Мобильное приложение
Радио Arzamas
УстановитьУстановить
Курс № 53 История завоевания КавказаЛекцииМатериалы
Лекции
28 минут
1/4

Зачем Россия воевала на Кавказе

Экономические и политические причины русской экспансии на Кавказ

Владимир Лапин

Экономические и политические причины русской экспансии на Кавказ

39 минут
2/4

Как Российская империя увязла на Кавказе

Трудности, с которыми столкнулась русская армия в горах

Владимир Лапин

Трудности, с которыми столкнулась русская армия в горах

29 минут
3/4

Как Александр I присоединял Грузию

Как Российская империя смогла объединить грузинские княжества, и почему ей пришлось завоевывать Азербайджан

Владимир Лапин

Как Российская империя смогла объединить грузинские княжества, и почему ей пришлось завоевывать Азербайджан

27 минут
4/4

Лица Кавказской войны: Ермолов и Шамиль

Как на развитие конфликта повлияли русский главнокомандующий и предводитель кавказских горцев

Владимир Лапин

Как на развитие конфликта повлияли русский главнокомандующий и предводитель кавказских горцев

Расшифровка Зачем Россия воевала на Кавказе

Зачем Россия завоевала Кавказ? Тому было несколько при­чин — поли­тических и эконо­мических. 

Иерархия ценностей аграр­ного в своей осно­ве россий­ского общества поз­воляет предпо­ложить, что Россию дви­гало на Кав­каз стрем­ление прирастить терри­то­рии. Действи­тельно, земля представ­ляла для Рос­сий­ской импе­рии важней­ший эконо­ми­че­ский ресурс и важней­шее жиз­нен­ное простран­ство. В ряде россий­ских губер­ний уже в нача­ле XIX века наблю­дался избы­ток насе­ле­ния, и но­вые сельско­хозяйст­вен­ные угодья были, конечно, хоро­шим средст­вом преду­прежде­ния буду­щих социаль­ных конфлик­тов. Но при нали­чии огром­ных терри­торий, неосвоен­ных пространств в Южной Сиби­ри, в Поволжье, в Ново­рос­сии завое­вание еще какой-то терри­тории — а это тыся­чи квадратных кило­метров, — терри­тории, насе­ленной к тому же очень воин­ствен­ными племе­нами, не могло быть оправданно с экономической точки зре­ния. Пересе­ление на Кав­каз практи­чески все было органи­зовано. То есть осу­ществля­лось оно в связи, как тогда гово­рили, с видами прави­тельства. И те, кто там селился, без вся­кой охоты переби­рались на но­вые, указан­ные началь­ством места.

Глав­ной целью засе­ления Север­ного Кав­каза «русским эле­ментом» было возло­жение на него обязан­ности обе­регать гра­ницу от враждебных поку­шений. Другими сло­вами, казачья коло­низация на Куба­ни и на Тереке была средством обеспе­чения охраны гра­ницы. То есть на гра­нице требо­валось создать надеж­ный заслон из воени­зированных посе­лений. Но даже после многих лет, после того, как Кавказ стал рос­сий­ским, крестьяне предпо­читали пере­би­раться в Сибирь, а не на Кавказ: кли­мат был непод­хо­дящий, при­родные усло­вия не позво­ляли исполь­зовать привы­чные приемы зоотех­ники и агро­куль­туры. Сюда отправ­ля­ли в основ­ном в нака­за­ние сек­тантов, бро­дяг, раз­ные асоциаль­ные эле­менты.

Военное начальство перио­ди­чески подни­мало вопрос о том, что надо колони­зовать Север­ный Кав­каз, надеясь таким спосо­бом решить болез­ненный вопрос о снабже­нии войск про­виантом, фура­жом и обес­печить армии постой. Все это было для армии боль­шой проблемой: во-первых, хлеб для солдат везли из южных губер­ний России за многие сотни верст; во-вторых, в те вре­мена казарм было мало и основная масса военно­слу­жа­щих прожи­вала в домах местного населе­ния на осно­вании так назы­ваемой постойной повинности.

Наконец, с появле­нием на Кавказе русского насе­ления прави­тельство надеялось решить в какой-то мере и проблему комплек­тования войск. Дело в том, что, попа­дая в армию на Кавказ, воло­годские, тверские, архангело­городские, орлов­ские, курские крестьяне массово уми­рали, оказавшись в районах с непри­выч­ным климатом. И суще­ство­вала идея, что если солдаты будут состоять из местных, более стой­ких к местным усло­виям, то смертность и так назы­ваемые сани­тарные потери будут гораздо меньше.

