«Война и мир» Прокофьева

Ария Кутузова из оперы «Война и мир». Исполняет Алексей Кривченя. 1959 год

Прокофьев — крупнейший мастер музыкального театра ХХ века, и эта область его работы недооценена. С 1917 года Прокофьев жил в эмиграции, поэтому вещи, созданные композитором до его возвращения в СССР в 1936 году, были долгое время вынесены советскими музыкантами и музыковедами как бы за скобки. Его преподносили в первую очередь как симфониста. Прокофьев искренне пытался выполнить заказ коммунистов, учитывал критические заме­чания и переработал свой композиторский язык. Этот переосмысленный стиль Прокофьев назвал «новая простота». Свои самые известные и проникновенные вещи Прокофьев создал во время Большого террора и Второй мировой войны: балеты «Золушка» (1945) и «Ромео и Джульетта» (1938 — первая версия; 1940 — полная), сказку «Петя и волк» (1936), Пятую симфонию (1944), оперу «Война и мир» (1944).

За постановку «Войны и мира» Прокофьев сражался всю войну. План компози­ции и либретто были готовы уже в 1941 году, а к 1943-му уже существовал весь основной музыкальный материал. Но Комитет по делам искусств назначал Прокофьеву все новые и новые переделки, и театральная постановка постоянно откладывалась. В октябре 1945 года оперу показали в концертном исполнении. Дирижер Самуил Самосуд предложил давать «Войну и мир» в два вечера. Для воплощения этого плана Прокофьев дописал еще несколько картин. Премьера первой части оперы состоялась в МАЛЕГОТе  Ленинградский государственный акаде­ми­ческий ордена Ленина Малый театр оперы и балета., главным дирижером которого незадолго до того назначили Самосуда. Но в полном виде «Войну и мир» ком­по­зитор так и не увидел. Целиком оперу исполнили только в 1957 году в Теа­тре им. Станиславского и Немировича-Данченко. С 1959 года партию Кутузова исполнял Алек­сей Кривченя. Он был вы­даю­щимся исполнителем характерных басовых партий и, помимо превосходных вокальных данных и развитой техники пения, обладал ярким актерским даром.

Другие выпуски
Ария дня
Литература

Как читать Терри Пратчетта

И почему книги о Плоском мире — больше, чем просто фантастика