Мобильное приложение
Радио Arzamas
УстановитьУстановить

Литература, История

Как читать «Дикую собаку динго»

Историк культуры Мария Майофис рассказывает о том, как устроены самые популярные советские книги, которые все читают в детстве

 
Как читать «Двенадцать месяцев»
 
Как читать «Приключения Бибигона»

Едва ли не самая популярная советская книга про подростков стала такой вовсе не сразу после первой публикации в 1939 году, но гораздо позже — в 1960–70-е годы. Отчасти это было связано с выходом фильма (в главной роли — Галина Польских), но гораздо больше — со свойствами самой пове­сти. Она до сих пор регулярно переиздается, а в 2013 году была включена в список ста книг, реко­мен­дованных школьникам министерством образова­ния и науки.

Психологизм и психоанализ

Обложка повести Рувима Фраермана «Дикая собака динго, или Повесть о первой любви». Москва, 1940 год © «Детиздат ЦК ВЛКСМ»; Российская государственная детская библиотека

Действие охватывает полгода из жизни четырнадцатилетней Тани из ма­лень­кого дальневосточного городка. Таня растет в неполной семье: родите­ли рас­стались, когда ей было восемь месяцев. Мама-врач постоянно на ра­бо­те, отец с новой семьей живет в Москве. Школа, пионерский лагерь, ого­род, ста­­рая нянька — этим бы и ограничивалась жизнь, если бы не первая лю­бовь. В Таню влюблен нанайский мальчик Филька, сын охотника, но Таня не отвечает ему взаимностью. Вскоре в город приезжает Танин отец со своей семьей — второй женой и приемным сыном Колей. В повести описаны слож­ные отношения Тани с отцом и сводным братом — от враждебности она по­сте­пенно переходит к влюб­ленности и самопожертвованию.

Для советских и многих постсоветских читателей «Дикая собака динго» остава­лась эталоном сложного, проблемного произведения о жизни подростков и их взро­слении. Здесь не было схематичных сюжетов соцреалистической детской литературы — исправляющихся двоечников или неисправимых эгои­стов, борьбы с внешними врагами или воспевания духа коллективизма. В книге описывалась эмоциональная история взросления, обретения и осознания соб­ственного «я».

Кадр из фильма «Дикая собака динго», режиссер Юлий Карасик. 1962 год © «Ленфильм»

В разные годы критики называли главной особенностью повести подробней­шее изображение подростковой психологии: противоречивых эмоций и необ­ду­ман­ных поступков героини, ее радостей, огорчений, влюбленности и оди­но­­чества. Константин Паустовский утверждал, что «такая повесть могла быть написана только хорошим психологом». Но была ли «Дикая собака динго» книгой о любви девочки Тани к мальчику Коле?  Сначала Таня недолюбливает Колю, но потом постепенно осознаёт, как он ей дорог. Отно­шения Тани с Колей до последнего момента асимметричны: Коля признаётся Тане в люб­ви, а Таня в ответ готова сказать только, что хочет, «чтобы Коля был счастлив». Настоя­щий же катарсис в сцене любовного объяс­нения Тани и Коли возникает не когда Коля говорит о своем чувстве и целует Таню, а по­сле того, как в предрассветном лесу появля­ется отец и именно ему, а не Коле, Таня гово­рит слова любви и прощения. Скорее это история слож­ного при­ня­­­тия самого факта развода родителей и фигуры отца. Одновременно с отцом Таня начинает лучше понимать — и принимать — собственную мать.

Чем дальше, тем заметнее знакомство автора с идеями психоанализа. По сути, чувства Тани к Коле можно интерпретировать как перенос, или трансфер, — так психоаналитики называют явление, при котором человек бессознательно пере­носит свои чувства и отношение к одному лицу на другое. Исходной фигурой, с которой может осуществляться перенос, чаще всего выступают ближайшие родственники.

Кульминация повести, когда Таня спасает Колю, буквально на руках вытаски­вая его, обездвиженного вывихом, из смертельного снежного бурана, отмечена еще более явным влиянием психоаналитической теории. Почти в кромешной темноте Таня тянет на себе нарты с Колей — «долго, не зная, где город, где бе­рег, где небо» — и, уже почти потеряв надежду, вдруг утыкается лицом в ши­нель отца, вышедшего со своими солдатами на поиски дочери и прием­ного сына: «…своим теплым сердцем, так долго искавшим в целом мире отца, почувствовала она его близость, узнала его здесь, в холодной, угрожающей смертью пустыне, в полной тьме».

