Запад и Восток: история культурЧто это?
Запад

Что такое Великие географические открытия и как они изменили мир

Читает Владимир Ведюшкин

Что такое для нас Великие географические открытия? При этих словах многие представляют себе поднимающие паруса каравеллы, прорубающихся через сельву конкистадоров, чернокожих невольников на улицах Лиссабона, пряно­сти, которыми, по словам португальского современника, «пропахло все коро­левство»… Такие ассоциации справедливы, но подлинная история Великих географических открытий несравненно богаче: это история стяжания, соци­ального эксперимента, переосмысления европейцами представлений о мире и одновременно нового мифотворчества.

Владимир Ведюшкин
Владимир Ведюшкин
Кандидат исторических наук, старший научный сотрудник отдела западноевропейского Средневековья и раннего Нового времени Института всеобщей истории РАН.

Тезисы

История Великих географических открытий во многом парадоксальна. Вопреки расхожим представлениям о бескорыстных и преданных пои­ску истины романтиках, люди, их совершавшие, в несравненно большей степени воодушевлялись поиском богатств, будь то пряности, золото или пушнина. Сплошь и рядом они заблуждались, открывали совсем не то, что искали.

Великие географические открытия не только привели к резкому росту контактов между Западом и Востоком, но и изменили сам их характер. Связи между различными частями света стали гораздо более систем­ными, чем прежде. Открытая в это время Америка была вовлечена в ор­биту западного мира и стала для него своего рода гигантской опытной лабораторией.

Великие географические открытия привели к резкому расширению представлений европейцев о мире. Невиданная новизна Америки по­ставила европейцев перед проблемой освоения этой реальности, кото­рая, с одной стороны, опровергала античные и средневековые авто­ритеты и мифы, с другой — привела к невиданному взрыву мифотвор­чества: конечно, европейцы искали в Америке прежде всего золото, но также карликов и великанов, амазонок и Эльдорадо, земной рай и источник вечной молодости…

Великие географические открытия дали новый обширный материал для естественных наук, этнографии, истории, стимулировали поиски общественной мысли. Размышления о золотом веке и неиспорченной вере обитателей Америки перекликались с идеями Возрождения, Реформации, социальной утопии. Познавая жизнь обществ с разными религиями и обычаями, европейцы убеждались, что мир многолик; вовсе не склонные к терпимости, они вынуждены были учиться ей, сталкиваясь с чужими культурами и религиями. В то же время, при­обретая опыт общения с жителями заморских земель, европейцы отчет­ливее осознавали свое культурно-историческое единство.

Интервью с лектором

— Расскажите, почему вы стали заниматься именно этой темой?

— Отчасти все произошло случайно — для этого должны были совпасть несколько обстоятельств из разных сфер жизни. С одной стороны, это детская романтическая увлеченность историей путешествий и геогра­фических открытий. С другой, меня подготовила к этому специали­зация на истории Испании, ведь именно пиренейские страны оказались больше других вовлечены в процесс открытий и раньше других испы­тали их последствия. Наконец, это специфика историографической ситу­ации. С 1950-х годов Великими географическими открытиями у нас занимались не историки, а географы: Яков Михайлович Свет, Иосиф Петрович и Вадим Иосифович Магидовичи и некоторые другие. Но когда это поколение ушло, ни историки, ни географы всерьез к этой тематике какое-то время не обращались, а статьи для энциклопедий и главы для обобщающих трудов кто-то должен был писать; так я и ока­зался «на переднем крае» этой проблематики. Ничуть о том не жалею, ведь, помимо того что это захватывающе интересно само по себе, взгляд «из-за океана» помогает лучше понять Испанию того времени, да и не только ее.

— Какое место занимает предмет вашего изучения в современном мире (или в истории культуры вообще)?

— Всемирная история знает немало разного рода глобализаций, но та, которая произошла в эпоху Великих географических открытий, не име­ла себе равных. Запад и до этого не раз приходил на Восток, однако впервые проник так далеко и утвердился настолько прочно, хотя совсем не сразу. Но ведь и Восток в это же время всерьез угрожает Западу: турки опустошают берега Италии и Испании, осаждают Вену. И сейчас, когда само существование мира во многом зависит от того, как будут складываться взаимоотношения Запада и Востока, тематика Великих географических открытий и их многосторонних последствий приобре­тает невиданную актуальность. 

У этой проблематики есть и еще одна сторона, тоже очень важная. Впервые идеи, которые раньше не выходили за рамки кабинетного знания, стали воплощаться на практике, впервые люди столь отчетливо осознали, что «чистая» наука может принести богатство и могущество. Тем самым открытия очень способствовали научной революции XVII века и в этом смысле тоже являются одним из важнейших истоков современного мира.

В сущности, все рассуждения об этом феномене можно рассматривать как комментарии к известной фразе: Великие географические открытия изменили не только представления о мире, но и сам мир.

— Если бы вам нужно было очень быстро влюбить незнакомого человека в вашу тему, как бы вы это сделали?

— Круг влюбленных в эту тему или по крайней мере очень интересую­щихся ею и так достаточно широк. С тем, кто почти ничего об этом не знает, я бы разобрал некоторые свои любимые пассажи из дневника и посланий Колумба. А еще показал бы ему два-три ярких образца культурного взаимодействия, будь то икона школы Куско, солонка из слоновой кости, сделанная в Африке для европейского рынка, или португальский корабль на японской ширме стиля намбан. Если и это не поможет, то, наверное, таинственный незнакомец прекрасно обой­дется без каравелл и конкистадоров, получая в жизни удовольствие от чего-то еще.

