Курс № 2

Исторические подделки и подлинники

  • 3 лекции
  • 15 материалов

Сергей Иванов о порочных императрицах, корыстных филологах и о том, кто, как и зачем пытается изменить прошлое

Аудиолекции
Теперь мы готовим для вас лекции не только в видео-, но и в аудио­формате. Вы можете слушать рассказы ученых и на сайте Arzamas, и в наших подкастах, и на сайте SoundCloud!
PodcastiTunesSoundcloudSoundCloud

Конспект

Блистательный период правления константинопольского императора Юстиниана привлекал внимание историков и в Средневековье, и в эпоху Возрождения, и в Новое время. Естественным источником сведений времени Юстиниана стали сочинения Прокопия Кесарийского — придворного историка императора, написавшего труды его о войнах и о его постройках.

Поэтому сенсацией стала публикация в 1623 году произведения, атрибутированного Прокопию и названного «Тайной историей». Это был злобный и скандальный памфлет на императора Юстиниана, его жену Феодору и весь правящий класс Византийской империи. Его автор утверждает, что, работая над официальными трудами, был вынужден скрывать правду, опасаясь за собственную жизнь.

«На нас обрушивается целый вал не только разоблачений, но и самых фантастических сплетен, самых невероятных домыслов, самых фантастических обвинений. Считалось, что Прокопий Кесарийский, являясь антично образованным человеком, стилизуя свои официальные труды под сочинения Фукидида, являясь, ну, скептиком в своем мировоззрении, разумеется, ни в коем случае не мог бы показывать таких невероятных диких суеверий, которыми наполнен этот текст».

Сергей Иванов

Суеверия касались Юстиниана: Прокопий пересказывает свидетельства очевидцев, согласно которым вместо императора на троне видели дьявольское привидение. Сплетни были про императрицу: Феодора обвинялась в разврате.

«Немедленно после выхода в свет «Тайной истории» в 1623 году разразился скандал. Дело в том, что император Юстиниан был в натянутых и просто враждебных отношениях с папским престолом. Он унижал нескольких римских пап. <...> И поэтому многие исследователи, которые тогда, в XVII веке, находились во враждебном отношении с папством во Франции, в Германии, в Англии, немедленно объявили, что, разумеется, это фальшивка, которая призвана очернить императора Юстиниана и вообще всю политику, которая строилась на Юстиниановом кодексе».

Сергей Иванов

Сторонники версии о фальшивке указывали на значительную идейную и мировоззренческую разницу между «Тайной историей» и основным корпусом текстов Прокопия; на отсутствие цитат из памфлета в более поздних византийских сочинениях. Спор длился 250 лет до тех пор, пока филологи, используя так называемый закон Мейера, не доказали подлинность памфлета и авторство Прокопия Кесарийского.

«К концу XIX века консолидированное мнение ученых подтвердило подлинность «Тайной истории» и заставило взглянуть иначе на ранневизантийского писателя. Оказалось, что частью своих сочинений Прокопий является еще продолжателем античной традиции, а другой частью, если угодно, позволяет себе быть средневековым. Значит, переход от античности к Византии иногда происходил внутри творчества одного и того же автора».

Сергей Иванов

Споры вокруг «Тайной истории» учат, что нельзя судить о подлинности или поддельности того или иного источника на основании довода «Кому выгодно?».  

Конспект

Французско-немецкий византинист Карл Бенедикт Газе издал важнейший источник сведений о ранней древнерусской истории — тексты Льва Диакона. В приложении к изданию Газе поместил другой текст, впоследствие известный как «Записка готского топарха» (или «Записка греческого топарха»). В нем некий византийский чиновник описывает свое путешествие через снега, переправу через Днепр, войну с варварами и переговоры с неким могущественным правителем, жившим к северу от Дуная.

«Единственная временная привязка в этом тексте носит не хронологический, а, я бы сказал, астрологический характер. Сказано, что в это время Сатурн входил в созвездие Водолея. Поскольку Сатурн входит в созвездие Водолея каждые 30 лет, то, соответственно, историки выбирали между серединой X века, концом X века, началом XI века. И, соответственно, этот персонаж, царствующий к северу от Дуная, объявлялся то Святославом Игоревичем, то Владимиром Святославичем, то Ярославом Владимировичем».