Кадр из фильма «Дикая собака динго», режиссер Юлий Карасик. 1962 год© «Ленфильм»

Сама сцена смертельного испытания, в которой ребенок или подросток, пре­одо­левая собственную слабость, совершает героический поступок, была очень характерна для соцреалистической литературы и для той ветви модернистской литературы, которая была сфокусирована на изображении мужественных и само­­отверженных героев, в одиночку противостоящих стихиям  Например, в прозе Джека Лондона или люби­мом в СССР рассказе Джеймса Олдриджа «По­следний дюйм», правда написанном намно­го позже повести Фраермана.. Однако итог этого испытания — катарсическое примирение Тани с отцом — превращал прохождение сквозь буран в странный аналог психоаналитического сеанса.

Кроме параллели «Коля — отец» в повести есть еще одна, не менее важная: это самоидентификация Тани с матерью. Почти до самого последнего момента Таня не знает о том, что мать по-прежнему любит отца, но чувствует и бессо­знательно принимает ее боль и напряжение. После первого искреннего объяс­нения дочь начинает осознавать всю глубину личной трагедии матери и ради ее душевного спокойствия решается на жертву — отъезд из родного города  В сцене объяснения Коли и Тани эта иденти­фикация изображена совершенно открыто: собираясь в лес на свидание, Таня надевает мамин белый медицинский халат, и отец гово­рит ей: «Как ты похожа на мать в этом белом халате!».

Кадр из фильма «Дикая собака динго», режиссер Юлий Карасик. 1962 год © «Ленфильм»

Как и где Фраерман познакомился с идеями психоанализа, точно неизвестно: может быть, он самостоятельно читал работы Фрейда в 1910-е годы, во время учебы в Харьковском технологическом институте, или уже в 1920-е годы, когда стал журналистом и писателем. Не исключено, что были здесь и косвенные источники — прежде всего русская модернистская проза, испытавшая влияние психоанализа  Фраермана явно вдохновила повесть Бориса Пастернака «Детство Люверс».. Судя по некоторым особенностям «Дикой собаки динго» — например, лейтмотив реки и текущей воды, который во многом структурирует действие (первая и последняя сцены повести происхо­дят на речном берегу), — Фраер­ман испытал влияние прозы Андрея Белого, который к фрейдизму отно­сился критически, но сам постоянно возвращался в своих сочинениях к «эди­пов­ским» проблемам (это заметил еще Владислав Ходасевич в своем мемуар­ном очерке о Белом).

«Дикая собака динго» была попыткой описать внутреннюю биографию девоч­ки-подростка как историю психологического преодоления — прежде всего Таня преодолевает отчуждение от отца. В этом эксперименте была отчетливая авто­биографическая составляющая: Фраерман тяжело переживал разлуку со своей дочерью от первого брака Норой Коварской. Победить отчуждение оказалось возможным только в чрезвычайных обстоятельствах, на грани физической гибели. Фраерман неслучайно называет чудесное спасение из бурана битвой Тани «за свою живую душу, которую в конце концов без всякой дороги отец нашел и согрел своими руками». Преодоление смерти и страха смерти здесь явным образом отождествлено с обретением отца. Непонятным остается одно: как советская издательская и журнальная система могла пропустить в печать произведение, основанное на идеях запрещенного в СССР психоанализа.

Заказ на школьную повесть

Кадр из фильма «Дикая собака динго», режиссер Юлий Карасик. 1962 год© «Ленфильм»

Тема развода родителей, одиночества, изображение нелогичных и странных подростковых поступков — всё это совершенно выбивалось из стандарта дет­ской и подростковой прозы 1930-х годов. Отчасти публикацию можно объяс­нить тем, что Фраерман выполнял государственный заказ: в 1938 году ему пору­чили написать школьную повесть. С формальной точки зрения он этот заказ выполнил: в книге есть и школа, и учителя, и пионерский отряд. Выпол­нил Фраерман и другое издательское требование, сформулированное на редак­ционном совещании «Детгиза» в январе 1938 года, — изобразить детскую друж­бу и заложенный в этом чувстве альтруистический потенциал. И всё же это не объ­­­­яс­няет, каким образом и почему был опубликован текст, до такой сте­­­­пени выходивший за рамки традиционной школьной повести.

