История, Искусство

9 признаков того, что перед вами готическая живопись

Реальные и фантастические звери, свитки-комиксы в руках персонажей, розы и четырехлистники, вытянутые непропорциональные фигуры. Учимся отличать искусство готики в новом выпуске цикла про живопись

18+

Готика — понятие, пришедшее из архитектуры. Так называют стиль, который родился вокруг Парижа в 1130–40-х годах, а потом распространился почти по всей католической Европе. Его ключевые элементы — стрельчатая арка, нервюрный свод, контрфорсы, аркбутаны  Аркбутан (от фр. arc-boutant — «подпорная арка») — один из главных элементов готической архитектуры, каменная полуарка, которая передает горизонтальный распор от сводов храма на столб (контрфорс), расположенный за пределами основного объема здания. Изобретение контрфорсов и аркбутанов позволило сделать стены готических церквей намного тоньше, а окна — шире, чем у их романских предшественников., острые башенки (пинакли) — определяли конструкцию и эстетику бессчетных храмов, а во многом и светских строений, которые возводили на Западе вплоть до XVI века. 

Историки склонны искать единство в разных формах искусств, появившихся или господствовавших в одно время. Потому живопись высокого и позднего Средневековья тоже стали именовать готической. В этом есть своя правда: архитектура вбирала в себя почти все формы и техники искусства (скульп­туру, фреску, станковую живопись, витраж); художники раскрашивали статуи, а скульптура была встроена в тело храма; для разных типов изображений был характерен общий эстетический идеал — например, тонкий, стремящийся ввысь силуэт. 

И в то же время использование термина «готика» по отношению к живописи во многом условно. Эволюция архитектурных форм не обязательно совпадает по хронологии с эволюцией форм визуальных. Новации в мире арок, шпилей и статуй, начавшиеся в XII веке, лишь отчасти отразились в мире изображений, написанных красками, и это произошло далеко не сразу.

А когда господство готики завершилось? В XIV–XV веках в Италии, а в XV веке в Нидерландах произошла художественная революция, которую принято называть Возрождением. Мастера той эпохи ушли от многих приемов, принятых в эпоху готики, и создали новый, более натуралистичный язык. При этом в итальянской живописи Возрождения, несмотря на увле­чение Античностью, все равно много готического, а искусство старых фламандцев (Робера Кампена, Яна ван Эйка, Рогира ван дер Вейдена) можно описать и как разрыв со средневековой традицией, и как ее кульминацию. Чтобы не уходить в спор о том, где в искусстве заканчивается Средне­вековье и начинается Возро­ждение, мы предлагаем сосредоточиться в первую очередь на класси­ческих формах готики — до новаций XV века. 

В искусстве готической поры существовало немало светских сюжетов: война, охота, турниры, пиры, куртуазные сцены с господами и дамами, эпизоды из греко-римской мифологии, нравоучительные аллегории. Однако гораздо чаще художники обращались к образам, связанным со священной историей и христианской доктриной. В мире изображений преобладали персонажи из Ветхого и Нового Завета, житий святых, примеры пороков и добродетелей, видения ада и рая. Сложность в том, что те же сюжеты можно было встретить и до готики — в эпоху, которую мы условно называем романской (XI–XII века). Потому, чтобы разобраться в сути готического, невозможно опираться только на содержание алтарных панелей, фресок или книжных миниатюр — важнее взглянуть на то, как они устроены, на визуаль­ный язык того времени. 

1. Стрельчатые арки, розы и четырехлистники

Поскольку понятие готики пришло из архитектуры, с нее и начнем. Разные искусства в любую эпоху обмениваются технологиями, образами и подражают друг другу. В средневековой Европе эта перекличка была особенно интенсивна. Например, реликварии для мощей святых, созданные ювелирами из драгоцен­ных металлов, часто напоминали миниатюрные храмы: со стрельчатыми арками, летящими аркбутанами, ланцетными окнами  Ланцетное окно — узкое готическое окно, заканчивающееся заостренной аркой. Название связано с тем, что его форма напоминает наконечник копья или пики (лат. lanсеа)., ажурными розами, острыми фронтонами (вимбергами), высокими шпилями, готическими трехлистниками и четырехлистниками.

Тот же репертуар готических форм в XIII–XV веках широко применялся и в плоских изображениях, написанных красками, а также на витражах. Дело не только в том, что художники представляли храмы и светские постройки в современном им готическом стиле. Важнее другое: любые сцены, вне зависимости от того, разворачивались ли они в полях и лесах, на городских площадях или в замковых залах, часто помещали в архитектурное обрамление, которое напоминало нишу, увенчанную балдахином, или храм в разрезе. Створчатые алтари с их острыми щипцами были похожи на порталы церкви. Конструктивные элементы и архитектурный декор, отличавшие готические постройки от их романских предшественников, стали вездесущи и в живописи. Разные искусства говорили на одном языке.