Важной эконо­миче­ской причи­ной была надежда на богат­ство кав­каз­ских недр. Дело в том, что Россия испы­ты­вала острую нехватку цветных драго­ценных метал­лов, а также качествен­ной соли. Поэтому все, кто хотел союза с Россией на Кавказе, пыта­лись разыграть эту карту: осе­тины и кабар­динцы, пред­лагая союз, расска­зывали о серебряных и свин­цовых рудах в своих горах, о соли, добы­ваемой в озе­рах Север­ного Дагестана, и так далее. То есть было пред­ставле­ние, что после присое­динен­ия Кав­каза Россия полу­чит боль­шие богат­ства, кото­рые поз­волят решить целый ряд проблем россий­ской промыш­лен­ности, но уже в первой четверти XIX века эти пред­став­ления о щедро­сти кавказ­ских недр заколе­бались, а спустя еще неко­торое время полно­стью развеялись.

Соответ­ствую­щими действи­тель­ности оказа­лись только сведе­ния о запа­сах нефти. Одна­ко до 1880-х годов, то есть до того вре­мени, когда Кавказ­ская война факти­чески закон­чилась, экономи­ческое значе­ние нефти, этого важней­шего сейчас эконо­ми­ческого сырья, было нич­тожным. В XVIII веке и в первой поло­вине XIX века никто и не по­ду­мал бы вое­вать ради захвата нефтя­ного бассейна. То есть до того вре­мени, пока не стал произво­диться керосин, пока нефть не стала средством полу­чения смаз­очных масел, пока она не стала топливом, она была факти­чески никому не нужна. В доин­дустриаль­ную эпоху кавказ­ские запасы мар­ганца и серы тоже были мало кому нужны. В первой половине XIX века несколько местных гор­ных заводов, кото­рые там существо­вали, прино­сили казне только убытки.

Еще Кавказ интере­со­вал Россию в качестве места, где будут выра­щи­ваться разные техни­ческие и пище­вые куль­туры (хлопок, чай, табак, марена, вино­град, рис, цитру­совые), где будет произво­диться шелк. Но и здесь прави­тельство ждало жесто­кое разо­чаро­вание. Рост произ­водства этой про­дукции сдер­живался разными факторами, и оказа­лось, что выгоднее доставлять подобные коло­ниальные товары морем в Одессу или Петер­бург, нежели произ­водить их на Кавказе. Таким обра­зом, Кавказ не оправдал себя ни как кладо­вая мине­ралов, ни как поставщик коло­ниальных товаров.

Еще когда во время своего похода 1722–1723 годов Петр I захватил западное и южное побе­режье Каспий­ского моря, он рассчи­тывал не просто увели­чить свои владения, но приоб­рести земли, которые напол­нили бы казну нало­гами. Однако доходов от этих земель не хватало даже на обеспе­чение располо­женных там гарни­зонов. В общем, ника­кого «выкачи­вания денег», как часто пред­став­ля­ется по лите­ратуре, не произо­шло. В Закав­казье в 1840-е годы местные доходы покры­вали расходы только на граждан­скую админи­страцию, тогда как бремя содер­жания войск на этой окраине, даже в мирное время, возла­галось на осталь­ные части импе­рии. Даже в 1890 году, когда бакин­ская нефть стала претен­довать на статус «чер­ного золота», дефицит госу­дар­ствен­ных расходов по Кавказ­скому краю состав­лял колос­сальную по тем време­нам сумму — более 24 миллионов рублей. Разу­меется, из них огромные средства ухо­дили на содер­жание войск, на созда­ние инфра­структуры, позво­ляющей контро­лировать этот страте­гически важный район, но это не меняло суть проблемы: Россия потра­тила сотни тысяч челове­ческих жизней и миллионы рублей, чтобы овла­деть терри­торией, которая не обога­щала, а исто­щала государ­ственную казну. Только на рубеже XIX–ХХ веков, когда Кавказ­ская война уже закон­чилась, был дости­гнут какой-то баланс, то есть расходы на Кавказ урав­нялись с доходами.