— Что самое интересное вы узнали, работая со своим мате­риалом?

— Интересного тут очень много. Как ведет себя человек в новых для не­го и часто экстремальных условиях? Как он осмысляет совершенно но­вую для него действительность, решительно не укладывающуюся в прежние схемы? Вот, например, Франсиско Эрнандес, возглавивший первую в истории научную экспедицию в Америку. Он собрал богатей­шую коллекцию мексиканской флоры и затем, почти за два века до Линнея и Бюффона, разрабатывавших принципы научной классифи­кации Нового времени, тщетно пытался уложить свой материал в прокрустово ложе античной классификации Плиния…

— Если бы у вас была возможность заняться сейчас совсем дру­гой темой, что бы вы выбрали и почему? 

— Пожалуй, мне сложно назвать что-то одно, хотя все вращается, так или иначе, вокруг моей любимой Испании. Сейчас я много занимаюсь историей посольства Петра Потемкина в Испанию в 1667–1668 годах, и это отнюдь не только история международных отношений: там и повседневная жизнь, и взаимные представления, и художественные вкусы. Ничуть не меньше меня интересуют начинания Филиппа II в области культуры, о которых за пределами круга испанистов, к сожа­лению, в России мало что известно (кроме разве что Эскориала  Эскориал — резиденция испанского короля, построенная Филиппом II в XVI веке. По жела­нию монарха дворец был объединен с мона­стырем и построен в отдалении от столицы. Эскориал примечателен своими масштабами; его архитектура несет в себе черты утопии. ). Очень хочется, чтобы восприятие в России этого незаурядного прави­теля наконец освободилось от стереотипов «черной легенды»  Так называют антииспанскую пропаганду, которую во времена Контрреформации вели протестантские страны. Важными ее состав­ляющими были обвинения испанских конки­стадоров в жестоком обращении с индей­цами, а также рассказы о зверствах католи­ческой инквизиции. Тогда же зародились представления об «интригах мадридского двора»., создан­ной когда-то его противниками. Наконец, надеюсь сосредоточиться на социокультурной истории испанской аристократии XV–XVI ве­ков — теме, которой я занимаюсь давно, но постоянно сочетая ее с самыми разными другими работами. В ней — ключи к решению очень многих проблем испанской истории и культуры XV–XVI веков.

Где узнать больше

«Путешествия Христофора Колумба. Дневники. Письма. Документы» (пер. и коммент. Якова Света)

Впервые изданная более 60 лет назад, книга с тех пор много раз пере­издавалась и дает замечательную возможность узнать о событиях из первых уст. Впрочем, выбор именно этой книги — в некотором смы­сле условность: ничуть не менее увлекательны и информативны запис­ки Пигафетты о плавании Магеллана, описания открытия конкиста­дорами «реки амазонок», «Плавания Баренца» Геррита де Фера или «Странствия» португальца Фернана Мендеша Пинту  В России издан как Фернан Мендес Пинто.; к счастью, источников по истории Великих географических открытий в России издано немало.

Иосиф Магидович, Вадим Магидович. «Очерки по истории географических открытий». Т. 2 (1983)

Том, посвященный географическим открытиям конца XV — середины XVII века, в 2003 году был переиздан под названием «Эпоха великих открытий». Это хорошо организованная и самая полная на русском языке сводка фактического материала по истории Великих географи­ческих открытий в целом. Однако авторов-географов ход открытий интересует гораздо больше, чем их причины и результаты.

«Всемирная история». Т. 3. «Мир в раннее Новое время» (2013)

Зато как раз исторический контекст эпохи Великих географических открытий и их многосторонние последствия, на мой взгляд, неплохо отражены в современном коллективном труде российских историков. В данном случае я рекомендую именно те главы объемного тома, кото­рые относятся к открытиям и колониальным империям конца XV — XVII века, а также главы о том, что представлял собой мир в преддверии Великих географических открытий и после их окончания. Почитайте — надеюсь, не пожалеете.

Андрей Кофман. «Америка несбывшихся чудес» (2001), «Рыцари Нового Света» (2006)

Это может показаться парадоксальным, но лучший специалист по кон­кисте в современной России — не историк, а филолог. Андрей Кофман закрывает для российского читателя огромную лакуну, и делает это со знанием дела и очень увлекательно. У него есть и другие книги о конкисте и конкистадорах, в том числе прекрасная книга для детей и подростков «Тьерра аделанте!», которая, на мой взгляд, может доста­вить удовольствие и взрослым.

Сергей Шервинский. «Ост-Индия» (1991)

«Ост-Индия» (1933), единственный роман замечательного поэта и пере­водчика Сергея Шервинского (1892–1991), переносит читателя в Гол­ландию, Индию, Индонезию 60-х годов XVII века. Автор равно точен в передаче атмосферы эпохи и деталей быта. Досадно, что этот увлека­тельный и утонченный роман почти забыт — он и переиздан-то был в серии «Забытая книга».

Выставка к лекции

Иллюстрация: Джон Вандерлин. Высадка Колумба в Америке. 1847 год
Wikimedia Commons
Другие лекции
Восток

Подписка на еженедельную рассылку

Оставьте ваш e-mail, чтобы получать наши новости

Введите правильный e-mail