Мобильное приложение
Радио Arzamas
УстановитьУстановить

История

8 вопросов о Катыни

В начале 1990-х на дачном участке рядом с поселком Медное в земле необычного синего цвета удалось найти неизвестные могилы польских военнопленных. Это только одно из серии военных преступлений, совершенных органами НКВД в 1940 году. Рассказываем историю захоронений в Катынском лесу и Медном

Общество «Мемориал» готовит издание книги памяти «Медное». В нее войдут биографии польских военнопленных, расстрелянных в Калинине и похороненных в Медном, а также документы, с помощью которых можно будет добиться реабилитации погибших.

1. Что такое «катынское преступление»

Памятник жертвам Катынского расстрела у подножия Лысой горы в Свентокшиских горах. Польша, 2005 годWikimedia Commons

«Катынское преступление» — собирательный термин, которым обозначают расстрелы 22 тысяч польских граждан, совершенные органами НКВД в 1940 году. Жертвами стали военнопленные, попавшие в Козельский, Осташков­ский и Старобельский лагеря, и заключенные нескольких советских тюрем в Западной Украине и Западной Белоруссии, арестованные на террито­риях Восточной Польши. Такое название возникло, потому что именно в Катынском лесу в 1943 году впервые нашли могилы жертв расстрелов; почти полвека исследователи не знали точно, существуют ли другие захоронения.

2. Как поляки попали в советский плен и тюрьмы

1 сентября 1939 года Германия напала на Польшу, а уже 17 сентября по дого­воренности с Германией, появив­шейся как следствие заключения пакта Моло­това — Риббентропа, Советский Союз ввел войска в Польшу, но без объявления войны: официально эта кампания называлась «освободительным походом» в Западную Украину и Западную Белоруссию.

Польский главнокомандующий Эдвард Рыдз-Смиглы не хотел воевать на два фронта и приказал армии не вступать в бой с советскими войсками, если только те не станут принуждать их к сдаче оружия. Кроме того, появились слухи, что Советский Союз ввел войска для помощи в борьбе с нацистами. Поэтому поляки почти не сопротивлялись и легко сдавались: к концу сентября около 250 тысяч польских солдат и офицеров, пограничников, служащих полиции, жандармерии, тюрем и представителей других профессий оказались в советском плену.

Солдат Красной армии конвоирует польских военнопленных. Сентябрь 1939 годаWikimedia Commons

Одновременно на оккупированных территориях Восточной Польши аресто­вывали государственных служащих, в том числе избежавших плена офицеров и полицейских, членов польских политических партий и общественных организаций, промышленников, крупных землевладельцев, коммерсантов, нарушителей границы и т. д.

3. Какая участь ждала пленных и арестованных

Пленных оказалось так много, что около половины пришлось отпустить, предварительно заставив сдать оружие. Оставшихся отправили в специально созданные лагеря военнопленных НКВД СССР, но и в них категорически не хватало места, так что в течение следующих двух месяцев значительную часть пленных отправили по домам или передали немцам по программе обмена военнопленными.

В итоге осталось около 15 тысяч польских военнопленных, отнесенных к «спецконтин­генту», — армейских офицеров, полицейских, жандармов, пограничников, служащих тюремной стражи и др. Их распределили по трем лагерям НКВД: Старобельскому, Козельскому и Осташковскому. Кроме «спецконтингента», в плену оставили 25 тысяч рядовых поляков: их содержали в трудовых лагерях для военнопленных и собирались использовать на дорожном строительстве, рудниках, шахтах и в металлургической промышлен­ности. Еще 18 тысяч  К марту 1940 года. польских граждан находились в тюрьмах, расположенных на западе Украины и Белоруссии.

