Искусство

Альфред Шнитке — о том, почему шлягеры — это зло

Композитор Альфред Шнитке объясняет, почему добро в музыке так сложно изобразить, а символом зла является прилипчивый шлягер

Альфред Шнитке. 1989 год © ТАСС

«Сегодня шлягерность и есть нaиболее прямое в искусстве проявление зла. Причем зла в обобщенном смысле. Потому что зло имеет локальную окраску. Общим для любой локальности является стереотипизация мыслей, ощущений. Шлягерность — символ этой стереотипизации. Это — как консервы или таблетка с безошибочным действием: шлягер. И это и есть самое большое зло: паралич индивидуальности, уподобление всех всем. Причем шлягер является и продуктом, и причиной всего этого. Существует обратная связь между происхождением шлягера и влиянием его нa порождение новых шлягеров, на дaльнeйшyю стереотипизaцию. Конечно, какая-то механическая положительность в шлягерах есть: под аэробику крутят шлягеры, и это, наверное, хорошо (крутить Баха было бы плохо).
     Но в принципе шлягер в развитии искусства — это символ зла.
     Теперь о другом. Естественно, что зло должно привлекать. Оно должно быть приятным, соблазнительным, принимать облик чего-то легко вползающего в душу, комфортабельного, приятного, во всяком случае — увлекающего. Шлягер — хорошая маска всякой чертовщины, способ влезть в душу. Поэтому я не вижу другого способа выражения зла в музыке, чем шлягерность.
     Изображение негативных эмоций — разорванная фактура, разорванные мелодические линии, которые выражают состояние несобранности, взвинченности, скачущие мысли, — это тоже, конечно, отображение некоего зла, но зла не абсолютного. Это — зло сломанного добра. Разорванная душа — она, может быть, и хорошая. Но она — разорвана и от этого стала плохой. Выражение истеричности, нервозности, злобы есть выражение болезни, а не причины. А вот шлягерность — ближе к причине. Это — зло, которое посылается как наваждение, как испытание. Бороться с ним очень трудно.
     Ты говоришь о шлягерности в моей музыке. А я с удивлением слушаю, потому что если я подсчитаю количество шлягеров в моих сочинениях и их хронометраж, то получится не так уж много. Но это — „торчит“, потому что это — яркая „зараза“.
     Можно задать вопрос: „Ну а почему не выражать добро?“ Дело в том, что некосвенное, непосредственное выражение добра в музыке — это и есть самое трудное, а порой просто невозможное. Вспомним Фауст-симфонию Листа. Что в ней самое неинтересное? „Райский“ финал — он постный и догматический. Но, может быть, Лист — особый композитор, склонный к сатанизму в музыке, — тот человек, который по-настоящему и ввел сатанизм в музыку.
     Если вспомним, и в современной музыке позитивное не связано с наиболее яркими страницами. У Шостаковича, например, если взять Седьмую или Восьмую симфонии, относительно блеклые позитивные страницы зло не перевешивают».

Альфред Шнитке. Из разговора с Александром Ивашкиным 
Источники
  • Ивашкин А. Беседы с Альфредом Шнитке.
    М., 2015.
1 мая на Arzamas
2 мая на Arzamas
3 мая на Arzamas
4 мая на Arzamas
5 мая на Arzamas
8 мая на Arzamas
9 мая на Arzamas
10 мая на Arzamas
11 мая на Arzamas
12 мая на Arzamas
15 мая на Arzamas
16 мая на Arzamas
17 мая на Arzamas
18 мая на Arzamas
19 мая на Arzamas
22 мая на Arzamas
23 мая на Arzamas
24 мая на Arzamas
25 мая на Arzamas
26 мая на Arzamas
29 мая на Arzamas
30 мая на Arzamas
Литература, История

7 секретов «Ада» Данте

За что поэт отправил в преисподнюю мусульман, кентавров, философов и своих знакомых