Мобильное приложение
Радио Arzamas
УстановитьУстановить
Еврейский музей и центр толерантностиМатериалы
Материалы
Юрий Левитан: главный голос победы
Как реконструкции фронтовых сводок создавали коллективный миф о войне
Почему Гитлер ненавидел евреев?
И еще 4 вопроса об антисемитизме
Евгений Халдей: 13 снимков главного фотографа Великой Отечественной войны
«Знамя Победы над Рейхстагом», «Олень Яша», «Враг народа» и другие
Лагерные псалмы, игрушки для НКВД и метео-чертик: евреи в ГУЛАГе
Как сталинские репрессии меняли судьбы советских евреев и как заключенные в лагерях сохраняли свою национальную идентичность
История страны в 10 песнях Матвея Блантера
«Катюша», «Футбольный марш» и «Маленький оркестрик»
Бог — еврей?
И еще 6 вопросов о том, кто еврей, а кто нет
Что такое Шаббат и как его соблюдать
Смертная казнь за сбор валежника, 39 запрещенных работ и субботний лифт
8 причин запрета романа Василия Гроссмана «Жизнь и судьба»
Что возмущало критиков романа и на что рассчитывал сам Гроссман
13 слов на идише, помогающих понять еврейскую культуру
Почему цимес можно съесть и как инженеры связаны с талмудистами
Зачем евреям делают обрезание?
И еще 6 вопросов об иудаизме
Что значит шестиконечная звезда
Официальный еврейский символ, амулет от демонов и вывеска для пивной
Перец Маркиш и советская литература на идише
История эпохи в пяти биографиях с иллюстрациями Шагала и Лисицкого
10 цитат из писем и дневников Исаака Бабеля
Женщины в Красной армии, любовь к лошадям и искусство вымогать авансы
Как кипа держится на голове?
И еще 7 вопросов о еврейской традиции
Чем синагога отличается от храма и церкви
Объясняет историк Владимир Левин

Евгений Халдей: 13 снимков главного фотографа Великой Отечественной войны

Трое современных фотодокументалистов — Валерий Нистратов, Сергей Пономарев и Артур Бондарь — выбрали и прокомментировали самые интересные, на их взгляд, работы мастера

Валерий Нистратов
Оглавление
  1. Валерий Нистратов
  2. Сергей Пономарев
  3. Артур Бондарь

В основном то, что я знаю о Халдее, — несколько десятков известных фотогра­фий. Это хрестоматийные образы войны, например «Знамя Победы над Рейх­ста­­гом». Советские военные фотографы часто создавали пропагандистские образы, делали постановочные фотографии — Халдей, конечно, тоже этого не избежал. Поэтому мне хочется сосредоточить свое внимание на неизвест­ном мне Халдее, где Халдей скорее не фоторепортер, а прежде всего свидетель с камерой. Большинство кадров, которые я выбрал, сняты немного любитель­ским, неискушенным взглядом. В них есть подробности и детали. Советская фотография грешит их отсутствием: снимки тщательно ретушировали или просто избегали ненужных деталей в кадре при съемке.

«Мертвая женщина около Ландвер-канала» (1945)

© Евгений Халдей / Из коллекции МАММ / МДФ

Эта фотография поражает меня обыден­ностью смерти. На набережной Берлина лежит мертвая женщина, типичная немка. Неясно, убили ее или она покончила жизнь самоубийством. В этом интрига снимка — что произошло с этой женщи­ной, кто она? Такое ощущение, что фотографию сделал не репортер Совет­ской армии, а берлинский фотолюбитель, который гулял по набереж­ной в солнечный день.

Женщина, по всей видимости, городская дама среднего класса, хорошо одетая, в шляпке, в перчатках, туфлях, рядом — саквояж и какие-то вещи. Если вспомнить теорию Ролана Барта, то мы видим тут «пунктумы», мельчайшие детали, за которые цепляется взгляд    В своем эссе «Camera lucida» французский философ Ролан Барт формулирует два пар­ных понятия, опреде­ляю­щих специфику фотографии: studium и punctum. Studium обозначает культурную, языковую и полити­ческую интерпретацию фотографии, а punctum — укол, удар, личную деталь, которая устанавливает прямую связь с объек­том на фотографии. : изгиб пальцев, то, как повернута ее рука. Мне нравится композиция кадра: две линии — черная (мост) и белая (бордюр), которые сходятся за деревьями.

Это абсолютная, каноническая смерть, как ее мог бы изобразить поэт или ху­дож­ник. Перед нами безвременная фотография, не привязанная к опреде­ленной эпохе или моменту, и в этом ее сила. Да, мы знаем, что снимок сделан в военное время. Но ведь война — это рутина, в ней нет ничего герои­ческого. Даже в войну люди живут обычной жизнью — разница только в том, что тебя могут убить, когда ты выйдешь за хлебом.

