Книги недели: выбор «Порядка слов»

Письма Хайдеггера и Арендт, переписка Пауля Целана с Ингеборг Бахман, удивительный украинский панфутуризм и Ходасевич о мышах: сотрудники книжного магазина «Порядок слов» выбирают лучшие книги недели

Ханна Арендт, Мартин Хайдеггер. «Письма 1925–1975 и другие свидетельства». Издательство Института Гайдара. М., 2016.
Повторный тираж

Долгожданная допечатка тиража книги, впервые вышедшей на русском языке в прошлом году и практически сразу ставшей библиографической редкостью.

«Дорогая фройляйн Арендт!
     <...> Между нами все должно быть предельно ясно и чисто. Лишь тогда мы будем достойны того события, каким оказалась наша встреча. То, что Вы стали моей ученицей, а я — Вашим учителем, есть только внешняя причина того, что произошло с нами.
     Я никогда не смогу обладать Вами, но Вы отныне часть моей жизни, и пусть она развивается подле Вас».

Это первое письмо, написанное Хайдеггером в университетском городе Марбурге, открывает переписку длиной в 50 лет; переписку, полную беспощадной любви и нежности, требовательности и непонимания, противоречий и завораживающей духовной силы. Мало что на свете есть прекраснее и вместе с тем загадочнее этой книги.

Содержание публикуемых здесь документов косвенно стало достоянием общественности в середине 1990-х годов, когда Эльжбета Эттингер, готовившая биографию Арендт, получила доступ к закрытому архиву и использовала его материлы в своей книге. Громкие имена, и без того яркие биографии — понадобилось совсем немного времени, чтобы отношения Ханны Арендт и Мартина Хайдеггера стали предметом сплетен и пересудов. После этого выход в свет ранее запрещенной к публикации переписки уже имел своей целью нечто обратное: очистить эти отношения от домыслов и позволить философам, как и влюбленным, самим говорить за себя.

Все остальные слова, на самом деле, будут избыточными. Личная драма, духовный рост и постоянная кропотливая работа над интеллектуальными трудами настолько тесно соседствуют между собой в этих письмах, что все издание можно разбить на соревнующиеся по значимости цитаты. «Взгляд», «Второй взгляд», «Осень» — три раздела книги маркируют три этапа отношений, разорванных в период с 1933 по 1950 год политическими обстоятельствами и возобновившихся в напряженном усилии все прояснить, с тем чтобы сопровождать обоих мыслителей до конца их жизни. Небольшой спойлер: Ханна Арендт не без гордости утверждает, что послужила поводом для того, чтобы «немецкий язык обогатился несколькими весьма красивыми стихотворениями».

«Время сердца. Переписка Ингеборг Бахман и Пауля Целана». Издательство Ad Marginem. М., 2015

Переписка Целана и Бахман сама по себе — прекраснейшее меланхолическое чтение. Тем не менее это чтение нуждается в контексте.

Диалог между известной австрийской писательницей Ингеборг Бахман и вторым после Рильке по важности германоязычным поэтом Паулем Целаном, начавшийся в немецких лагерях перемещенных лиц в 1948 году и закончившийся осенью 1961 года в Париже, сюжетно напоминает фильм Лилианы Кавани «Ночной портье» (впрочем, как и роман Хайдеггера с Арендт и многие другие романы этого времени). Еврей Целан сбежал из Черновцов от советских «освободителей», немка Бахман была воспитана в духе нацистской идеологии. Ее отец вступил в НСДАП еще в 1932 году, родители Целана погибли в концентрационном лагере в 1942-м. Бахман пишет успешную диссертацию по Хайдеггеру, Целан читает в своей патетической манере неблагодарной публике «Фугу смерти», посвященную гибели матери («Он читает прямо как Геббельс», — говорят в зале). На этом фоне разворачивается завораживающая история их невозможной любви длиной в 200 писем: «Я люблю тебя и не хочу тебя любить, это слишком много и слишком тяжело, однако прежде всего я люблю тебя», — пишет Бахман. «Ты — словно фен», — по-сюрреалистски мучает возлюбленную Целан. Их союз освятит сам Хайдеггер, заказав дуэту Целан — Бахман оду к своему семидесятилетию; они откажутся.