Была еще одна перспек­тива обога­щения России — это создание Волго-Балтий­ского пути, или Каспийско-Волго-Балтий­ского пути, для доставки восточных това­ров в Европу. В петров­ское время был построен первый канал — Вышне­волоцкая водная система, и предпо­ла­галось, что завое­вание Закав­казья (и прежде всего удобных гаваней на западном и южном побе­режье Каспия) позво­лит создать такой коридор для товаров, идущих в Северо-Западную Европу с Востока и обратно. Это и стало одной из важнейших целей Персид­ского похода. Но когда было открыто движе­ние по Вышне­волоцкой системе, в 1709 году, оказа­лось, что это улица с одно­сторон­ним движением. То есть движе­ние судов возможно было только со стороны Волги в сторону Невы, а со стороны Невы в сторо­ну Волги невоз­мож­но. Поэтому надежды на воз­мож­ное обога­ще­ние страны с помо­щью трассы Баку — Петербург не оправ­дались.

При этом надо еще помнить, что при оценке эконо­мической целе­сообраз­ности завое­вания Кавказа наиболь­ший доход прино­сило только Закав­казье. А вот Север­ный Кавказ, на присое­динение кото­рого было потра­чено неизме­римо больше сил, достав­лял казне одни убытки. Русский солдат на Кавказе никогда не сражался за чьи-то эконо­ми­че­ские интересы, как это ни странно, — ни част­ные, ни госу­дарствен­ные. Нельзя назвать ни одного круп­ного русского состоя­ния, источ­ником кото­рого стал бы Кавказ. В воспо­минаниях вете­ранов Кавказ­ской войны не найдено ни одного упоми­нания о том, что они, завое­вав потом и кровью огромную терри­торию между Каспий­ским и Черным морем, обога­тили державу.

Таким образом, глав­ными были полити­че­ские интересы. Россия противо­стояла Турции, и прави­тельство предпо­лагало создать в Закав­казье один из фронтов, кото­рый позво­лял бы отвле­кать турец­кие силы от глав­ного тогда балкан­ского театра военных действий. Надо сказать, что и эта цель не была в должной мере достиг­нута. Потому что для турок балкан­ский театр оста­вался глав­ным, и Кавказ­ский фронт не оття­гивал доста­точного числа сил с Дуная в Западную Армению, где шли основ­ные бои.

Еще одной важной причи­ной было стрем­ление России быть покрови­тельницей христиан. Россий­ский царь хотел быть покрови­телем христиан Грузии и Арме­нии. И вот это представ­ление о России как о вели­кой державе, которая покро­ви­тель­ствует христианам, было важным двига­телем импе­рии в этом регионе.

На Кавказе наблю­далось то, что исто­рики потом назвали «погоня за грани­цей», — следо­вание внутренней логике конфликта. Одним из важней­ших путей, а в некото­рое время и един­ственным путем из России в Закав­казье было Дарьяль­ское ущелье, то есть трасса, по которой сейчас прохо­дит Военно-Гру­зин­ская дорога. Для того чтобы контро­лировать этот путь, нужно было, как тогда говорили, усми­рить племена, которые жили около этой дороги, то есть осетин и ингушей. Но для того, чтобы эти роды, которые заклю­чили союз с Россией, чувство­вали себя в безопас­ности, нужно было точно так же усмирить их соседей. Потом, когда зами­ряли тех соседей, нужно было зами­рять следующих. И вот эта цепочка конфликта постоянно нама­тывалась на такой барабан, причем все время завя­зывались какие-то сложные узлы.

Россию интере­совало прежде всего Закав­казье. А Кавказ Северный — то есть Адыгея, Кабарда, Осетия, Ингу­шетия, Чечня и Даге­стан — пред­став­лялся барье­ром, который мешал связи между метро­полией и вновь присое­динен­ными терри­ториями. Разви­тию конфликта, который потом и полу­чил назва­ние «Кавказ­ская война», способ­ство­вали пестрота и неопре­делен­ность поли­тиче­ской карты этого региона. Дело в том, что границы существо­вавших там поли­тиче­ских органи­заций — Аварского, Мехту­линского, Кайтагского, Кюрин­ского, Кази­кумух­ского ханств, так назы­ваемых воль­ных обществ — были дово­льно неопре­деленны. Эта существо­вавшая там феодальная общин­ная воль­ница созда­вала очень взрыво­опасную смесь, кото­рая дето­ниро­вала при каждом потря­сении: при внешней агрессии, динас­тических распрях, смерти прави­теля и так далее. И Россия, прини­мая в поддан­ство отдель­ные аулы, отдель­ные племена и роды, поне­воле вмеши­валась в эти отно­шения, и сущест­вовавшие в них конфликты по наследству пере­дава­лись русской админи­страции.