«Берлинцы смотрят на советские танки, которые вошли в город» (1945)

© Евгений Халдей / Из коллекции МАММ / МДФ  

Что бы увидел на этой фотографии совет­ский человек? Что советские солдаты освобождают Берлин. Но я смотрю на этот снимок взглядом современного человека. И меня здесь цепляет ощущение полной неизвестности. Обычно на снимках с таким названием люди ликуют, встречают солдат с цветами. Но тут мы видим, что люди скорее растеряны. Они не знают, чего ждать.

На переднем плане стоит женщина с ботин­ками. Я задаю себе вопрос: почему она их дер­жит, зачем они ей? Лишняя пара обуви, которую она хочет вручить солдату? Или просто несет мужу?

Эта фотография не о ликовании при встрече солдат, а о двусмысленности того, что произой­дет дальше. Ботинки в руках у женщины — своего рода триггер, который заставляет думать об этом. Может, они — единственное, что у нее осталось, а солдаты, возможно, отнимут их и надругаются над ней. А может, солдаты, наоборот, помогут этой женщине.

Атмосфера на снимке мне кажется гнетущей, депрессивной: противопо­став­ление танков и женщин, сырая земля… Эта фотография не о радости, она скорее о начале очередной мрачной страницы истории, о предчувствии очередной формы насилия.

Аудио
 
Бронепоезд едет по Германии
Лейтенант Борис Итенберг — о первом бое на бронепоезде и встрече с немецким бытом

«Салют в освобожденном Севастополе» (1944)

© Евгений Халдей / Из коллекции МАММ / МДФ  

Это постановочный снимок. Идеальный для того, чтобы опубликовать его в газете вместе с новостью об освобождении Крыма — для поддержания боевого духа. Но я считаю, что на самом деле это фотогра­фия с двойным дном. У Халдея было все в порядке с чувством юмора и иронией. Часто в его работах присутствует абсурд.

В этой фотографии мне нравятся ее абсолют­ная дикость и безумие. Солдаты стоят в организованном Халдеем кадре — он попро­сил их пострелять в воздух. Они вроде бы радуются тому, что им удалось освободить город. И ты тоже сначала этим проникаешься. Но вдруг понимаешь, что эта эйфория совершен­но неоправданна, что в действительности радоваться нечему: война еще не закончена, и жизнь этих солдат может завершиться в любой момент. Важную роль в этом понимании играет задний фон: разбитая баржа, дым, памятник затоплен­ным кораблям — картина полнейшей разрухи.

Это черный юмор. Такую фотографию мог бы снять, например, 
Мартин Парр    Мартин Парр — современный британский фотограф-документалист, известный иронич­ными, часто абсурдными и не всегда лице­приятными съемками «обывателей» в повсед­невной жизни. . Халдей был очень ироничным человеком, и это не могло не сказаться на его фотографиях. Он мог выбрать не такой драматичный задний план, но в итоге фон выглядит противоречивым, и снимок приобретает двусмысленность. Раньше этот кадр был образцовой пропагандой, а сейчас его абсурдность просто бросается в глаза.

«Враг народа» (1938–1939)    Существует два варианта названия и дати­ров­ки этого снимка: «Враг народа» (1938–1939) и «Красноармеец ведет на допрос преда­теля Токарева, служившего при немцах бургомистром Керчи» (1942).

© Евгений Халдей / Из коллекции МАММ / МДФ 

Это очень необычная фотография, я наткнулся на нее случайно, раньше ни разу не видел. Визуально это плохой снимок, хотя у Халдея, разумеется, было чувство композиции и формы: глаза старика в неудачной фазе, темное пальто смешивается с черной решеткой, в центре кадра белое пятно, сам кадр разделен на две части. Вместе с тем я уверен, что это пропагандист­ская постановка — и, что самое странное, очень неуклюжая.

Обычно снимки «врагов народа» — это фор­мальные фото в профиль и анфас с номером и фамилией поверх снимка (есть даже такое понятие «фотография под арестом»). А тут снимок нарочито неформальный, репортаж­ный, к тому же он — часть серии, в которой «враг народа» идет на допрос, его допраши­вают и т. д. 

Фотограф как будто специально снимает плохо, чтобы было больше похоже на правду. Мне эта фотография интересна как образец конструктора по произ­вод­ству фальши: мол, сделайте нам иллюстрацию к статье про то, как власть вылавливает недобитых врагов народа. И это прекрасный пример того, как и в каких обстоятельствах работал советский фотограф.