2. Вытянутые силуэты и ломаные линии

Подобно каменщикам, возводившим стрельчатые арки и шпили, художники готической поры часто стремились придать своим персонажам тонкий, вытянутый силуэт. В конце XIV — начале XV века в главных художественных центрах Европы — Франции, Бургундии, Богемии, Северной Италии и рейнской Германии — утвердился стиль, который именуют интернациональной готикой. Для него характерно стремление к утонченности, мягкий изгиб фигур и неко­торая манерность поз. Например, на Уилтонском диптихе, созданном в Англии около 1395–1399 годов, силуэты Девы Марии и ангелов, которые окружают Царицу Небесную, слегка вытянуты. Светлые духи неотличимы друг от друга и похожи на изящных андрогинов. 

Кроме того, на многих изображениях фигуры, написанные красками, напо­минают раскрашенные статуи. Это лучше всего видно в «зигзагообразном» стиле (Zackenstil), который появился в середине XIII века в германских землях. Его отличительная черта — острые, ломаные, словно застывшие складки одежд. Они придают персонажам экспрессию и создают ощущение, что фигуры на самом деле вырезаны из камня, как статуи, стоявшие на порталах соборов. 

Готика очень разнообразна. Если французы и бургундцы ценили придворную утонченность и сдержанность поз, персонажи немецких художников позднего Средневековья более корпулентны, их жесты резки, а эмоции (например, ненависть иудеев и язычников к Христу или скорбь Иоанна Богослова и Девы Марии) бьют через край.

3. Плоская сцена и цветной фон

Взглянем на типичное средневековое изображение, например алтарную панель, которую кельнский художник Штефан Лохнер (ок. 1410 — 1451) посвятил мученичеству апостолов. Где разворачивается действие? На узкой и неглубокой сцене. У некоторых мастеров персонажи были почти плоскими, словно аппли­кации. Тут они объемны и крепко сбиты. И все равно пространство, в которое они помещены, лишено глубины. Мы не видим, где происходит действие. За первым планом нет ни сельских видов, ни панорамы города. Вместо них — условный золотой фон, похожий на театральный задник.

Сияние золота подчеркивало сакральное, вневременное значение библейских или житийных сцен и придавало изображению сходство с драгоценным изде­лием ювелира. Лишь на исходе Средневековья в Италии, Франции, Нидерлан­дах художники начали осваивать глубину пространства. Вместо одноцветных фонов появились первые пейзажи или реалистичные городские виды, и впервые со времен Античности начались эксперименты с перспективой. 

В книжной миниатюре фон очень часто бывал цветным, например красным или синим. Иногда он представлял собой узорчатый паттерн — сетку из квад­ратов или ромбов, нанесенную поверх однотонной поверхности. Цвет фона разных миниатюр на одной странице или развороте рукописи обычно чере­довался: например, красный, синий, красный, синий и т. д. Такие вариации задавали ритм. Однако, чтобы уйти от монотонности, мастера его усложняли и делали так, что узор, помещенный на фон, каждый раз выглядел чуть иначе. Где-то добавляли точечки или завитки, где-то меняли форму фигур или придумывали какой-то еще нюанс. Средневековые художники с пиететом относились к старине, копировали работы предшественников, но при этом ценили изобретательность и умение скомпоновать привычные элементы на новый лад.

4. Свет: отовсюду и ниоткуда

Отказавшись от попыток передать на плоскости глубину трехмерного пространства, средневековые художники вычеркнули из своего репертуара и большинство световых эффектов, которые были известны в Античности. 

В картинах эпохи готики, как и в живописи предшествовавших столетий, мы едва ли можем сказать, где находится источник света. Он везде и нигде. Все предметы и персонажи равномерно освещены и не отбрасывают теней. Сцены, которые по сюжету разворачиваются в полутьме подземного застенка или на улице под ночным небом, как арест Христа в Гефсиманском саду, ничем не отличаются от того, что происходит днем и при ярком свете. 

Ситуация начала меняться с XIV века — сначала в Италии, а потом на севере, во Франции и в Нидерландах. Стремясь передать мир таким, как мы его видим, художники начали экспериментировать со световыми эффектами. Сначала кое-где появились тени. Они указывают на то, что свет льется с определенной сто­ро­ны, что на изображении запечатлено конкретное время дня. Система­ти­че­ски эти эффекты стали применяться уже XV веке: в Италии — у Джентиле да Фаб­риано и Мазаччо, в Нидерландах — у Робера Кампена и Яна вана Эйка. Откроем Роскошный часослов герцога Беррийского — одну из самых известных средне­вековых рукописей. На октябрьской странице календаря крестьяне, которые пашут на поле, отбрасывают тени на вспаханные борозды.