Сергей Иванов

Газе утверждал, что видел рукопись «Записки» до того, как та покинула Францию. В это все легко поверили: после поражения Наполеона множество законных владельцев рукописей, хранившихся в Париже, потребовали и получили их обратно. И лишь в 1970 году выдающийся американский византинист Игорь Шевченко сделал сенсационный доклад о том, что «Записка» — это фальсификация самого Карла Бенедикта Газе.

«Шевченко поехал в Париж и нашел корректурные листы издания Льва Дьякона. Он обратил внимание на то, что рукой Газе греческий текст в гранках правится так, как обычно автор правит свое сочинение, а не как издатель правит публикуемый им текст. <...> Кроме того, Шевченко обратил внимание на то, что греческий язык, хотя и невероятно изысканный и, разумеется, совершенно безошибочный, тем не менее напоминает язык некоторых византийских авторов, которые жили после X века и которыми Газе занимался как исследователь и публикатор. <...> Наконец, он перебрал все рукописи, подходившие под описание Газе, и ни одна не содержала этого странного сочинения».

Сергей Иванов

Шевченко предположил, что Газе фальсифицировал «Записку топарха» из корысти, так как российские меценаты щедро платили ему за каждое открытие в области древнерусской истории. Подтверждение этому нашел византинист Игорь Медведев: он обнаружил другой, явно поддельный текст, который Газе пытался продать в Россию. Одновременно Медведев предположил, что «Записка готского топарха» могла быть остроумным переложением на греческий фрагмента из «Кандида» Вольтера.

«Хорошо ли то, что исследователи потратили столько сил на текст, оказавшийся фальшивкой? В конечном счете все равно хорошо. Потому что в попытках доказать подлинность или поддельность этого текста была проявлена невероятная, я бы сказал, ювелирная тщательность. Каждое слово было взвешено, прогнано через сотни контекстов. Мы стали гораздо лучше понимать, как устроен византийский язык конца X века».

Сергей Иванов

Кроме того, выяснилось, что у Газе, когда он работал не за русские деньги, все же была профессиональная совесть: составляя тезаурус древнегреческого языка, он не вставил в него примеры из фальшивой «Записки готского топарха».  

Конспект

Устанавливая поддельность или подлинность того или иного исторического источника, никогда нельзя исходить только из аргументов о том, что подделка могла быть кому-то выгодна. Пример — «Слово о полку Игореве». Рукопись этого текста появилась как из ниоткуда и таинственным образом пропала. В древнерусской литературе у «Слова» не было жанровых аналогов, а в ту же эпоху в Европе публикуются несколько романтических подделок, прославляющих древность того или иного народа. Все это давало основания предполагать поддельность «Слова о полку Игореве».

«Разумеется, ситуация с подлинностью или подложностью «Слова о полку Игореве» многократно ухудшилась в связи с тем, что это произведение было признано величайшим шедевром древнерусской литературы. В советском литературоведении всякие сомнения <в его подлинности> толковались как недостаток патриотизма. Когда выдающийся историк древней Руси Александр Зимин написал книгу, где обосновывал подложность «Слова о полку Игореве», он был подвергнут шельмованию, а его книга не была опубликована. <...> Тем самым разговор о подлинности или неподлинности «Слова о полку Игореве» пришел в тупик, потому что всякий человек, который говорил, что это произведение подлинное, как бы играл на руку коммунистической власти, а сомнение, наоборот, было формой диссидентства».

Сергей Иванов

Окончательно подлинность «Слова» была доказана только в начале XXI века российским лингвистом Андреем Зализняком. Он показал: чтобы подделать памятник XII века, фальсификатор XVIII века должен был обладать такими лингвистическими данными, которые языковеды сами получили лишь в XX веке, раскопав берестяные грамоты.

Противоположный пример — так называемая «Велесова (Влесова) книга», опубликованная в 1950-х в эмиграции писателем Юрием Миролюбовым. Ему дощечки, составляющие книгу, якобы показал белый эмигрант Али Изенбек, нашедший их в разоренном дворянском имении. Изенбек умер, дощечки пропали, и все, что осталось, — это копии Миролюбова.

«Публикация этих текстов вызвала невероятный взлет ажиотажа. Перед нами была языческая литература Древней Руси. Тексты, якобы записанные жрецами языческого культа в девятом веке нашей эры, за 100 лет до Крещения Руси, и повествующие об истории славян со второго тысячелетия до нашей эры. Если мы верим «Влесовой книге», то славяне вышли из Индии и прошли через Ближний Восток, прежде чем оказались на своих нынешних местах расселения. В тексте фигурируют многочисленные боги, в том числе и индийские, а также боги славянского пантеона, известные нам из других текстов. Рассказывается о выдающихся полководцах, о великих князьях, о великих победах, о передвижениях, о государствах и так далее, и так далее».