В начале марта 1940 года Лаврентий Берия отправил в Центральный комитет партии записку с предложе­нием расстрелять определенные категории поль­ских граждан «исходя из того, что все они являются закоренелыми, неисправи­мыми врагами советской власти». Решение о расстреле «14 700 польских офицеров, чиновников, помещиков, полицейских, разведчиков, жандармов, осадников и тюрем­щиков» (то есть тех, кого держали в Козельском, Осташ­ковском и Старобельском лагерях) и 11 тысяч заключенных в тюрьмы «членов различных контрреволю­ционных шпионских и диверсионных организа­ций, бывших помещиков, фабрикантов, бывших польских офицеров, чиновников и перебеж­чиков» было вынесено 5 марта.

Записка Лаврентия Берии Иосифу Сталину в ЦК ВКП(б). Начало марта 1940 года Российский государственный архив социально-политической истории

Расстрелы начались в апреле, а закончились в мае: все это время Управления НКВД по Смоленской, Калининской (сейчас Тверской) и Харьковской областям принимали этапы до 500 человек и расстреливали их по мере прибытия. Параллельно НКВД занимался высылкой семей репрессированных с оккупиро­ванных территорий Восточной Польши в Казахстан. Под высшую меру наказа­ния не попали 395 пленных — их перевели в Юхновский лагерь, а потом в Грязовецкий. Позже выяснилось, что из 11 тысяч заключенных расстреляли не всех: в 1959 году председатель КГБ Шелепин сообщил Хрущеву, что 5 марта 1940 года, помимо военнопленных, были расстреляны 7305 заключенных.

4. Что случилось с выжившими

Летом 1941 года СССР и польское правительство в изгнании заключили соглашение: по нему советско-немецкие договоренности 1939 года были признаны недействительными, а советско-польские дипломатические отношения восстановлены. Стороны договорились об освобождении всех польских граждан, так или иначе находившихся в неволе в СССР — военно­пленных, арестованных, осужденных или живущих в спецпоселениях (всего около 390 тысяч человек), — и о создании польской армии для участия в войне против Германии.

14 августа началась организация польской армии, которую планировали формировать из амнисти­рованных поляков. Ее командующим назначили Владислава Андерса, находившегося во внутрен­ней тюрьме НКВД на Лубянке. Однако во время формирования частей обнаружилось, что тысячи офицеров не прибыли на нужные пункты. На запросы польской стороны о судьбе неприбывших советская сторона отвечала, что судьба их после амнистии неизвестна и, возможно, они сбежали из страны  К концу 1941 года в «армию Андерса» было рекрутировано около 25 тысяч человек.

5. Как стало известно о расстрелах

Член правительства Виши Фернан де Бринон (в центре) и другие официальные лица у могил опознанных польских генералов Мечислава Сморавинского и Бронислава Богатыревича, находившихся в Козельском лагере и расстрелянных в Катыни. Апрель 1943 года Das Bundesarchiv

В 1941 году немецкие войска заняли Смоленскую область, а в апреле 1943-го немцы официально объявили по радио, что нашли захоронения польских офицеров, расстрелянных советскими органами госбезопас­ности. В Катынском лесу провели эксгумацию: за два месяца удалось найти останки 4243 польских офицеров и установить личности примерно 64 % с помощью разных бумаг и документов, обнаруженных рядом с останками. После этого тела перезахоро­нили в братских могилах недалеко от места расстрела. В польских городах по громкоговори­телям зачитывали имена убитых. Результаты эксгумации опубликовали в книге «Amtliches Material zum Massenmord von Katyn», а все найденные вещи и документы немцы передали в Краковский институт судеб­ной медицины и криминалис­тики. Через год немцы вывезли большую часть документов в Германию, а накануне вступления Красной армии сожгли. Однако до этого сотрудникам института удалось спрятать несколько машино­писных копий, и кое-что сохранилось.

6. Какой была реакция советской стороны

Через два дня после официального заявления немцев об обнаружении останков польских офицеров, расстрелянных советскими властями, Совинформбюро опровергло эту информацию: якобы польские военнопленные работали на строительстве дорог к западу от Смоленска, там их захватили и расстреляли немцы, оккупировав­шие эту территорию. Тогда же, в апреле 1943 года, поль­ское правительство в изгнании обратилось в Международный комитет Крас­ного Креста с просьбой расследовать убийство польских офицеров. После этого Советский Союз разорвал отношения с правительством.

