36 минут
Амброз Бирс
Как Бирс делает ужас обыденностью, а героев рассказов — монстрами, которые любят свои семьи
Читает Андрей Аствацатуров
Как Бирс делает ужас обыденностью, а героев рассказов — монстрами, которые любят свои семьи
39 минут
Уильям Фолкнер (18+)
Как Фолкнер строит новые миры и забрасывает в них читателя без карты
Читает Андрей Аствацатуров
Как Фолкнер строит новые миры и забрасывает в них читателя без карты
38 минут
Эрнест Хемингуэй (18+)
Почему герои Хемингуэя все время пьют и живут несмотря на то, что в жизни нет никакого смысла
Читает Андрей Аствацатуров
Почему герои Хемингуэя все время пьют и живут несмотря на то, что в жизни нет никакого смысла
37 минут
Джон Апдайк (18+)
Как герои Апдайка перемещаются от гордыни к смирению и обратно
Читает Андрей Аствацатуров
Как герои Апдайка перемещаются от гордыни к смирению и обратно
40 минут
Генри Миллер (18+)
Как Миллер познает мир при помощи собственной литературы
Читает Андрей Аствацатуров
Как Миллер познает мир при помощи собственной литературы
62 минуты
Оскар Уайльд (18+)
Как Оскар Уайльд стал знаменитым писателем, еще ничего толком не написав, и как через сказки пришел к эстетскому роману «Портрет Дориана Грея»
Читает Андрей Аствацатуров
Как Оскар Уайльд стал знаменитым писателем, еще ничего толком не написав, и как через сказки пришел к эстетскому роману «Портрет Дориана Грея»
28 минут
Джозеф Конрад
Об истоках поведения человеческого «я» и символической системе романа «Сердце тьмы»
Читает Андрей Аствацатуров
Об истоках поведения человеческого «я» и символической системе романа «Сердце тьмы»
39 минут
Уильям Голдинг
О том, как исследование потаенных зон человеческой природы в «Повелителе мух» приводит к выводу о победе архаического над прогрессивным
Читает Андрей Аствацатуров
О том, как исследование потаенных зон человеческой природы в «Повелителе мух» приводит к выводу о победе архаического над прогрессивным
29 минут
Шервуд Андерсон
О попытках создать американскую литературу с нуля, а также о том, как на месте патриархальной Америки родился новый индустриальный мир
Читает Андрей Аствацатуров
О попытках создать американскую литературу с нуля, а также о том, как на месте патриархальной Америки родился новый индустриальный мир
38 минут
Джером Дэвид Сэлинджер
О самом загадочном из американских писателей — и о том, почему, чтобы принять мир, нужно отрешиться от себя
Читает Андрей Аствацатуров
О самом загадочном из американских писателей — и о том, почему, чтобы принять мир, нужно отрешиться от себя
35 минут
Курт Воннегут
О том, почему справедливость абсурдна, героизм — чудовищен, а написать роман о войне — невозможно
Читает Андрей Аствацатуров
О том, почему справедливость абсурдна, героизм — чудовищен, а написать роман о войне — невозможно
36 минут
Джон Чивер
О человеке, который первым стал писать об американце среднего класса и его неврозах
Читает Андрей Аствацатуров
О человеке, который первым стал писать об американце среднего класса и его неврозах
36 минут
Джек Керуак
О том, как были воспеты спонтанность, удовольствия, американские дороги и «картофельные штаты», а также о битниках, даосизме и бибопе
Читает Андрей Аствацатуров
О том, как были воспеты спонтанность, удовольствия, американские дороги и «картофельные штаты», а также о битниках, даосизме и бибопе
45 минут
Вирджиния Вулф
Как ученица Толстого заменяет сюжет потоком переживаний героя, а самого героя лишает понятного описания
Читает Андрей Аствацатуров
Как ученица Толстого заменяет сюжет потоком переживаний героя, а самого героя лишает понятного описания
36 минут
Редьярд Киплинг
Почему нужно читать прозу и стихи империалиста, агрессора, ксенофоба и антисемита, который выдумал колониальную жизнь Британии
Читает Андрей Аствацатуров
Почему нужно читать прозу и стихи империалиста, агрессора, ксенофоба и антисемита, который выдумал колониальную жизнь Британии
69 минут
Джеймс Джойс
Как ирландец разобрал английский язык, доискиваясь до его основ, и как смешал все языки, чтобы написать роман, который никто не может прочесть
Читает Андрей Аствацатуров
Как ирландец разобрал английский язык, доискиваясь до его основ, и как смешал все языки, чтобы написать роман, который никто не может прочесть