Сергей Иванов

Когда в 1960 году советские лингвисты опубликовали статью о том, что «Велесова книга» — это безграмотная подделка, многие восприняли это как официозную (и лживую) позицию советской власти, критикующей белоэмигрантов за подрыв основ марксистского подхода к истории.

В 1990-х стали доступны архивы Изенбека и Миролюбова, однако и разоблачение механизмов подделки не помешало популярности «Велесовой книги».

«Будучи деидеологизирован, спор о «Велесовой книге» совершенно не закончился — и вот почему. Дело в том, что подделки существуют в разных странах. Подделки существуют иногда для развлечения публики, иногда для пятиминутной сенсации, иногда в идеологических целях. Но эти подделки никогда не проникают в официальный нарратив науки, они не проникают в школьные учебники и программы. Дело в том, что в нормальной ситуации общество хранит доверие к специалистам. Пусть желтая пресса публикует любые разоблачения, любые «открытия» про тайны фараонов или заклятия гробниц. Но можно быть уверенным, что вся эта сенсационная пена не проникнет ни в академическую литературу, ни на страницы школьных или вузовских учебников. В России ситуация, к сожалению, гораздо более тяжелая. В России подорвано доверие к экспертам, и любая сенсация имеет шанс попасть и в научную литературу, и даже в школьные программы».

Сергей Иванов 
Материалы к курсу
Зачем фальсифицируют историю
Объясняет историк Иван Курилла
Фейк или нет?
Тест на историческую доверчивость
Сергей Иванов: «Гуманитарная наука все переоткрывает»
Недоказанные (пока) подделки
«Тихий Дон», татищевские известия и другие ценности, про которые мы не знаем всей правды
Детектив про «Слово о полку Игореве»
Петербургский филолог Александр Бобров раскрыл похищение шедевра
Почему «Велесова книга» — это фейк
10 причин, почему она не может быть подлинной
Грешная святая императрица
Противоречивое житие Феодоры, жены Юстиниана
Закон Мейера и его нарушитель
Как уникальный ритмический «почерк» помог опознать византийского историка
Прокопий Кесарийский и Михаил Кокшенов
Советский фильм «Русь изначальная» как источник сведений о Византии
Кто подделывал российские древности
Рассказ Александра Лифшица о знаменитых фальсификаторах
Самые таинственные слова в мире
Были ли русичи? Для чего использовали блудорез? Кто такой герцумсролик?
Два века споров о подлинности «Слова о полку Игореве»
От Пушкина до Зализняка: хроника
Жулики и воры в Византии
Криминальная хроника из «Тайной истории» Прокопия Кесарийского
Поддельные русские в ненастоящем Крыму
Знаменитая историческая фальсификация в комментариях
Андрей Зализняк против дилетантов и фальсификаторов
Научно-популярная книга великого лингвиста
Хроника
Спецпроекты
Русское искусство XX века
От Дягилева до Павленского — всё, что должен знать каждый, разложено по полочкам в лекциях и видео
Университет Arzamas
«Восток и Запад: история культур» — еженедельный лекторий в Российской государственной библиотеке
История России. XVIII век
Игры и другие материалы для школьников с методическими комментариями для учителей
Европейский университет в Санкт‑Петербурге
Один из лучших вузов страны открывает представительство на Arzamas — для всех желающих
Пушкинский
музей
Игра со старыми мастерами,
разбор импрессионистов
и состязание древностей
Emoji Poetry
Заполните пробелы в стихах и своем образовании
Стикеры Arzamas
Картинки для чатов, проверенные веками
200 лет «Арзамасу»
Как дружеское общество литераторов навсегда изменило русскую культуру и историю
XX век в курсах Arzamas
1901–1991: события, факты, цитаты
Август
Лучшие игры, шпаргалки, интервью и другие материалы из архивов Arzamas — и то, чего еще никто не видел
Идеальный телевизор
Лекции, монологи и воспоминания замечательных людей
Русская классика. Начало
Четыре легендарных московских учителя литературы рассказывают о своих любимых произведениях из школьной программы

Подписка на еженедельную рассылку

Оставьте ваш e-mail, чтобы получать наши новости

Введите правильный e-mail