Допустим, туземная знать искала в штаб-кварти­рах русских полков управу на своих непо­корных поддан­ных. Одни горские владе­тели и закав­казские прави­тели искали в русских помощ­ников для реше­ния проблем с сосе­дями. Типич­ный пример ситуа­ции, которую прихо­дилось решать русской военной админи­страции: в 1830 году так назы­ваемые мирные ингуши (то есть те, кото­рые уже приз­нали власть России) в отместку за угон скота своими соседями-осети­нами (тоже уже поддан­ными России) решили напасть на каза­ков, охраняв­ших осетин­ские аулы. К тому времени, когда была отправ­лена экспе­диция вернуть из донских пол­ков угнанных лошадей, эти лоша­ди уже были проданы чеченцам. Экспе­диция к чеченцам привела к новому всплеску наси­лия — поход сопро­вождался пере­стрелками и жертвами с обеих сторон. В клубке таких мелких конфлик­тов русская армия оказа­лась практи­чески не в состоя­нии пони­мать, что там происходит, и часто играла роль орудия в чужих руках.

Надо сказать, что ситуа­ция, в которой оказа­лась русская армия на Кавказе, не уни­каль­ная. В похо­жей ситуа­ции оказа­лись фран­цузы в Север­ной Африке: они тоже не хотели захва­тывать всю Сахару, но реше­ние одного вопроса сразу созда­вало необхо­димость реше­ния следую­щего. И вот это следо­вание логике конфликта шаг за шагом, привело к тому, что вместо ограни­ченных задач пришлось решать задачи по-настоящему глобальные.

Здесь придется сделать неболь­шое отступление: вообще, вся история Кавказ­ской войны, ее изучение и понимание ослож­няются тем, что мы видим ее в основ­ном с русской стороны. Поскольку горские общества были беспись­мен­ные — то есть там было много грамот­ных людей, но корпуса доку­ментов, который обычно создается при существо­вании государ­ственного инсти­тута, там не было, — там никто не писал воспо­минаний. И поэтому трудно опре­делить, что думали сами горцы о причи­нах войны и о том, как эта война идет. Только из отдель­ных документов (и в том числе напи­сан­ных русской рукой со слов горцев) можно что-то понять. Но эти сведе­ния чрезвы­чайно скудные и дово­льно туманные.

За присое­динение Кавказа Россия запла­тила довольно высокую цену. В боях с горцами Кавказа и в закав­казских войнах погибли порядка 100 тысяч человек. Но на каждого убитого прихо­дилось порядка десяти умерших — от непри­выч­ного климата, болезней и так далее. В резуль­тате Россия факти­чески запла­тила за присое­динение Кавказа жизнями около миллиона человек. Сколько во время Кавказ­ской войны погибло местных жителей? Трудно сказать. Но можно сказать, что эта цифра никак не меньше потерь рос­сий­ской стороны. Хоте­лось бы обратить внима­ние на то, что именно сани­тар­ные потери были огромные. За 10 дней марша от Эривани к Тифлису в 1804 году отряд генерала Цициа­нова потерял убитыми трех человек, ране­ными — 18, а забо­левшими и умершими — в сово­купности более 700! И это обычная картина для Кавказа. Пехот­ный Тенгин­ский полк, в котором служил Лермонтов, за четыре года, в 1820–1824 годах, поте­рял убитыми 10 человек, а умер­шими — 1159. То есть главной угрозой для военно­слу­жа­щих на Кавказе были даже не пуля и не сабля против­ника, а маля­рия, тиф и простуд­ные забо­ле­вания. За 12 лет существо­вания Черно­мор­ской бере­говой линии, цепочки укреп­лений вдоль Чер­но­мор­ского побе­режья, ее гарни­зоны, почти не участвуя в боевых столкно­вениях, предали земле 50 тысяч солдат и офицеров.

И в других коло­ниальных войнах, в других стра­нах карти­на была та же самая. Вот во время Мадагас­кар­ской экспе­диции 1895 года у францу­зов в бою пал один офи­цер, а умерли от болезней 35. В экспе­дициях в других районах Африки от маля­рии и тифа поги­бал каждый девя­тый участник этой экспе­диции.

