Мобильное приложение
Радио Arzamas
УстановитьУстановить

История

8 вопросов о Катыни

В начале 1990-х на дачном участке рядом с поселком Медное в земле необычного синего цвета удалось найти неизвестные могилы польских военнопленных. Это только одно из серии военных преступлений, совершенных органами НКВД в 1940 году. Рассказываем историю захоронений в Катынском лесу и Медном

Общество «Мемориал» готовит издание книги памяти «Медное». В нее войдут биографии польских военнопленных, расстрелянных в Калинине и похороненных в Медном, а также документы, с помощью которых можно будет добиться реабилитации погибших.

1. Что такое «катынское преступление»

Памятник жертвам Катынского расстрела у подножия Лысой горы в Свентокшиских горах. Польша, 2005 годWikimedia Commons

«Катынское преступление» — собирательный термин, которым обозначают расстрелы 22 тысяч польских граждан, совершенные органами НКВД в 1940 году. Жертвами стали военнопленные, попавшие в Козельский, Осташков­ский и Старобельский лагеря, и заключенные нескольких советских тюрем в Западной Украине и Западной Белоруссии, арестованные на террито­риях Восточной Польши. Такое название возникло, потому что именно в Катынском лесу в 1943 году впервые нашли могилы жертв расстрелов; почти полвека исследователи не знали точно, существуют ли другие захоронения.

2. Как поляки попали в советский плен и тюрьмы

1 сентября 1939 года Германия напала на Польшу, а уже 17 сентября по дого­воренности с Германией, появив­шейся как следствие заключения пакта Моло­това — Риббентропа, Советский Союз ввел войска в Польшу, но без объявления войны: официально эта кампания называлась «освободительным походом» в Западную Украину и Западную Белоруссию.

Польский главнокомандующий Эдвард Рыдз-Смиглы не хотел воевать на два фронта и приказал армии не вступать в бой с советскими войсками, если только те не станут принуждать их к сдаче оружия. Кроме того, появились слухи, что Советский Союз ввел войска для помощи в борьбе с нацистами. Поэтому поляки почти не сопротивлялись и легко сдавались: к концу сентября около 250 тысяч польских солдат и офицеров, пограничников, служащих полиции, жандармерии, тюрем и представителей других профессий оказались в советском плену.

Солдат Красной армии конвоирует польских военнопленных. Сентябрь 1939 годаWikimedia Commons

Одновременно на оккупированных территориях Восточной Польши аресто­вывали государственных служащих, в том числе избежавших плена офицеров и полицейских, членов польских политических партий и общественных организаций, промышленников, крупных землевладельцев, коммерсантов, нарушителей границы и т. д.

3. Какая участь ждала пленных и арестованных

Пленных оказалось так много, что около половины пришлось отпустить, предварительно заставив сдать оружие. Оставшихся отправили в специально созданные лагеря военнопленных НКВД СССР, но и в них категорически не хватало места, так что в течение следующих двух месяцев значительную часть пленных отправили по домам или передали немцам по программе обмена военнопленными.

В итоге осталось около 15 тысяч польских военнопленных, отнесенных к «спецконтин­генту», — армейских офицеров, полицейских, жандармов, пограничников, служащих тюремной стражи и др. Их распределили по трем лагерям НКВД: Старобельскому, Козельскому и Осташковскому. Кроме «спецконтингента», в плену оставили 25 тысяч рядовых поляков: их содержали в трудовых лагерях для военнопленных и собирались использовать на дорожном строительстве, рудниках, шахтах и в металлургической промышлен­ности. Еще 18 тысяч  К марту 1940 года. польских граждан находились в тюрьмах, расположенных на западе Украины и Белоруссии.