Сергей Пономарев

Мастерство фотографа определяется в первую очередь умением компоновать кадр. Это основная заповедь любого жанра фотографии. По снимкам Халдея можно учиться композиции и технике фотографии. Это поразительно уже потому, что Халдей как военкор часто снимал в экстремальных условиях, под пулями. И конечно, он пони­мал, что его снимки еще должны будут пройти фильтр цензуры.

Просмотрев архив Халдея, я выбрал несколько снимков: иногда меня завора­живал кадр, казалось бы, достаточно простой, просто пейзаж, но как фото­граф я видел в нем мысль автора, желание усилить кадр, сказать что-то большее. Иногда я замечал схожие приемы, которые автор применял в разных местах. Некоторые снимки перекликались с моей собственной биографией фотографа.

«Пограничники. Тянь-Шань» (1938) и «На Мурманском направлении» (1941)

У нас говорят: любитель применяет 10 штам­пов, а профессионал оперирует сотней. Очень часто фотограф, когда снимает войска, применяет в композиции ритм — чередует темные и светлые объекты в кадре. И вот мы видим один и тот же прием в совер­шенно разных местах: конный патруль в горах Тянь-Шаня и солдаты где-то на Мурманском направлении. В этих кадрах важна детальная проработка и артистич­ность силуэтов. Поскольку фигуры очень темные, только мастерство фотографа можем дать нам возможность прочесть детали: плащ-палатки, буденовки, винтовки. При вроде бы одинаковой компо­зиции у обоих кадров совершенно особенное на­строение. В тянь-шаньском — безмятежность и уверенность во всем: и в позах всадников, и в мерном шаге коней, и в фоне — небо светлое, снег чистый. В мурманском снимке солдаты идут по краю воды, как по острию. Их силуэты отражаются в воде, создавая ощущение какой-то двойственности, которая усиливается темным, контраст­ным небом. Позы у солдат напряженные: хоть и видно, что они идут налегке, они как бы нагружены бременем войны.

«Разрушенный Севастополь» (1944)

© Евгений Халдей / Из коллекции МАММ / МДФ 

Другой удивительный кадр — разрушенный Севастополь в мае 1944 года. Меня здесь привлекло то, что Халдей не стал просто фотографировать разрушения, у него много таких снимков, где просто запечатлено war porn   War porn — особенно жестокие материалы (фото, видео, иногда текст и аудио), которые эксплуатируют темы насилия и разрушений на войне. . Он попробовал внести жизнь в кадр и обрамил разрушенное здание живыми деревьями и кустами. Я думаю, что к 1944 го­ду он повидал уже много разрушений и не хо­тел рутинно документировать еще одни развалины. В этом снимке я считываю его мысль, что жизнь продолжается, разру­шения временны, дома отстроят, а деревья станут еще больше. Еще в этом кадре нет людей, что необычно для фотожурна­листики. Думаю, что это тоже не случайно, в этом есть своя эстетика, созерцатель­ность — посмотрите, как руины сочетаются с кучевыми облаками.

«Поэт Евгений Долматовский со скульптурной головой Гитлера в Берлине» (1945)

Этот снимок, возможно, видели многие, но мне он близок в связи с неко­торыми личными воспоминаниями. Изображенный здесь поэт Евгений Долматовский в своей книге «Было» вспоминает, как нашел голову Гитлера в одном из помещений Рейхстага:

«Я прошел к трибуне. Под ней валялась сорванная с какого-то памят­ника бронзовая голова Гитлера. Не знаю почему, я поднял ее и вынес из здания. Она была тяжелая, у Бранденбургских ворот я ее бросил, и она со звоном покатилась по брусчатке под смех стоявших там наших солдат».

Очевидно, прямо перед этим Халдей и запе­чатлел Долматовского с Гитлером в руке.

Когда-то я оказался в похожей ситуации. Точно так же я входил в захва­ченный город и наблюдал, как люди, годами ненавидевшие своего врага, вдруг получают все, чем он вла­дел, в свою полную власть. Памятники дикта­торов летят под ноги солдатам. У меня это было в Триполи, и в моем случае это была голова Каддафи    Битва за Триполи — одно из сражений гражданской войны в Ливии (2011 год — наши дни) между приверженцами ливийского лидера Муаммара Каддафи и сторонниками Национального переходного совета за овла­дение столицей Ливии Триполи. В результате город перешел под контроль переходного Национального совета и его сторонников. С падением Триполи последней крупной базой каддафистов в Ливии остался Сирт. .

К сожалению, я не знаю, куда подевалась та голова, в тот день думать приходилось много о чем другом. Думаю, что Халдею в тот момент тоже было не до Долматовского с его головой Гитлера. Для него, как для репор­тера Советской армии, главным символом победы должен был стать красный флаг над Рейхстагом.