Кроме человеческих потерь, присое­динение Кавказа несло за собой колоссаль­ные финан­совые затраты. Запу­танная система финан­сирования Отдель­ного Кавказ­ского корпуса, то есть той военной органи­зации, на которой лежали задачи присое­динения Кавказа, не позволяет соста­вить точную смету расходов. Но существует мнение, что в разгар Кавказ­ской войны в 1840-е годы, на войну трати­лся каждый шестой рубль россий­ского бюджета. То есть около 15% бюджета уходили на войну на Кавказе.

Таким образом, в движе­нии России на Кавказ эконо­миче­ские интересы играли неко­торую роль только в начале XVIII века. Я бы сказал, это было время, когда Россия еще плохо себе пред­став­ляла, что такое Кавказ и какие труд­ности ее ждут в этом регионе. Затем на первый план выдвину­лись задачи вопло­ще­ния импер­ской идеи и дости­жения выгод­ного геопо­лити­че­ского поло­жения. Но самым важным и самостоя­тель­ным фактором разви­тия конфликта стала его внут­ренняя логика. Сама линия сопри­косно­вения регуляр­ных войск и народов, которые там прожи­вали, прежде всего на Север­ном Кавказе, автома­ти­чески превра­щалась в линию фронта. Это все лежало за преде­лами пони­ма­ния рядо­вых участ­ников. С их точки зрения, война была таким поко­рением бунтов­щиков, наказа­нием их за набеги, за напа­де­ния на русские укреп­ления. Отсут­ствие очевидных планов войны, понятных для участников с россий­ской стороны, создавало условия для того, чтобы война продол­жалась практи­чески непрерывно.

С датировкой войны тоже есть неко­торая проблема: в школьных учебниках хроно­логи­ческие рамки Кавказской войны указаны с 1817 по 1859 год — со вре­мени прибытия Ермолова и до плене­ния имама Шамиля. На Западном Кавказе конечной датой является 1864 год, когда прекра­тилось организо­ванное сопро­тивление горцев Западного Кавказа. На самом деле то, что потом стали назы­вать Кавказ­ской войной, началось с похода Петра I 1722–1723 годов и закон­чилось подав­лением послед­него крупного восстания в Чечне и Даге­стане в 1877–1878 годах (то есть восстание происходило во время Русско-турецкой войны, которая шла в этот же период). Таким образом, Кавказ­ская война продол­жалась более 150 лет. А не тот отрезок времени, который указы­вается в школьных учеб­никах.

Во многом эта война была уникаль­ная. Так, она началась без объяв­ления войны. Когда нача­лись действи­тельные столкно­ве­ния русских с горца­ми — день, даже месяц, — устано­вить крайне трудно. Она представ­ляла собой целый комплекс столкно­вений на терри­тории между Черным и Каспий­ским морем — разного харак­тера, разного уровня, с разной числен­ностью участ­ников. И впослед­ствии всю эту сово­куп­ность разно­вре­мен­ных стычек, боев, экспе­ди­ций, в том числе кара­тель­ных экспе­ди­ций, горских набе­гов, все это вместе стали назы­вать Кавказ­ской войной.

Само выражение «Кавказ­ская война» появилось в 60-е годы, а до этого времени исполь­зовались такие слова, как «поко­ре­ние», «завое­ва­ние», «умиротво­ре­ние», «установ­ле­ние влады­чества русских на Кав­казе». Авторы-мемуаристы исполь­зо­вали для назва­ния действий горцев слова «восста­ния», «мятежи», «нашест­вия». Собствен­ные военные акции называли «похо­дами», «экспе­дициями», «действиями».

При этом в конце XIX столетия известному художнику-бата­листу Францу Рубо для Храма Славы — Тифлис­ского военно-истори­ческого музея, в нынешнем то есть Тбилиси — было заказано 17 огромных полотен, которые должны были изобра­жать важнейшие события присое­динения Кавказа. Первое полотно — вступле­ние Петра Великого в один из городов Северного Кавказа, в Тарки, 13 июня 1722 года. А последняя картина — «Штурм Карса в ночь на 6 ноября 1877 года». То есть представ­ле­ние, что война продол­жалась от Петра и до послед­ней Русско-турец­кой войны 1877–1878 годов, уже было, и было устой­чивым. Почему же впослед­ствии была принята новая хроно­ло­гия? А для того, чтобы отде­лить жестокое и кровавое подав­ление Чечни и Дагестана от всей осталь­ной Кавказ­ской войны. Потому что России трудно было согла­ситься с тем, что она воевала 150 лет с таким против­ником, как горцы. С Напо­лео­ном воевали несколько лет, за несколько лет распра­ви­лись со Швецией, с Турцией. А здесь — с горцами — Россия воевала 150 лет. Для военного само­любия это было слишком большим испы­танием.