В начале марта 1940 года Лаврентий Берия отправил в Центральный комитет партии записку с предложе­нием расстрелять определенные категории поль­ских граждан «исходя из того, что все они являются закоренелыми, неисправи­мыми врагами советской власти». Решение о расстреле «14 700 польских офицеров, чиновников, помещиков, полицейских, разведчиков, жандармов, осадников и тюрем­щиков» (то есть тех, кого держали в Козельском, Осташ­ковском и Старобельском лагерях) и 11 тысяч заключенных в тюрьмы «членов различных контрреволю­ционных шпионских и диверсионных организа­ций, бывших помещиков, фабрикантов, бывших польских офицеров, чиновников и перебеж­чиков» было вынесено 5 марта.

Записка Лаврентия Берии Иосифу Сталину в ЦК ВКП(б). Начало марта 1940 года Российский государственный архив социально-политической истории

Расстрелы начались в апреле, а закончились в мае: все это время Управления НКВД по Смоленской, Калининской (сейчас Тверской) и Харьковской областям принимали этапы до 500 человек и расстреливали их по мере прибытия. Параллельно НКВД занимался высылкой семей репрессированных с оккупиро­ванных территорий Восточной Польши в Казахстан. Под высшую меру наказа­ния не попали 395 пленных — их перевели в Юхновский лагерь, а потом в Грязовецкий. Позже выяснилось, что из 11 тысяч заключенных расстреляли не всех: в 1959 году председатель КГБ Шелепин сообщил Хрущеву, что 5 марта 1940 года, помимо военнопленных, были расстреляны 7305 заключенных.

4. Что случилось с выжившими

Летом 1941 года СССР и польское правительство в изгнании заключили соглашение: по нему советско-немецкие договоренности 1939 года были признаны недействительными, а советско-польские дипломатические отношения восстановлены. Стороны договорились об освобождении всех польских граждан, так или иначе находившихся в неволе в СССР — военно­пленных, арестованных, осужденных или живущих в спецпоселениях (всего около 390 тысяч человек), — и о создании польской армии для участия в войне против Германии.

14 августа началась организация польской армии, которую планировали формировать из амнисти­рованных поляков. Ее командующим назначили Владислава Андерса, находившегося во внутрен­ней тюрьме НКВД на Лубянке. Однако во время формирования частей обнаружилось, что тысячи офицеров не прибыли на нужные пункты. На запросы польской стороны о судьбе неприбывших советская сторона отвечала, что судьба их после амнистии неизвестна и, возможно, они сбежали из страны  К концу 1941 года в «армию Андерса» было рекрутировано около 25 тысяч человек.

5. Как стало известно о расстрелах

Член правительства Виши Фернан де Бринон (в центре) и другие официальные лица у могил опознанных польских генералов Мечислава Сморавинского и Бронислава Богатыревича, находившихся в Козельском лагере и расстрелянных в Катыни. Апрель 1943 года Das Bundesarchiv

В 1941 году немецкие войска заняли Смоленскую область, а в апреле 1943-го немцы официально объявили по радио, что нашли захоронения польских офицеров, расстрелянных советскими органами госбезопас­ности. В Катынском лесу провели эксгумацию: за два месяца удалось найти останки 4243 польских офицеров и установить личности примерно 64 % с помощью разных бумаг и документов, обнаруженных рядом с останками. После этого тела перезахоро­нили в братских могилах недалеко от места расстрела. В польских городах по громкоговори­телям зачитывали имена убитых. Результаты эксгумации опубликовали в книге «Amtliches Material zum Massenmord von Katyn», а все найденные вещи и документы немцы передали в Краковский институт судеб­ной медицины и криминалис­тики. Через год немцы вывезли большую часть документов в Германию, а накануне вступления Красной армии сожгли. Однако до этого сотрудникам института удалось спрятать несколько машино­писных копий, и кое-что сохранилось.

6. Какой была реакция советской стороны

Через два дня после официального заявления немцев об обнаружении останков польских офицеров, расстрелянных советскими властями, Совинформбюро опровергло эту информацию: якобы польские военнопленные работали на строительстве дорог к западу от Смоленска, там их захватили и расстреляли немцы, оккупировав­шие эту территорию. Тогда же, в апреле 1943 года, поль­ское правительство в изгнании обратилось в Международный комитет Крас­ного Креста с просьбой расследовать убийство польских офицеров. После этого Советский Союз разорвал отношения с правительством.