«Знамя Победы над Рейхстагом» (1945)

© Евгений Халдей / Из коллекции МАММ / МДФ  

По мере продвижения Красной армии к Бер­лину в каждом занятом городе на главном административном здании водружался крас­ный флаг. По снимкам, сделанным в эти моменты, видно, что отрабатывать свой легендарный кадр со знаменем над Рейхста­гом Халдей начал заранее.

Советский флаг у здания парламента в Будапеште. 1945 год © Евгений Халдей / Из коллекции МАММ / МДФ 

К примеру, мы видим снимки, сделанные им в феврале 1945-го в Будапеште. Вначале солдат вешает флаг перед зданием парла­мента. Солдат один, снят с нижней точки, чтобы передать перспективу здания. Но в кадре нет торжественности, он очень будничный.

Советский флаг над Будапештом на крыше парламента. 1945 год © Евгений Халдей / Из коллекции МАММ / МДФ  

После этого в том же Будапеште Халдей берет солдат с собой на крышу парла­мента, и они вешают флаг уже там. Поскольку фотограф оказался на одном уровне со своими героями, он не смог передать перспективы города. Кроме того, половина кадра оказалась занята небом, она как бы стала нерабочей, а кадр — не очень композиционным.

Флаг Победы на аэродроме в Темпельхофе. Берлин, 1945 год© Евгений Халдей / Из коллекции МАММ / МДФ 

В следующий раз Халдей снимал водружение флага уже в Берлине, в аэропорту Темпель­хоф. Фигура орла образует композиционный баланс с флагом, но нет перспективы города.

Когда Халдей наконец оказывается на крыше Рейхстага, он учитывает все ошиб­ки преды­дущих попыток и пробует более высокую точку съемки, чтобы бойцы оказались ниже его и город был виден.

Знамя Победы над Рейхстагом. 1945 год © Евгений Халдей / Из коллекции МАММ / МДФ 

В архиве есть несколь­ко кадров, по которым видно, что и здесь Халдей некото­рое время ищет идеаль­ный ракурс, пока в итоге не делает идеальную по компо­новке фото­графию. Она и войдет в историю как самый известный снимок Берлина, посвященный окончанию войны.

При публикации «Знамени Победы над Рейх­ста­гом» снимок подвергся рету­широ­ванию. В частности, добавили грозовые облака для драматизма и убрали вторые часы на руке одного из солдат, чтобы избежать подозрений в мародер­стве. В экспозиции Еврейского музея и центра толерантности можно увидеть подлин­ный, неотретушированный негатив «Знамени Победы над Рейхстагом», подарен­ный музею несколько лет назад.

Артур Бондарь

Евгений Халдей безошибочно чувствовал свое время. Его интуиция, любо­знательность и усердие в создании снимков — свидетелей эпохи сделали его одним из самых значимых фотографов XX века. Непросто было остано­виться, выбирая любимые снимки из вели­кого наследия Халдея, но я попытался, стараясь обойтись без наиболее растиражи­рованных.

«Объявление о начале Великой Отечественной войны» (Москва, 22 июня 1941 года)

© Евгений Халдей / Из коллекции МАММ / МДФ  

22 июня 1941 года началась Великая Отече­ственная война. Люди на фотогра­фии слу­шают историческую речь наркома иностран­ных дел Вячеслава Моло­това: «…без предъ­явления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны германские войска напали на нашу страну». Фотография историческая, отражающая первый день огромной трагедии. И Халдей прочув­ствовал это.

Фотография очень грамотно выстроена с точки зрения компози­ции. На снимке мы видим перспективу уходящей вдаль улицы 25 Октября (сегодня Николь­ская) и образ, по которому можно сразу иденти­фицировать место и страну — Кремль на заднем плане.

Евгений Халдей был мастером того, что другой великий фото­граф, Анри Картье-Брессон, называл «решающим моментом»: мы как будто слышим объявление о начале войны и видим, как оно действует на слушателей. Эмоциональная напряженность заполняет снимок. Люди на переднем плане, замерев, смотрят по диагонали вверх, хотя там ничего нет, даже громкогово­ритель за кадром. Складывается ощущение, что они смотрят на небо и уповают на Божью помощь в надви­гающейся неизвестности. Более того, в одном этом снимке уживаются разные эмоции каждого из героев: мужчина застыл с сигаретой и ловит каждое слово; девушка нервно трогает губы кончиками пальцев, глубоко погруженная в свои переживания и мысли; другая девушка, наоборот, сурово смотрит вперед; наконец, на первом плане женщина смотрит вверх с вопрошающим взглядом — что дальше?