Кавказскую войну еще можно называть «войной взаим­ного непони­мания». Потому что обе стороны не пони­мали, чего хочет другая сторона. Об этом свиде­тель­ствует, например, то, что представ­ления о том, как вести войну, на Кавказе (у мест­ной админи­стра­ции, у мест­ного коман­дова­ния) и в Петер­бурге (в прави­тель­стве, в высших эшело­нах военной власти) очень часто были очень разными. Местное коман­дова­ние в целом как-то пони­мало мест­ные реалии, а централь­ная власть и чинов­ники не пони­мали совершенно. Проблема эксперт­ного сообщества.

Таким образом, подводя итоги, можно сказать следующее: Россия экономиче­ских выгод от присое­динения Кавказа не имела. На ведение войны были затра­чены колос­сальные финан­совые средства; миллион мужчин, оставленных в земле Кавказа, — это огром­ные демо­графиче­ские потери; огром­ный ущерб был нанесен хозяй­ству Кавказа. Но война имела большое поли­тическое значе­ние, поскольку Россий­ская империя вышла на рубежи Персии и Турции и, таким образом, ее полити­ческое влияние в Закавказье много­кратно возросло. В этом смысле империя была в большом выигрыше.

С другой стороны, импе­рия получила в тылу своей южной границы провинции, в лояль­ности насе­ления которых она не была уверена до конца своего существо­вания. Доста­точно сказать, что воинская повин­ность в мусуль­манских райо­нах Закавказья и на Северном Кавказе так и не была введена. То есть горцы Север­ного Кавказа и насе­ление нынеш­него Азер­байджана к службе в армии не привле­кались, а воинская повин­ность в Грузии и Армении была введена со значи­тельным опозда­нием по сравнению с Централь­ной Россией. Вместо этого это насе­ление платило специальный налог. То есть империя, завоевав Кавказ, не полу­чила больших эконо­мических и людских ресурсов, а только политические.  

