Мобильное приложение
Радио Arzamas
УстановитьУстановить

Литература, Антропология

Школьные стихи Александра Меня

В 1949–1951 годах будущий священник Александр Мень учился в московской школе № 554. В проект «Прожито» попали листки с его стихами и карикатурами, созданными в то время

В корпус личных дневников «Прожито» недавно попала рукопись Нинели Логиновой — журналиста, многолетнего автора редакционного раздела «Ли­тератур­ной газеты», посвященного семье, детям и школе. В одну из тетрадей были вложены несколько листов, написанных другим почерком. Оказалось, что это стихи одноклассника Логиновой — будущего священника Александра Меня, автора семитомной «Истории религий» и многочисленных трудов по истории христианства.

Уже в детстве у Меня были самые разные интересы: он одновременно занимал­ся в кружках по биологии и богословию, учился рисовать у художника-анима­листа Василия Ватагина и ходил в Консервато­рию. Книгу «Сын Человеческий» он придумал написать в 15 лет. Естественно, советская школа для мальчика, запоем читавшего Платона и Гегеля, казалась бессмысленной тюрь­мой, на которую зря тратится время. И закономерной данью школьной казар­менной атмосфере стали карикатуры на учителей и сатирические стихи.

Школа

Здесь каждый шаг в душе рождает
Воспоминанья прошлых дней.
Пушкин 


Друзья, как всем известно
Есть в преисподней ад
И кто туда попался
Не вылезет назад.

Но есть другого рода
Своеобразный Ад
Зовется средь народа
Он школой для ребят

В нем быть куда приятней
Ведь в том надежды нет
А здесь мученья терпишь
Всего лишь десять лет.

Я сам в таких застенках
Терпел мои друзья
О всех мытарствах этих
Поведую вам я.

Однажды повстречался
С одним я пареньком
С которым в этой школе
Был некогда знаком

Мы вспомнили как жили
Над двойками тряслись
И получив бумажку
Из школы убрались

Мы вспомнили как стоя
Качались у доски
И сердце где пару [порою]
Сжималось от тоски

Как Марья ведьма злая
Орет: пора бы знать
Ты формулу не знаешь
Спрошу тебя опять.

Звонок какое слово!
Как много в нем звучит
Как много слово это
Нам в школе говорит…

Контрольную катаем
Затею Исака
А сами повторяем:
Чтоб не было звонка!

Но тянется зеленый
Географа урок
Мы спим и тихо стонем
Скорей приди звонок.

А помнится бывало
Испортится звонок
А мы тому и рады
Чтоб сократить урок.

Но мудрый наш директор
Предотвратил беду
И нянька в коридоре
Забьет в сковороду.

Бывало Серафима
Придет в опальный класс
На первый раз простите:
Они последний раз…

Антон, как гусь заходит
И грозно рявкнув: «Встать!»
Берет журнал и, целясь,
Начнет по нам стрелять.

Вы олух! — скажет кратко
И отчеканит: «Два!!»
На место сел бедняга
Поникла голова.

Начнется перемена
Орем как ишаки
И в пыли непроглядной
Мелькают кулаки

Мы помним как депешник
Истошно нам орал
А мы в ответ «Здорово
Товарищ генерал!»

— Усы и шевелюра
Коричневый пиджак…
Одним сказать вам словом
Приходит в клас Исак

— Вы встаньте и молчите
Ужасный парень вы!
И льются вычисленья
Из лысой головы.

Из четырех квадратный
Он корень выводил,
А после с пострадавшим
Он весело шутил

Сквозь шум стрельбу и крики
Не слышим мы звонок
Не видим, что начался
Черчения урок.

И тихо Фёдр Иваныч
Средь класса предстоит
Промолвив: Жуков сядьте!
Растерянно глядит

Но Жуков даже слышать
Не хочет ничего
Танцует ухмыляясь
Вокруг стола его.

Директора на помощь
Учителя зовут
Придите будьте добры
Порявкать надо тут

Раскрылась дверь и пузо
Огромное плывет
Сперва его засунет,
а после сам войдет

Своею животиной
Хотел убить он нас
А мы как Буратино:
Здорово Карабас!!

И тут уж он вскипает
Ругается орет
И глотку разевает
Как дюжий бегемот…

...........

Всего нельзя и вспомнить
За долгие года
Но школу не забудем
Мы оба никогда.

1950 год


В дыму средь луж и спичек
Толпа учеников
Носы, зачесы скрылись
Средь белых облаков

В учительскую детям
Был вход всегда закрыт
Пройдешь — оттуда тоже
Клубами дым валит.