«Олень Яша» (1941)

© Евгений Халдей / Из коллекции МАММ / МДФ   

Евгений Халдей, как и многие другие доку­ментальные фотографы его времени, не только фиксировал реальность, но и созда­вал, придумывал снимки. Сейчас невозможно себе представить, чтобы фотожурналист прибегал к монтажу. Но во времена Халдея фотография активно использовалась как действенное средство идеологической пропаганды, часто в ущерб правдивости. В газетах снимки иллюстриро­вали вычитанный цензурой текст и должны были ему соответствовать. Детали фотографий часто вырезались, доклеивались, дорисо­вывались, закрашивались или выцара­пывались. Финальное изображение в этом случае имело мало общего с оригинальным негативом.

В творчестве Халдея один из самых извест­ных и визуально очень сильных примеров монтажа — фотография «Олень Яша». Фотограф здесь применил мультиэкспо­зицию (оптическое впечатывание деталей снимка с различных негативов). На ориги­нальном негативе с оленем, контуженным во время бомбарди­ровки Мурманска и вышедшим к солдатам, не было ни взрывов, ни мчащихся в небе истребителей. Халдей создал эту фотографию из несколь­ких снимков, и по ней мы можем оценить его художественный взгляд, как он мыслил и составлял кадр.

Оленя по законам золотого сечения уравновешивают комья земли от взрыва, на который устремлен взгляд животного. Между ними, посередине кадра, — сломанное дерево как образ оборвавшейся жизни. Взгляд зрителя всегда идет слева направо, и здесь он наталкивается на встречную динамику летящих самолетов. В результате получается очень эмоциональный и яркий образ жизни, которую губит война, развязан­ная человеком.

«Поэт Евгений Долматовский со скульптурной головой Гитлера в Берлине» (1945)

© Евгений Халдей / Из коллекции МАММ / МДФ  

Один из самых известных снимков, символи­зирующих конец войны и победу Красной армии, — фотография Халдея «Знамя Победы над Рейхстагом» (тоже, кстати, постановоч­ная и отредактированная). Но мне лично гораздо более красноречивой и правдивой кажется фотография поэта Евгения Долма­товского со скульптурной головой Гитлера (по воспоминаниям Долматовского, голову фюрера он подобрал неподалеку из кучи мусора).

Этот снимок довольно простой. Но в позе Долматовского, в том, как он стоит с Гитле­ром в одной руке и с тростью в другой, в том, как открыто и искренне он улыбается, есть общечеловеческая радость от окончания войны. Грамотно выстроенная композиция кадра немного напоминает по построению и перспек­тиве снимок первого дня войны в Москве на Никольской. Только на заднем плане вместо Кремля — Рейхстаг. На среднем плане мы видим пушки, танки, лошадей и развалины разрушенного Берлина, которые создают атмосферную картину одного из последних дней войны.

Небольшая нерезкость придает бо́льшую правдивость снимку, потому что так он напоминает нам обычную любитель­скую фотографию. Она не идеально резкая, а сделана как будто бы невзначай, на ходу. Неизвестно, задумал ли так фото­граф или просто снимал в спешке, но и это сработало на пользу снимку: такой фото­графии мы верим еще больше.

другие материалы о фотографии
 
Лекция «Фотография — это искусство?»
 
Рубрика «Фотография дня»: рассказываем о судьбе самых удивительных снимков
 
История изобретателя фотографии, который не стал первым
 
Надар: история главного фотографа XIX века в 10 снимках
 
История одной редкой фотографии Петра Чайковского

«Путешествующий кинотеатр» (1951)

© Евгений Халдей / Журнал «Клуб» / Издательство ВЦСПС

Этот снимок Евгений Халдей сделал для созданного в 1951 году журнала «Клуб». Это время было сложным периодом в жизни фотографа. Его, как еврея, уволили из фото­агентства ТАСС за якобы недостаточный образовательный уровень и недостаточную политическую грамотность. Единственное место, куда Халдей смог устроиться, — общественно-политический и научно-методи­ческий журнал ВЦСПС   ВЦСПС — Всесоюзный центральный совет профессиональных союзов, руководивший деятельностью всех профсоюзных организаций в СССР с 1918 до 1990 года. и Мини­стерства культуры СССР «Клуб». Вернувшись на родную Украину, Халдей делает снимок «Путешествующий кинотеатр».

Эта фотография одновременно очень многопла­новая и гармоничная. Мы видим колхоз­ников, завороженно смотрящих на экран, оставленный за кадром. Кто-то сидит прямо на земле, кто-то стоит, кто-то расположился в кабине трактора или кузове грузовика. Здесь снова мастерски пойман момент — начало 1950-х. Герои снимка — люди и техника, покорители природы на пути к светлому будущему. Мы не знаем, какую картину смотрят эти зрители, но кажется, что они смотрят в буду­щее: кто-то с насторожен­ностью,  кто-то с интересом или надеждой.

