«Аполлон» (1928)
В 1928 году Сергею Дягилеву, главе труппы «Русский балет» и главному человеку европейского балета первой трети ХХ века, оставалось жить год. Почти двадцать лет он определял, каким быть балету, удивлял публику, изобретал новые течения, открывал имена, а после революции 1917 года еще и стал главным работодателем для множества русских танцовщиков, сбежавших из Советской России. Тамара Карсавина, бывшая балерина Мариинского театра, работавшая с Дягилевым с его первых балетных Cезонов, писала об этом времени: «Наш балет устал», имея в виду, что эти двадцать лет были слишком напряженными. Тем не менее за год до своей смерти — и смерти «Русского балета» — Дягилев и его труппа снова сумели дать балету новое направление.
У «Аполлона» был несложный сюжет. Латона в муках рождала божество, к неуклюжему богу-юноше сходились резвые музы, среди которых он выбирал Терпсихору.
Хореографию ставил Георгий Баланчивадзе, за четыре года до этого эмигрировавший из Советской России и ставший в Европе Джорджем Баланчиным. Впоследствии благодаря «Аполлону» Баланчин станет самым влиятельным хореографом столетия и определит вектор поиска для многих последующих поколений: именно с помощью «Аполлона» он открыл неоклассический балет.
Костюмы поручили модной Шанель: она одела муз в пышные юбки и тесные шапочки. Но уже в Америке Баланчин переодел персонажей «Аполлона» в короткие туники, очень напоминавшие повседневную репетиционную форму танцовщиков, сделав контуры танца еще чище. В таком виде «Аполлон» идет по сей день.
Музы танцевали на пуантах, классические па проделывал Аполлон. По структуре эти соло напоминали классические вариации и отдавали дань традиционным симметрии и соразмерности. И все же классические контуры в хореографии «Аполлона» смещены: академическую мягкость заменяют ирония и спортивная динамика в стиле ар-деко — героев Баланчина вполне можно представить на мозаиках московской станции метро «Маяковская».
Какой бывает любовь?
Шутливый тест к третьему, романтическому сезону подкаста «Радио „Сарафан“»