В январе 1944 года, через три с половиной месяца после освобожде­ния Смолен­ска, в СССР была создана «Специальная комиссия по установ­лению и расследо­ва­нию обстоя­тельств расстрела немецко-фашистскими захватчиками в Катын­ском лесу военнопленных польских офицеров», которую возглавил академик Николай Бурденко. Прежде чем комиссия приступила к работе, в Смоленск была отправлена группа сотрудников НКВД-НКГБ: ее члены работали со свиде­телями и подкладывали в могилы бумаги, подтверждающие, что польские офицеры были расстреляны немцами осенью 1941 года  И. С. Яжборовская, А. Ю. Яблоков, В. С. Пар­саданова. Катынский синдром в советско-польских и российско-польских отношениях. М., 2009..

26 января 1944 года в газете «Известия» опубликовали результаты расследо­вания комиссии Бурденко: польских военнопленных в Смоленской области расстреляли немцы. Советская сторона требовала, чтобы Польша признала эту версию, поэтому с санкции просоветского Временного правительства Польской Республики, сформированного после Ялтинской конференции и функциониро­вав­шего параллельно с правительством в изгнании, польские органы госбезо­пасности преследовали тех, кто подвергал советскую версию сомнению. Ее же представители СССР придерживались во время Международного военного трибунала в Нюрнберге, судившего нацистских преступников в 1945–1946 го­дах. Однако трибунал, выслушав советских обвинителей и немецких защит­ников, не признал катынский расстрел одним из преступлений нацистов и не включил его в итоговый приговор.

В марте 1959 года Никита Хрущев получил совершенно секретную записку от председателя КГБ Александра Шелепина. В ней говорилось, что в 1940 году советские органы госбезопасности расстреляли 14 552 пленных и 7305 заклю­ченных тюрем Западной Украины и Западной Белоруссии. Шелепин предлагал уничтожить учетные дела на расстрелянных, чтобы избежать «расконспи­рации проведенной операции, со всеми нежелательными для государства последст­виями», а также потому, что «для советских органов все эти дела не представ­ляют ни оперативного интереса, ни исторической ценности». Предложение было исполнено, и на протяжении еще 31 года СССР не при­знавал свою ответственность за расстрелы.

Михаил Горбачев передает Войцеху Ярузельскому копии документов о судьбах польских военнопленных. 1990 год © Портал 1922–1991

Все изменилось в апреле 1990 года, когда ТАСС опубликовал офици­альное заявление, в котором катынское преступление классифицировалось как «одно из тяжких преступлений сталинизма» и говорилось о «непосредственной ответ­ствен­ности за злодеяния в Катынском лесу Берии, Меркулова и их под­ручных». Тогда же президент Польши Войцех Ярузельский получил от Ми­хаила Горбачева списки-предписания на отправку этапов из Козельского и Осташковского лагерей и списки выбывших военнопленных Старобельского лагеря, которые в сочетании с другими документами НКВД фактически являлись списками расстрелянных военнопленных. Впрочем, на этом катын­ская история не закончилась.

7. Как связаны Катынь и Медное

После передачи документов на ряд сотрудников НКВД, включая Берию, были возбуждены уголовные дела и переданы в Главную военную прокуратуру. Так появились дело № 159 и следственная группа во главе с Александром Третец­ким, которого потом сменил Анатолий Яблоков. В 1991 году был допрошен 88-летний Дмитрий Токарев, который был начальником Управления НКВД СССР по Калининской области в 1938–1943 годах. В его рассказе всплыли новые, ранее неизвестные детали преступления, в том числе указание на еще одно потенциальное место захоронения — рядом с селом Медное.