«Мать всех сынов» (1970)

© Евгений Халдей / Из коллекции МАММ / МДФ  

Это снимок Востряковского кладбища в Москве. На 22-м его участке распо­ложены братские могилы, в которых покоятся 1132 погибших в Великой Отечественной войне. Фотография сделана в 1970 году, то есть спустя 25 лет после окончания войны. Снимок очень поэтичный и символичный. Мы видим выстроенную перспективу уходящих вдаль надгробий с высеченными на них именами. Форма этих захоронений напоминает военные заградительные сооружения пирамидальной формы, которые еще называют «зубы дракона». В левом углу кадра стоит женщина в траурной черной одежде — вдова или мать погибшего героя войны. Мы не знаем ее имени, но на этом снимке она олице­тво­ряет жен и матерей всех, кто лежит в этих могилах. Холодную, молчали­вую, завораживающую атмосферу снимка венчает зимний пейзаж с елями, занесенными снегом.

Этот снимок в каком-то смысле автопортрет. Так, наверно, ощущал себя в то время сам Халдей: уходит все больше свидетелей войны — поколение, к которому принадле­жал фотограф. Когда-нибудь и он присоеди­нится к ним, и останутся только ели, молчаливо стоящие вокруг могил.

В постоянной экспозиции Еврейского музея, в разделе «Холокост и Великая Отечественная война», есть биографический видеоочерк о Евгении Халдее из цикла «Еврейские судьбы». Кроме того, до 6 сентября в музее проходит выставка «Неизвестный Берлин. Май 1945 года», на которой в том числе представлены снимки Халдея.  

читайте также в рубрике «еврейские судьбы»
 