Место действия

Кадр из фильма «Дикая собака динго», режиссер Юлий Карасик. 1962 год © «Ленфильм»

Действие повести происходит на Дальнем Востоке, предположительно в Хаба­ровском крае, на границе с Китаем. В 1938–1939 годах эти территории были в центре внимания советской прессы: сперва из-за вооруженного конфликта на озере Хасан (июль — сентябрь 1938 года), затем, уже после выхода повести, из-за боев у реки Халхин-Гол, на границе с Монголией. В обеих операциях Крас­ная армия вступила в военное столкновение с японской, человеческие потери были велики.

В том же 1939 году Дальний Восток стал темой знаменитой кинокомедии «Де­вушка с характером», а также популярной песни на стихи Евгения Долматовс­кого «Коричневая пуговка». Оба произведения объединяет эпизод поиска и разо­блачения японского шпиона. В одном случае это делает молодая девуш­ка, в другом — подростки. Фраерман не воспользовался тем же сюжетным ходом: в повести упоминаются пограничники; Танин отец, полковник, приез­жает на Дальний Восток из Москвы по служебному назначению, но военно-стратегический ста­тус места действия больше никак не эксплуатируется. При этом в повести нема­ло описаний тайги и природных ландшафтов: Фраерман воевал на Даль­нем Востоке во время Гражданской войны и хорошо знал эти места, а в 1934 го­ду ездил на Дальний Восток в составе писательской делега­ции. Не исключено, что для редакторов и цензоров географический аспект мог оказаться весомым аргументом в пользу публикации этой неформатной с точ­ки зрения соцреали­стических канонов повести.

Московский писатель

Александр Фадеев в Берлине. Фотография Роджера и Ренаты Рёссинг. 1952 год © Deutsche Fotothek

Повесть впервые вышла не отдельным изданием в «Детгизе», а во взрослом поч­тенном журнале «Красная новь». С начала 1930-х журнал возглавлял Алек­сандр Фадеев, с которым Фраерман находился в приятельских отношениях. За пять лет до выхода «Дикой собаки динго», в 1934 году, Фадеев и Фраерман оказа­лись вместе всё в той же писательской поездке в Хабаровский край. В эпи­зоде приезда московского писателя  В город приезжает писатель из Москвы, и в школе проходит его творческий вечер. Тане поручают преподнести писателю цветы. Желая проверить, действительно ли она так хороша собой, как говорят в школе, она идет в раздевалку, чтобы посмотреться в зеркало, но, увлекшись разглядыванием собственного лица, опрокидывает бутылку с чернилами и сильно пачкает ладонь. Кажется, что ката­строфа и публичный позор неминуемы. По до­­роге в зал Таня встречает писателя и просит его не подавать ей руки, не объяс­няя причину. Писатель разыгрывает сцену дарения цветов так, что никто в зале не за­мечает Таниного конфуза и ее испачканной ладони. велик соблазн увидеть автобиографичес­кую подоплеку, то есть изображение самого Фраермана, однако это было бы ошиб­кой. Как сказано в повести, московский писатель «родился в этом городе и да­же учился в этой самой школе». Фраерман же родился и вырос в Могилёве. А вот Фадеев действительно вырос на Дальнем Востоке и окончил там школу. К тому же московский писатель говорил «высоким голосом» и еще более тон­ким голосом смеялся — судя по воспоминаниям современников, именно такой голос был у Фадеева.

Приехав в Танину школу, писатель не только помогает девочке в ее затрудне­нии с испачканной чернилами рукой, но и проникновенно читает фрагмент одного из своих произведений о прощании сына с отцом, а в его высоком голо­се Тане слышатся «медь, звон трубы, на который откликаются камни». Обе гла­вы «Дикой собаки динго», посвященные приезду московского писателя, таким обра­зом, можно расценивать как своеобразный оммаж Фадееву, после которого глав­ный редактор «Красной нови» и один из самых влиятельных чиновников Союза советских писателей должен был с особой симпатией отнестись к новой повести Фраермана.

