывал себя тем, что вызывал только хороших духов, а не злодеев. Со временем некромантия перестала считаться способом предсказания будущего и стала рассматриваться как одна из сфер колдовской деятельности.