В январе 1944 года, через три с половиной месяца после освобожде­ния Смолен­ска, в СССР была создана «Специальная комиссия по установ­лению и расследо­ва­нию обстоя­тельств расстрела немецко-фашистскими захватчиками в Катын­ском лесу военнопленных польских офицеров», которую возглавил академик Николай Бурденко. Прежде чем комиссия приступила к работе, в Смоленск была отправлена группа сотрудников НКВД-НКГБ: ее члены работали со свиде­телями и подкладывали в могилы бумаги, подтверждающие, что польские офицеры были расстреляны немцами осенью 1941 года  И. С. Яжборовская, А. Ю. Яблоков, В. С. Пар­саданова. Катынский синдром в советско-польских и российско-польских отношениях. М., 2009..

26 января 1944 года в газете «Известия» опубликовали результаты расследо­вания комиссии Бурденко: польских военнопленных в Смоленской области расстреляли немцы. Советская сторона требовала, чтобы Польша признала эту версию, поэтому с санкции просоветского Временного правительства Польской Республики, сформированного после Ялтинской конференции и функциониро­вав­шего параллельно с правительством в изгнании, польские органы госбезо­пасности преследовали тех, кто подвергал советскую версию сомнению. Ее же представители СССР придерживались во время Международного военного трибунала в Нюрнберге, судившего нацистских преступников в 1945–1946 го­дах. Однако трибунал, выслушав советских обвинителей и немецких защит­ников, не признал катынский расстрел одним из преступлений нацистов и не включил его в итоговый приговор.

В марте 1959 года Никита Хрущев получил совершенно секретную записку от председателя КГБ Александра Шелепина. В ней говорилось, что в 1940 году советские органы госбезопасности расстреляли 14 552 пленных и 7305 заклю­ченных тюрем Западной Украины и Западной Белоруссии. Шелепин предлагал уничтожить учетные дела на расстрелянных, чтобы избежать «расконспи­рации проведенной операции, со всеми нежелательными для государства последст­виями», а также потому, что «для советских органов все эти дела не представ­ляют ни оперативного интереса, ни исторической ценности». Предложение было исполнено, и на протяжении еще 31 года СССР не при­знавал свою ответственность за расстрелы.

Михаил Горбачев передает Войцеху Ярузельскому копии документов о судьбах польских военнопленных. 1990 год © Портал 1922–1991

Все изменилось в апреле 1990 года, когда ТАСС опубликовал офици­альное заявление, в котором катынское преступление классифицировалось как «одно из тяжких преступлений сталинизма» и говорилось о «непосредственной ответ­ствен­ности за злодеяния в Катынском лесу Берии, Меркулова и их под­ручных». Тогда же президент Польши Войцех Ярузельский получил от Ми­хаила Горбачева списки-предписания на отправку этапов из Козельского и Осташковского лагерей и списки выбывших военнопленных Старобельского лагеря, которые в сочетании с другими документами НКВД фактически являлись списками расстрелянных военнопленных. Впрочем, на этом катын­ская история не закончилась.

7. Как связаны Катынь и Медное

После передачи документов на ряд сотрудников НКВД, включая Берию, были возбуждены уголовные дела и переданы в Главную военную прокуратуру. Так появились дело № 159 и следственная группа во главе с Александром Третец­ким, которого потом сменил Анатолий Яблоков. В 1991 году был допрошен 88-летний Дмитрий Токарев, который был начальником Управления НКВД СССР по Калининской области в 1938–1943 годах. В его рассказе всплыли новые, ранее неизвестные детали преступления, в том числе указание на еще одно потенциальное место захоронения — рядом с селом Медное.