Задравши дружно ноги
Расселись дамы там
И курят папиросы
У окон по углам

А Нина дочь родная
Коломенской версты
Проклятья изрыгает
С гигантской высоты…

И как на переменах
На вечерах у нас
Гремел, пищал и квакал
Американский джаз

Девчата в нашу школу
Неслись на всех парах
Стиляг всегда засилье
На наших вечерах

Кричащий, яркий галстук
Подошвы пальца в два
Огромными кудрями
Покрыта голова

Не выучив уроков
Ложились мы в кровать
И будит утром рано
Будильник или мать…

И мчимся в школу вихрем
Спешим скорей сдувать.
Не спишешь будет пара,
а спишешь будет пять.

Строчим как пулеметы
Копируем, летим,
Минуты две осталось
А мы себе строчим… 

«Памяти Лукреция Кара», 1949 год«Прожито»

Памяти Лукреция Кара
(I век н.э)

И разбегаются страхи души
И расступаются стены мира
Лукреций


*
Хвалился в старости покойный Кар Лукреций
В кругу знакомых и своих друзей
Что в юности он был большой повесой
И не было его на свете веселей

*
К чему старинушка хвалится столь кичливо
Ты все же отстаешь от наших забулдых
Не куришь сигарет, не пьешь по кружкам пиво
К московской водке не привык.

*
На римских праздниках не рвал ты нашим стилем
Ужасных галстуков кричащих не носил,
А если б ты зашел в пять пять четыре
То мигом дух бедняга испустил.

*
Но все же средь друзей и шумных кликов пира
Когда ты там сидел, забвения ища
Перед тобой склонялись стены мира
И ужасы души давали стрекача.

1949 

Стихотворения «К вопросу антропогенеза» и «Штраусс»«Прожито»

К вопросу антропогенеза

Одно подобие макаки
Ученые назвали «маки»
И сделать честь им решено
Хотя и вымерли давно

В земле их кости откопали
Отцом Адама их назвали
Адам всегда себя смиряй
И тех мартышек вспоминай

Штраусс

Herr Штраусс старый удалец
Немецкой критики отец
Он называет небылицей
Речь Валаамовой ослицы

Вопрос лишь скромный возникает
Как сам он звуки извергает
Не скрою я секрет простой,
Что он сродни ослице той.

«Франсуа Вольтер в Аду»«Прожито»

Франсуа Вольтер в Аду

Дух испустил месье Вольтер
И вот заоблачный курьер
Его спускает прямо в ад
Где грешники в котлах кипят

Чертенок фартук подвязал
С улыбкой вилы в руки взял
И хлоп! Как принято в аду,
Вольтера на сковороду

Месье Вольтер как гроб молчал
Чертям ни слова не сказал
Но час прошел в огне, в дыму
И опротивел ад ему

А у бедняги на глазах
На ложе райском и цветах
Сидел Аврам, Мафусаил
И с ними сонм других светил

Проклявши горький жребий свой
Картину эту наш герой
Без мала час еще терпел
Но наконец рассвирипел

— Где ж мукам, он орет, конец?
— Святой Аврам спаси отец
Аврам кричит ему в ответ
Ну, брат, шалишь уж это нет

Меж нами пропасть есть сейчас
Да и не будь ее меж нас
К тебе бы я не снизошел
И так сказав, Аврам ушел.

«Происхождение и первобытная жизнь человечества»«Прожито»

Происхождение и первобытная жизнь
человечества (глава из неоконченной поэмы)

I

Мартышка вздумала трудиться
И в человека обратиться
И этот опыт удался
Так род Адамов начался

Мартышка эта палку взявши
Род человеческий начавши
Пошла вперед путем науки
Пустивши в дело только руки

А ноги это отверженье
Понявши как пренебреженье
С досады изменились так
Что не узнаешь их никак

Сыны мартышек взяли камень
И из него добывши пламень
Богов из дерева творили
И им скотину приносили

Потом орда ружье стащила
И им ворону застрелила
Потом за галок принялась
С тех пор охота началась…

P. S.

«Прожито» и Arzamas благодарят за помощь в публикации стихов Дарью и Нику Маслениковых, Ирэну Ткаченко и Елену Бархину. Любой желающий может стать волонтером проекта и принять участие в подготовке дневниковых руко­писей к публикации, обратившись по адресу prozhito@gmail.com.

12 ноября
13 ноября
14 ноября
15 ноября
16 ноября
19 ноября
20 ноября
21 ноября
22 ноября
23 ноября
26 ноября
27 ноября
28 ноября
29 ноября
30 ноября
3 декабря
4 декабря
5 декабря
6 декабря
7 декабря
10 декабря
Литература

7 секретов «Анны Карениной»

Чепец на мельнице, волнительная мазурка, признание Левина и другие тайны