Перец Маркиш и советская литература на идише
 
Матвей Блантер: история страны в 10 песнях
 
Исаак Бабель: 10 цитат из писем и дневников
 
Василий Гроссман: 8 причин запрета романа «Жизнь и судьба»
ПАРТНЕРЫ ПРОЕКТА
Хотите быть в курсе всего?
Подпишитесь на нашу рассылку, вам понравится. Мы обещаем писать редко и по делу
Курсы
Курс № 81 Зачем люди ведут дневники, а историки их читают
Курс № 80 Народные песни русского города
Курс № 79 Метро в истории, культуре и жизни людей
Курс № 78 Идиш: язык и литература
Курс № 77 Как читать любимые книги по-новому
Курс № 76 Антропология Севера: кто и как живет там, где холодно
Курс № 75 Экономика пиратства
Курс № 74 История денег
Курс № 73 Как русские авангардисты строили музей
Курс № 72 Главные философские вопросы. Сезон 2: Кто такой Бог?
Курс № 71 Открывая Россию: Ямал
Курс № 70 Криминология:
как изучают преступность и преступников
Курс № 69 Открывая Россию: Байкало-Амурская магистраль
Курс № 68 Введение в гендерные исследования
Курс № 67 Документальное кино между вымыслом и реальностью
Курс № 66 Мир Владимира Набокова
Курс № 65 Краткая история татар
Курс № 64 Американская литература XX века. Сезон 1
Курс № 63 Главные философские вопросы. Сезон 1: Что такое любовь?
Курс № 62 У Христа за пазухой: сироты в культуре
Курс № 61 Антропология чувств
Курс № 60 Первый русский авангардист
Курс № 59 Как увидеть искусство глазами его современников
Курс № 58 История исламской культуры
Курс № 57 Как работает литература
Курс № 56 Открывая Россию: Иваново
Курс № 55 Русская литература XX века. Сезон 6
Курс № 54 Зачем нужны паспорт, ФИО, подпись и фото на документы
Курс № 53 История завоевания Кавказа
Курс № 52 Приключения Моне, Матисса и Пикассо в России 
Курс № 51 Блокада Ленинграда
Курс № 50 Что такое современный танец
Курс № 49 Как железные дороги изменили русскую жизнь
Курс № 48 Франция эпохи Сартра, Годара и Брижит Бардо
Курс № 47 Лев Толстой против всех
Курс № 46 Россия и Америка: история отношений
Курс № 45 Как придумать свою историю
Курс № 44 Россия глазами иностранцев
Курс № 43 История православной культуры
Курс № 42 Революция 1917 года
Курс № 41 Русская литература XX века. Сезон 5
Курс № 40 Человек против СССР
Курс № 39 Мир Булгакова
Курс № 38 Как читать русскую литературу
Курс № 37 Весь Шекспир
Курс № 36 Что такое
Древняя Греция
Курс № 35 Блеск и нищета Российской империи
Курс № 34 Мир Анны Ахматовой
Курс № 33 Жанна д’Арк: история мифа
Курс № 32 Любовь при Екатерине Великой
Курс № 31 Русская литература XX века. Сезон 4
Курс № 30 Социология как наука о здравом смысле
Курс № 29 Кто такие декабристы
Курс № 28 Русское военное искусство
Курс № 27 Византия для начинающих
Курс № 26 Закон и порядок
в России XVIII века
Курс № 25 Как слушать
классическую музыку
Курс № 24 Русская литература XX века. Сезон 3
Курс № 23 Повседневная жизнь Парижа
Курс № 22 Русская литература XX века. Сезон 2
Курс № 21 Как понять Японию
Курс № 20 Рождение, любовь и смерть русских князей
Курс № 19 Что скрывают архивы
Курс № 18 Русский авангард
Курс № 17 Петербург
накануне революции
Курс № 16 «Доктор Живаго»
Бориса Пастернака
Курс № 15 Антропология
коммуналки
Курс № 14 Русский эпос
Курс № 13 Русская литература XX века. Сезон 1
Курс № 12 Архитектура как средство коммуникации
Курс № 11 История дендизма
Курс № 10 Генеалогия русского патриотизма
Курс № 9 Несоветская философия в СССР
Курс № 8 Преступление и наказание в Средние века
Курс № 7 Как понимать живопись XIX века
Курс № 6 Мифы Южной Америки
Курс № 5 Неизвестный Лермонтов
Курс № 4 Греческий проект
Екатерины Великой
Курс № 3 Правда и вымыслы о цыганах
Курс № 2 Исторические подделки и подлинники
Курс № 1 Театр английского Возрождения
Курс № 81 Зачем люди ведут дневники, а историки их читают
Курс № 80 Народные песни русского города
Курс № 79 Метро в истории, культуре и жизни людей
Курс № 78 Идиш: язык и литература
Курс № 77 Как читать любимые книги по-новому
Курс № 76 Антропология Севера: кто и как живет там, где холодно
Курс № 75 Экономика пиратства
Курс № 74 История денег
Курс № 73 Как русские авангардисты строили музей
Курс № 72 Главные философские вопросы. Сезон 2: Кто такой Бог?
Курс № 71 Открывая Россию: Ямал
Курс № 70 Криминология:
как изучают преступность и преступников
Курс № 69 Открывая Россию: Байкало-Амурская магистраль
Курс № 68 Введение в гендерные исследования
Курс № 67 Документальное кино между вымыслом и реальностью
Курс № 66 Мир Владимира Набокова
Курс № 65 Краткая история татар
Курс № 64 Американская литература XX века. Сезон 1
Курс № 63 Главные философские вопросы. Сезон 1: Что такое любовь?
Курс № 62 У Христа за пазухой: сироты в культуре
Курс № 61 Антропология чувств
Курс № 60 Первый русский авангардист
Курс № 59 Как увидеть искусство глазами его современников
Курс № 58 История исламской культуры
Курс № 57 Как работает литература
Курс № 56 Открывая Россию: Иваново
Курс № 55 Русская литература XX века. Сезон 6
Курс № 54 Зачем нужны паспорт, ФИО, подпись и фото на документы
Курс № 53 История завоевания Кавказа
Курс № 52 Приключения Моне, Матисса и Пикассо в России 
Курс № 51 Блокада Ленинграда
Курс № 50 Что такое современный танец
Курс № 49 Как железные дороги изменили русскую жизнь
Курс № 48 Франция эпохи Сартра, Годара и Брижит Бардо
Курс № 47 Лев Толстой против всех
Курс № 46 Россия и Америка: история отношений
Курс № 45 Как придумать свою историю
Курс № 44 Россия глазами иностранцев
Курс № 43 История православной культуры