Большой террор

Кадр из фильма «Дикая собака динго», режиссер Юлий Карасик. 1962 год © «Ленфильм»

В книге вполне различима тема Большого террора. Мальчик Коля, племянник второй жены Таниного отца, попал в их семью по неизвестным причинам — он назван сиротой, но при этом ни разу не рассказывает о смерти родителей. Коля превосходно образован, знает иностранные языки: можно предположить, что его родители не просто позаботились о его образовании, но и сами были людьми весьма образованными.

Но это даже не главное. Фраерман предпринимает куда более смелый шаг, опи­сы­вая психологические механизмы исключения отверженного и наказанного властями человека из коллектива, где прежде его радушно принимали. По жа­ло­бе одного из школьных учителей в районной газете публикуется заметка, переворачивающая на 180 градусов реальные факты: Таню обвиняют в том, что она просто ради развлечения, несмотря на буран, потащила своего одноклас­сника Колю кататься на коньках, после чего Коля долго болел. Прочитав ста­тью, все ученики, кроме Коли и Фильки, отворачиваются от Тани, и требуется немало усилий, чтобы оправдать девочку и переломить общественное мнение. С трудом можно представить себе произведение советской взрослой литера­туры 1939 года, где появился бы подобный эпизод:

«Таня привыкла чувствовать всегда рядом с собой друзей, видеть их ли­ца и, увидев сейчас их спины, была изумлена. <…> …В раздевалке он то­же не увидел ничего хорошего. В темноте между вешалками у газеты всё еще толпились дети. Книги Тани были сброшены с подзеркальника на пол. И тут же, на полу, валялась ее дошка  Дошка, или доха, — шуба мехом внутрь и наружу., подаренная ей недавно отцом. По ней ходили. И никто не обращал внимания на сукно и бисер, которыми она была обшита, на ее выпушку из барсучьего меха, блестев­шего под ногами, как шелк. <…> …Филька опустился на колени в пыль среди толпы, и многие наступали на его пальцы. Но всё же он собрал книги Тани и, ухватившись за Танину дошку, изо всей силы старался вырвать ее из-под ног».

Так Таня начинает понимать, что школа — и общество — устроены не идеально и единственное, что может защитить от стадного чувства, — дружба и верность самых близких, проверенных людей.

Кадр из фильма «Дикая собака динго», режиссер Юлий Карасик. 1962 год © «Ленфильм»

Это открытие было совсем неожиданным для детской литературы 1939 года. Неожиданной была и ориентация повести на русскую литературную традицию произведений о подростках, связанную с культурой модернизма и литературой 1900-х — начала 1920-х годов.

В подростковой литературе, как правило, рассказывается об инициации — испы­­тании, переводящем ребенка во взрослые. Советская литература конца 1920-х — 1930-х годов обычно изображала такую инициацию в виде герои­че­ских деяний, связанных с участием в революции, Гражданской войне, кол­лек­тивизации или раскулачивании. Фраерман выбрал другой путь: его героиня, подобно героям-подросткам русской модернистской литературы, проходит через внутренний психологический переворот, связанный с осозна­нием и пересозданием собственной личности, обретением себя.

Что еще почитать о «Дикой собаке динго»:

Арзамасцева И. Н. Фраерман Рувим Исаевич. Русские детские писатели ХХ века: библиографический словарь. М., 1997. 

Балина М. Воспитание чувств à la sovietique: повести о первой любвиНеприкосновенный запас. № 2. 2008.

Жизнь и творчество Р. Фраермана. М., 1981.


Статья подготовлена в рамках работы над научно-исследовательским проектом ШАГИ РАНХиГС «Изоляционизм и советское общество: ментальные структуры, политические мифологии, культурные практики».­­

 
Как читать «Двенадцать месяцев»
 
Как читать «Приключения Бибигона»
13 ноября
14 ноября
15 ноября
16 ноября
17 ноября
20 ноября
21 ноября
22 ноября
23 ноября
24 ноября
27 ноября
28 ноября
29 ноября
30 ноября
1 декабря
4 декабря
5 декабря
6 декабря
7 декабря
8 декабря
11 декабря
12 декабря
Литература

7 секретов «Москвы — Петушков»

Ингредиенты коктейля «Сучий потрох», полоумная поэтесса, финская песенка и другие тайны