Но невозможная любовь так и останется невозможной в силу непреодолимости идеологических, пространственных и стилистических барьеров. После неудачной попытки совместной жизни с Ингеборг Целан женится, у Бахман начинается роман с писателем Максом Фришем, но их переписка не прекратится, перемежаясь, правда, теперь письмами Целана к Фришу и письмами Бахман к Жизель Целан-Лестранж. Последние несколько писем Целана останутся без ответа. Через несколько лет он разведется с женой и бросится в Сену с моста Мирабо. Бахман выведет возлюбленного в своем главном романе «Малина», превратив его в эмигранта, венгра Ивана. В этом же романе она опишет непростые отношения с Максом Фришем, который, в свою очередь, сделает Бахман прототипом главной героини книги «Назову себя Гантенбайн». Исследователи спустя полвека будут говорить о том, что роман «Малина» можно было бы назвать феминистским, если бы не предшествовавшая ему переписка с Целаном.

«Михайль Семенко и украинский панфутуризм. Манифесты. Мистификации. Статьи. Лирика. Визиопоэзия». Издательство Европейского университета. СПб., 2016

Кому-то попадет и эта книжка.
Историю литературы — не обойти, —
как бы я ни закрывал глаза и ни опускал их низко.
Не обманешь историю, читатель, и ты.

В замечательной серии Avant-garde вышла книга для тех, кто не был знаком с украинским авангардом начала ХХ века, то есть почти для всех. Хотя по прочтении этой книги создается впечатление (возможно, правильное, а возможно, и ложное), что украинский футуризм или, по самоназванию, панфутуризм (пан — в смысле «мировой», кстати) — это один-единственный человек. Человек вполне замечательный — Михайль Семенко. Шевченкоборец, в футуристическом порыве сбросивший единственного украинского классика с «парохода современности» («Я жгу свой „Кобзарь“»), забыв о том, что Шевченко для Украины фигура не столько литературная, сколько политическая. Писавший при этом исключительно на украинском (все тексты книги — это переводы) и растрелянный в 1937 году как украинский фашист, троцкист и контрреволюционер. Человек, бросавший вызов Маяковскому и Есенину и написавший очень сильное стихотворение на смерть последнего. Говоривший, что «легче трем верблюдам с телочкой в ушко иглы пролезть, чем футуристу сквозь укрлитературу к своим продраться».

Книга академически откомментирована и иллюстрирована: манифесты про деструкцию и музыку шумов, раздел «Мистификации» (телеграмма Маяковскому и мистификация с собственной смертью), но главное, конечно, — это стихи, которые здесь совершенно не для галочки; их можно, нужно и хочется читать.

Владислав Ходасевич. «Про мышей». Издательство «ОГИ». М., 2015

Ходасевич, выбравший для общения с миром «язык нежной ненависти», детским поэтом, конечно, никогда не был и быть не мыслил. Но году в 1916-м он получил письмо от Корнея Чуковского, задумавшего издать книгу для маленьких детей, в которой он хотел бы переломить «умильно-ласкательную» интонацию подобных произведений. «В книге должны были участвовать Брюсов, Маяковский, Волошин и другие» (другие — это, очевидно, Ходасевич). Стихотворение «Разговор человека с мышкой, которая ест его книги» впервые было опубликовано в 1918 году в детском сборнике «Елка», составленном Чуковским. Но, как выяснилось, этим стихотворением тема мышей в творчестве Ходасевича не ограничивается.

Вообще, мыши в произведениях Ходасевича возникли из семейной игры, о которой в своих воспоминаниях пишет жена поэта Анна Ивановна. Ходасевич же считал эти стихотворения (написанные для болеющей супруги или к годовщине совместной жизни) слишком личными и никогда их не публиковал. Но в издательстве ОГИ недавно собрали все «мышиные стихи» и сделали из них прекрасную иллюстрированную книжку — из разряда тех, что покупаешь себе под предлогом, что покупаешь детям.

25 сентября
26 сентября
27 сентября
28 сентября
29 сентября
2 октября
3 октября
4 октября
5 октября
6 октября
9 октября
10 октября
11 октября
12 октября
13 октября
16 октября
17 октября
18 октября
19 октября
20 октября
Литература, История

Главные цитаты Достоевского

Как возникли фразы «Тварь ли я дрожащая или право имею», «Красота спасет мир» и другие выражения писателя