Курс № 42 Революция 1917 года
Курс № 41 Русская литература XX века. Сезон 5
Курс № 40 Человек против СССР
Курс № 39 Мир Булгакова
Курс № 38 Как читать русскую литературу
Курс № 37 Весь Шекспир
Курс № 36 Что такое
Древняя Греция
Курс № 35 Блеск и нищета Российской империи
Курс № 34 Мир Анны Ахматовой
Курс № 33 Жанна д’Арк: история мифа
Курс № 32 Любовь при Екатерине Великой
Курс № 31 Русская литература XX века. Сезон 4
Курс № 30 Социология как наука о здравом смысле
Курс № 29 Кто такие декабристы
Курс № 28 Русское военное искусство
Курс № 27 Византия для начинающих
Курс № 26 Закон и порядок
в России XVIII века
Курс № 25 Как слушать
классическую музыку
Курс № 24 Русская литература XX века. Сезон 3
Курс № 23 Повседневная жизнь Парижа
Курс № 22 Русская литература XX века. Сезон 2
Курс № 21 Как понять Японию
Курс № 20 Рождение, любовь и смерть русских князей
Курс № 19 Что скрывают архивы
Курс № 18 Русский авангард
Курс № 17 Петербург
накануне революции
Курс № 16 «Доктор Живаго»
Бориса Пастернака
Курс № 15 Антропология
коммуналки
Курс № 14 Русский эпос
Курс № 13 Русская литература XX века. Сезон 1
Курс № 12 Архитектура как средство коммуникации
Курс № 11 История дендизма
Курс № 10 Генеалогия русского патриотизма
Курс № 9 Несоветская философия в СССР
Курс № 8 Преступление и наказание в Средние века
Курс № 7 Как понимать живопись XIX века
Курс № 6 Мифы Южной Америки
Курс № 5 Неизвестный Лермонтов
Курс № 4 Греческий проект
Екатерины Великой
Курс № 3 Правда и вымыслы о цыганах
Курс № 2 Исторические подделки и подлинники
Курс № 1 Театр английского Возрождения
Все курсы
Спецпроекты
Железные дороги в Великую Отечественную войну
Аудиоматериалы на основе дневников, интервью и писем очевидцев c комментариями историка
Война
и жизнь
Невоенное на Великой Отечественной войне: повесть «Турдейская Манон Леско» о любви в санитарном поезде, прочитанная Наумом Клейманом, фотохроника солдатской жизни между боями и 9 песен военных лет
Фландрия: искусство, художники и музеи
Представительство Фландрии на Arzamas: видеоэкскурсии по лучшим музеям Бельгии, разборы картин фламандских гениев и первое знакомство с именами и местами, которые заслуживают, чтобы их знали все
Еврейский музей и центр толерантности
Представительство одного из лучших российских музеев — история и культура еврейского народа в видеороликах, артефактах и рассказах
Музыка в затерянных храмах
Путешествие Arzamas в Тверскую область
Подкаст «Перемотка»
Истории, основанные на старых записях из семейных архивов: аудиодневниках, звуковых посланиях или разговорах с близкими, которые сохранились только на пленке
Arzamas на диване
Новогодний марафон: любимые ролики сотрудников Arzamas
Как устроен оркестр
Рассказываем с помощью оркестра musicAeterna и Шестой симфонии Малера
Британская музыка от хора до хардкора
Все главные жанры, понятия и имена британской музыки в разговорах, объяснениях и плейлистах
Марсель Бротарс: как понять концептуалиста по его надгробию
Что значат мидии, скорлупа и пальмы в творчестве бельгийского художника и поэта
Новая Третьяковка
Русское искусство XX века в фильмах, галереях и подкасте
Видеоистория русской культуры за 25 минут
Семь эпох в семи коротких роликах
Русская литература XX века
Шесть курсов Arzamas о главных русских писателях и поэтах XX века, а также материалы о литературе на любой вкус: хрестоматии, словари, самоучители, тесты и игры
Детская комната Arzamas
Как провести время с детьми, чтобы всем было полезно и интересно: книги, музыка, мультфильмы и игры, отобранные экспертами
Аудиоархив Анри Волохонского
Коллекция записей стихов, прозы и воспоминаний одного из самых легендарных поэтов ленинградского андеграунда 1960-х — начала 1970-х годов
История русской культуры
Суперкурс Онлайн-университета Arzamas об отечественной культуре от варягов до рок-концертов
Русский язык от «гой еси» до «лол кек»
Старославянский и сленг, оканье и мат, «ѣ» и «ё», Мефодий и Розенталь — всё, что нужно знать о русском языке и его истории, в видео и подкастах
История России. XVIII век
Игры и другие материалы для школьников с методическими комментариями для учителей
Университет Arzamas. Запад и Восток: история культур
Весь мир в 20 лекциях: от китайской поэзии до Французской революции
Что такое античность
Всё, что нужно знать о Древней Греции и Риме, в двух коротких видео и семи лекциях
Как понять Россию
История России в шпаргалках, играх и странных предметах
Каникулы на Arzamas
Новогодняя игра, любимые лекции редакции и лучшие материалы 2016 года — проводим каникулы вместе
Русское искусство XX века
От Дягилева до Павленского — всё, что должен знать каждый, разложено по полочкам в лекциях и видео
Европейский университет в Санкт‑Петербурге
Один из лучших вузов страны открывает представительство на Arzamas — для всех желающих
Пушкинский
музей
Игра со старыми мастерами,
разбор импрессионистов
и состязание древностей
Стикеры Arzamas
Картинки для чатов, проверенные веками
200 лет «Арзамасу»
Как дружеское общество литераторов навсегда изменило русскую культуру и историю
XX век в курсах Arzamas
1901–1991: события, факты, цитаты
Август
Лучшие игры, шпаргалки, интервью и другие материалы из архивов Arzamas — и то, чего еще никто не видел
Идеальный телевизор
Лекции, монологи и воспоминания замечательных людей
Русская классика. Начало
Четыре легендарных московских учителя литературы рассказывают о своих любимых произведениях из школьной программы