Военнопленные из Старобельского и Осташковского лагерей считались пропав­шими: было известно только о расстрелах заключенных Козельского лагеря в Катынском лесу. После допроса Токарева следственная группа решила провести эксгумацию в районе Медного, на территории дачного участка област­ного управления КГБ. В 1991 году здесь нашли только небольшую часть могильных ям с останками польских военнопленных — остальные захоронения были обнаружены в 1995 году. Захоронения удалось найти отчасти благо­даря синему красителю из ткани польской полицейской формы, который за долгие годы сильно впитался в почву: при бурении в местах общих могил на буре оставались куски земли синего цвета. Результаты эксгумации помогли установить личности 44 человек; документы других жертв, по которым их можно было бы опознать, не сохранились. 

Благодаря архивным документам и показаниям Токарева выяснилось, что узников Осташковского лагеря расстреливали в тюрьме НКВД в Калинине (Твери), а тела отвозили в поселок Медное, где за несколько лет до этого, в годы Большого террора, закапывали расстрелян­ных. Узники Старобельского лагеря были захоронены под Харьковом в Пятихатках.

Мемориальный комплекс «Медное» в Тверской области. 2008 год © Кирилл Чаплинский / ТАСС

Первую русскоязычную публикацию исследователи готовили несколько лет, чтобы дополнить, уточнить и подготовить к первой русско­язычной публикации  На польском языке списки жертв издавались ранее, но они требовали проверки и множе­ства исправлений. имена и биографические сведения об убитых. В некоторых случаях с помощью родственников и поль­ских архивов удалось найти даже фотографии, чтобы вернуть не только имена, но и лица.

8. Чем закончилось расследование

В 1992 году Россия передала Польше документы по катынскому преступлению из президентского архива, в том числе записку Берии в Политбюро, решение Политбюро ЦК ВКП(б) от 5 марта 1940 года и записку Шелепина Хрущеву. Это означало не просто окончательное признание ответственности СССР, но и пуб­лич­ное раскрытие имен ответственных за преступления.

Однако уже в 1994 году от следователя Яблокова потребовали прекратить уголовное дело за смертью виновных. Тот закрыл дело, признав тем не менее Сталина, членов Политбюро, руководителей НКВД и исполнителей расстрелов виновными в совершении военных преступлений, преступлений против мира и человечности согласно Уставу Международного военного трибунала в Нюрн­берге. Через три дня это постановление отменили, Яблокова сняли с расследо­вания, дело же пришлось формально продолжить. Прекратили его только через 10 лет, в 2004-м, — снова за смертью виновных. Тогда же постановление о прекра­щении дела № 159 и многие его материалы засекретили, мотивируя это тем, что в ряде томов содержатся документы с грифами «секретно», «совершенно секретно» и «для служебного пользования». Кроме того, по срав­нению с 1994 годом квалификация обвинения изменилась: с 2004 года пре­ступление оценивалось как «превышение власти лица начальствующего состава РККА, имевшее тяжелые последствия при наличии особо отягчающих обстоятельств»  То есть серьезность обвинения сильно снизилась: с нарушения международного права до нарушения уголовного законода­тельства внутри страны..

Мемориальная скульптура Мирослава Бискупского в честь жертв Катынского расстрела в костеле Девы Марии, королевы Польши и гетмана польских солдат в Варшаве © Miroslaw Biskupski / Diomedia

Родственники польских пленных до сих пор не могут добиться реабилитации, ведь индивидуальных документов, в которых написано, что произошло, не сохранилось. Тем не менее большинство имен — почти 18 тысяч — извест­ны. Предполо­жительно, осталось еще 3870 безымян­ных жертв, так что работа исследователей продолжается: в 2015 году вышла книга памяти с биографиче­скими справками о 4415 военнопленных, расстрелянных в Катынском лесу, а в 2019 году планируется издание книги с биографическими справками и документами, связанными с событиями в Медном и их расследованием, и это важно в том числе для решения вопроса реабилитации погибших в будущем.

Arzamas приглашает своих читателей присоединиться к кампании по сбору средств на публикацию книги памяти «Медное». 

микрорубрики
Ежедневные короткие материалы, которые мы выпускали последние три года
Архив
Искусство

10 великих британских хоров

Произведения Генделя, Таллиса, Элгара и других композиторов разных эпох