Примерно в ту же эпоху в европейском искусстве стали множиться ночные сцены (градации темно-синих и черных оттенков в небе, тьма, прорезанная светом огня), а также другие световые эффекты: блики в стекле и драгоценных камнях, отражения в зеркалах и на глади воды, воздушная перспектива (предметы вдали подернуты дымкой).

 
Готика — самое романтическое искусство?
Бонусный выпуск подкаста «Зачем я это увидел?»

5. Чем выше, тем значимее

В средневековом искусстве рост персонажей — это важный показатель. Более значимые фигуры часто оказываются выше, чем второстепенные. Государь возвышается над своими подданными, святой — над паломниками, которые пришли к нему с просьбой о помощи, Господь — над ангелами и святыми, а дьявол — над демонами. Рост указывает на высокое положение в небесной или земной иерархии. Этот прием появился задолго до готики — в глубокой древности. Аналогичные изображения мы найдем в искусстве многих циви­лизаций, например Египта и Ассирии. В европейском Средневековье этот принцип чаще и последовательнее использовался в романскую эпоху. Однако и в XIII–XV веках он не был забыт. 

На многих церковных образах и на миниатюрах рукописей мы видим дона­торов (от лат. donum — «дар»), то есть заказчиков конкретных изображений или благодетелей храмов. Они просили запечатлеть себя в молитве перед святыми, Девой Марией или самим Христом. В Средние века их часто представляли как крошечные фигурки — по колено или по пояс небесным заступникам. Разница в размере подчеркивала смирение донаторов и фокусировала внимание зрителя на высших силах — главных персонажах изображения.

6. Игра масштабов

В плане масштабов и пропорций средневековое искусство долго хранило верность антропоцентризму. Это не значит, что человек в философском или религиозном плане считался мерой всех вещей. Дело в ином: в большинстве случаев изображения были устроены так, что фигуры персонажей занимали большую часть кадра. В нем оставалось мало пустого пространства. Как уже было сказано выше, вплоть до XIV–XV веков в готическом искусстве почти не найти пейзажей или масштабных городских сцен, на фоне которых человеческая фигурка могла бы казаться крошечной. 

Крупные животные, стены городов, колокольни церквей и даже горы обычно изображались примерно такого же размера, как человеческая фигура: чуть ниже или чуть выше. Это были условные декорации, знаки, указывавшие на место, где разворачивается действие: в городе с множеством башен, внутри собора, в лесу или на горной дороге. Художники готической поры долго не пытались передать реальное соотношение масштабов между человеком и зданием или природным ландшафтом. Их задача была в ином: выстроить ясный рассказ и привлечь все внимание к главному — персонажам, будь то люди, силы небесные или темные духи.

7. «Комиксы»

В современных комиксах и карикатурах мы слышим реплики персонажей благодаря облачкам, отходящим от их уст. Этот прием родом из Средневековья. Однако, в отличие от наших дней, тогда он встречался почти в любых изобра­жениях — от маргиналий на полях рукописей до алтарных панелей и церковных фресок. Их персонажи обращались друг к другу, а на самом деле к зрителю не только с помощью поз, жестов и мимики, но и буквально, текстом.

Чаще всего слова писали на длинных лентах, развернутых свитках. В англо­язычной литературе их как раз называют speech scrolls — буквально «свитки для речи». Они появились в западноевропейской иконографии XI века, но стали вездесущи позже — в эпоху готики.

Изначально они выглядели как настоящие свитки, написанные на полосках пергамента. Персонажи держали их в руках, они накручивались на централь­ный валик и под силой тяжести прогибались вниз. Однако со временем художники стали все чаще отходить от физического правдоподобия. Мастера рисовали ленты, которые устремлялись из рук говорящего не вниз, а вверх. Часто они отходили не от его рук, а от уст. Во время диалога или спора свитки участников перекрещивались в воздухе, а иногда их реплики записывали на разных сторонах одной ленты.

 
Комикс, инфографика и ежедневник: как читать средневековое искусство
Рассказываем о мироощущении средневековых людей через пять изображений

8. Нимбы и атрибуты святых

На изображениях готической эпохи много метаэлементов — знаков, которые обращены к зрителю, разъясняют ему суть происходящего и демонстрируют статус персонажей. Эти знаки отличаются от других деталей (зданий, повсе­дневных предметов, одежд или головных уборов) тем, что сами персонажи, как подразумевается, их не видят. Классический пример — нимб вокруг головы святого: в облике золотого диска, короны лучей, светового ореола или полупро­зрачного, словно стеклянного, «блюда». Нимб указывает на то, что конкретный персонаж свят, что зритель может ему помолиться. 