Военнопленные из Старобельского и Осташковского лагерей считались пропав­шими: было известно только о расстрелах заключенных Козельского лагеря в Катынском лесу. После допроса Токарева следственная группа решила провести эксгумацию в районе Медного, на территории дачного участка област­ного управления КГБ. В 1991 году здесь нашли только небольшую часть могильных ям с останками польских военнопленных — остальные захоронения были обнаружены в 1995 году. Захоронения удалось найти отчасти благо­даря синему красителю из ткани польской полицейской формы, который за долгие годы сильно впитался в почву: при бурении в местах общих могил на буре оставались куски земли синего цвета. Результаты эксгумации помогли установить личности 44 человек; документы других жертв, по которым их можно было бы опознать, не сохранились. 

Благодаря архивным документам и показаниям Токарева выяснилось, что узников Осташковского лагеря расстреливали в тюрьме НКВД в Калинине (Твери), а тела отвозили в поселок Медное, где за несколько лет до этого, в годы Большого террора, закапывали расстрелян­ных. Узники Старобельского лагеря были захоронены под Харьковом в Пятихатках.

Мемориальный комплекс «Медное» в Тверской области. 2008 год © Кирилл Чаплинский / ТАСС

Первую русскоязычную публикацию исследователи готовили несколько лет, чтобы дополнить, уточнить и подготовить к первой русско­язычной публикации  На польском языке списки жертв издавались ранее, но они требовали проверки и множе­ства исправлений. имена и биографические сведения об убитых. В некоторых случаях с помощью родственников и поль­ских архивов удалось найти даже фотографии, чтобы вернуть не только имена, но и лица.

8. Чем закончилось расследование

В 1992 году Россия передала Польше документы по катынскому преступлению из президентского архива, в том числе записку Берии в Политбюро, решение Политбюро ЦК ВКП(б) от 5 марта 1940 года и записку Шелепина Хрущеву. Это означало не просто окончательное признание ответственности СССР, но и пуб­лич­ное раскрытие имен ответственных за преступления.

Однако уже в 1994 году от следователя Яблокова потребовали прекратить уголовное дело за смертью виновных. Тот закрыл дело, признав тем не менее Сталина, членов Политбюро, руководителей НКВД и исполнителей расстрелов виновными в совершении военных преступлений, преступлений против мира и человечности согласно Уставу Международного военного трибунала в Нюрн­берге. Через три дня это постановление отменили, Яблокова сняли с расследо­вания, дело же пришлось формально продолжить. Прекратили его только через 10 лет, в 2004-м, — снова за смертью виновных. Тогда же постановление о прекра­щении дела № 159 и многие его материалы засекретили, мотивируя это тем, что в ряде томов содержатся документы с грифами «секретно», «совершенно секретно» и «для служебного пользования». Кроме того, по срав­нению с 1994 годом квалификация обвинения изменилась: с 2004 года пре­ступление оценивалось как «превышение власти лица начальствующего состава РККА, имевшее тяжелые последствия при наличии особо отягчающих обстоятельств»  То есть серьезность обвинения сильно снизилась: с нарушения международного права до нарушения уголовного законода­тельства внутри страны..

Мемориальная скульптура Мирослава Бискупского в честь жертв Катынского расстрела в костеле Девы Марии, королевы Польши и гетмана польских солдат в Варшаве © Miroslaw Biskupski / Diomedia

Родственники польских пленных до сих пор не могут добиться реабилитации, ведь индивидуальных документов, в которых написано, что произошло, не сохранилось. Тем не менее большинство имен — почти 18 тысяч — извест­ны. Предполо­жительно, осталось еще 3870 безымян­ных жертв, так что работа исследователей продолжается: в 2015 году вышла книга памяти с биографиче­скими справками о 4415 военнопленных, расстрелянных в Катынском лесу, а в 2019 году планируется издание книги с биографическими справками и документами, связанными с событиями в Медном и их расследованием, и это важно в том числе для решения вопроса реабилитации погибших в будущем.

Arzamas приглашает своих читателей присоединиться к кампании по сбору средств на публикацию книги памяти «Медное». 

микрорубрики
Ежедневные короткие материалы, которые мы выпускали последние три года
Архив
Антропология

11 слов, помогающих понять норвежскую культуру

Красный уродец, всенародное шествие детей, любовь к походам и отсутствие плохой погоды