Святые — одни из главных персонажей в искусстве Средневековья. Но как отличить одного небесного заступника от другого? Как зритель поймет, кто из мужчин или женщин — мученик, а кто — отшельник? Как идентифици­ровать конкретного мученика или отшельника среди множества собратьев? В этом могли помочь подписи, но не все зрители умели читать, а на изобра­жениях, которые расположены высоко или невелики по размеру, текст нередко оказывался неразличим.

Эту проблему помогали решить иконографические атрибуты — знаки, которые изображали в руках персонажа или рядом с ним. Одни указывали на тип святости, к которому принадлежит небесный заступник. Например, мученики держали пальмовые ветви. Другие указывали на конкретного святого, заменяли или дополняли подпись с именем. 

Личные атрибуты издавна существовали у нескольких небесных патронов: святого Петра (ключи), четырех евангелистов (ангел, телец, лев, орел), святой Агнессы (агнец)… У остальных, древних и новых, святых они стали множиться с конца XII века — прежде всего, в Северной Франции, а потом и по всей католической Европе. 

Порой атрибуты изображались (почти) в натуральную величину: у ног святой Екатерины лежит пыточное колесо с шипами, разбитое спустившимся с неба ангелом, а рядом со святой Варварой стоит башня, в которую ее заточил отец. Однако часто атрибуты предстают как крошечные, словно игрушечные, моде­ли, которые святые держат в руках, на подносах или на книгах: святая Екате­рина — с маленьким, словно часовым, колесиком, святая Варвара — с крошеч­ной башенкой, а святой Лаврентий — с маленькой решеточкой, напоминающей о решетке, на которой его изжарили язычники. 

 
Определитель святых
Камни, башмаки, стрелы — каталог, благодаря которому вы научитесь узнавать святых по их атрибутам

9. Животные: фантастические и реальные

В искусстве готической эпохи огромную роль играло фантастическое. Мастера с увлечением конструировали замысловатых гибридов из частей животных, птиц, насекомых и растений. На исходе Средневековья эта традиция получила удивительно изобретательное воплощение в работах Иеронима Босха (ок. 1450 — 1516). Однако увлечение фантастическим легко сочеталось с интересом к природе и стремлением запечатлеть реальный облик разных Божьих творений. 

На страницах манускриптов или на алтарных панелях легко найти реали­стичные изображения растений, животных, насекомых, рыб и других существ. Они появились с XIII века в скульптуре соборов, среди маргиналий, украшав­ших поля манускриптов, или на миниатюрах в бестиариях, энциклопедиях или трактатах об охоте. В предшествующие столетия образы животных и растений обычно были сильно стилизованы. По их внешнему облику было трудно, а то и невозможно идентифицировать конкретный вид. В эпоху готики ситуация начала меняться. Улитки и слоны, летучие мыши и кузнечики, виноградные розы и пальмы часто изображались вполне достоверно и с немалым вниманием к деталям. 

 
Маргиналия дня
Фаллосы, рожающие мужчины, зайцы-содомиты — что означают странные создания и сцены на полях средневековых книг

Чем ближе мы к XV веку, тем чаще узнаваемые растения и животные появляются и в религиозных сюжетах: на изображениях Эдема, «запертого сада», в котором восседает Богоматерь, или портретах Марии с младенцем Иисусом. Многие из этих растений тоже играли роль символов. Например, лилии и другие цветы олицетворяли чистоту Богоматери, а красные гранаты напоминали о крови, пролитой Христом во имя искупления грехов челове­чества. Религиозный символизм объяснял их присутствие в сцене, но все к нему не сводилось. Тщательность в изображении листьев, цветов, плодов, крылы­шек, перьев и клювов свидетельствовала об интересе к природному миру как таковому, о восхищении, которое вызывало умение его запечатлеть, о страсти к познанию. Позже из этих ботанических, зоологических или энтомологи­ческих вставок в религиозные сюжеты родился самостоятельный жанр — натюрморт. 

 
О чем рассказывает фасад готического собора
И как читать послание средневековых скульпторов
 
Путеводитель по средневековому монастырю
Или как отличить бенедиктинца от францисканца
 
Как устроены средневековые витражи
Путеводитель по церковным пазлам на стекле
Источники
  • Воскобойников О. С. Тысячелетнее царство (300–1300). Очерки христианской культуры Запада.
    М., 2014.
  • Воскобойников О. С. 16 эссе об истории искусства.
    М., 2022.
  • Гомбрих Э. Тени в западном искусстве.
    М., 2019.
  • Рехт Р. Верить и видеть. Искусство соборов XII–XV веков.
    М., 2014.  
  • Camille M. Gothic Art. Glorious Visions.
    New York, 1996. 
  • Todorov T. Éloge de l’individu. Essai sur la peinture flamande de la Renaissance.
    Paris, 2004.
  • Wirth J. L’image à l’époque gothique.
    Paris, 2008. 
  • De Van Eyck à Dürer. Les primitifs flamands et l’Europe centrale, 1430–1530.
    Paris, 2011.