Хотите быть в курсе всего?
Подпишитесь на нашу рассылку, вам понравится. Мы обещаем писать редко и по делу
Курсы
Курс № 55 Русская литература XX века. Сезон 6
Курс № 54 Зачем нужны паспорт, ФИО, подпись и фото на документы
Курс № 53 История завоевания Кавказа
Курс № 52 Приключения Моне, Матисса и Пикассо в России 
Курс № 51 Блокада Ленинграда
Курс № 50 Что такое современный танец
Курс № 49 Как железные дороги изменили русскую жизнь
Курс № 48 Франция эпохи Сартра, Годара и Брижит Бардо
Курс № 47 Лев Толстой против всех
Курс № 46 Россия и Америка: история отношений
Курс № 45 Как придумать свою историю
Курс № 44 Россия глазами иностранцев
Курс № 43 История православной культуры
Курс № 42 Революция 1917 года
Курс № 41 Русская литература XX века. Сезон 5
Курс № 40 Человек против СССР
Курс № 39 Мир Булгакова
Курс № 38 Как читать русскую литературу
Курс № 37 Весь Шекспир
Курс № 36 Что такое
Древняя Греция
Курс № 35 Блеск и нищета Российской империи
Курс № 34 Мир Анны Ахматовой
Курс № 33 Жанна д’Арк: история мифа
Курс № 32 Любовь при Екатерине Великой
Курс № 31 Русская литература XX века. Сезон 4
Курс № 30 Социология как наука о здравом смысле
Курс № 29 Кто такие декабристы
Курс № 28 Русское военное искусство
Курс № 27 Византия для начинающих
Курс № 26 Закон и порядок
в России XVIII века
Курс № 25 Как слушать
классическую музыку
Курс № 24 Русская литература XX века. Сезон 3
Курс № 23 Повседневная жизнь Парижа
Курс № 22 Русская литература XX века. Сезон 2
Курс № 21 Как понять Японию
Курс № 20 Рождение, любовь и смерть русских князей
Курс № 19 Что скрывают архивы
Курс № 18 Русский авангард
Курс № 17 Петербург
накануне революции
Курс № 16 «Доктор Живаго»
Бориса Пастернака
Курс № 15 Антропология
коммуналки
Курс № 14 Русский эпос
Курс № 13 Русская литература XX века. Сезон 1
Курс № 12 Архитектура как средство коммуникации
Курс № 11 История дендизма
Курс № 10 Генеалогия русского патриотизма
Курс № 9 Несоветская философия в СССР
Курс № 8 Преступление и наказание в Средние века
Курс № 7 Как понимать живопись XIX века
Курс № 6 Мифы Южной Америки
Курс № 5 Неизвестный Лермонтов
Курс № 4 Греческий проект
Екатерины Великой
Курс № 3 Правда и вымыслы о цыганах
Курс № 2 Исторические подделки и подлинники
Курс № 1 Театр английского Возрождения
Курс № 55 Русская литература XX века. Сезон 6
Курс № 54 Зачем нужны паспорт, ФИО, подпись и фото на документы
Курс № 53 История завоевания Кавказа
Курс № 52 Приключения Моне, Матисса и Пикассо в России 
Курс № 51 Блокада Ленинграда
Курс № 50 Что такое современный танец
Курс № 49 Как железные дороги изменили русскую жизнь
Курс № 48 Франция эпохи Сартра, Годара и Брижит Бардо
Курс № 47 Лев Толстой против всех
Курс № 46 Россия и Америка: история отношений
Курс № 45 Как придумать свою историю
Курс № 44 Россия глазами иностранцев
Курс № 43 История православной культуры
Курс № 42 Революция 1917 года
Курс № 41 Русская литература XX века. Сезон 5
Курс № 40 Человек против СССР
Курс № 39 Мир Булгакова
Курс № 38 Как читать русскую литературу
Курс № 37 Весь Шекспир
Курс № 36 Что такое
Древняя Греция
Курс № 35 Блеск и нищета Российской империи
Курс № 34 Мир Анны Ахматовой
Курс № 33 Жанна д’Арк: история мифа
Курс № 32 Любовь при Екатерине Великой
Курс № 31 Русская литература XX века. Сезон 4
Курс № 30 Социология как наука о здравом смысле
Курс № 29 Кто такие декабристы
Курс № 28 Русское военное искусство
Курс № 27 Византия для начинающих
Курс № 26 Закон и порядок
в России XVIII века
Курс № 25 Как слушать
классическую музыку
Курс № 24 Русская литература XX века. Сезон 3
Курс № 23 Повседневная жизнь Парижа
Курс № 22 Русская литература XX века. Сезон 2
Курс № 21 Как понять Японию
Курс № 20 Рождение, любовь и смерть русских князей
Курс № 19 Что скрывают архивы
Курс № 18 Русский авангард
Курс № 17 Петербург
накануне революции
Курс № 16 «Доктор Живаго»
Бориса Пастернака
Курс № 15 Антропология
коммуналки
Курс № 14 Русский эпос
Курс № 13 Русская литература XX века. Сезон 1
Курс № 12 Архитектура как средство коммуникации
Курс № 11 История дендизма
Курс № 10 Генеалогия русского патриотизма
Курс № 9 Несоветская философия в СССР
Курс № 8 Преступление и наказание в Средние века
Курс № 7 Как понимать живопись XIX века
Курс № 6 Мифы Южной Америки
Курс № 5 Неизвестный Лермонтов
Курс № 4 Греческий проект
Екатерины Великой
Курс № 3 Правда и вымыслы о цыганах
Курс № 2 Исторические подделки и подлинники
Курс № 1 Театр английского Возрождения
Все курсы
Спецпроекты
Русская литература XX века
Шесть курсов Arzamas о главных русских писателях и поэтах XX века, а также материалы о литературе на любой вкус: хрестоматии, словари, самоучители, тесты и игры
Детская комната Arzamas
Как провести время с детьми, чтобы всем было полезно и интересно: книги, музыка, мультфильмы и игры, отобранные экспертами
Аудиоархив Анри Волохонского
Коллекция записей стихов, прозы и воспоминаний одного из самых легендарных поэтов ленинградского андеграунда 1960-х — начала 1970-х годов
История русской культуры
Суперкурс Онлайн-университета Arzamas об отечественной культуре от варягов до рок-концертов
Русский язык от «гой еси» до «лол кек»
Старославянский и сленг, оканье и мат, ѣ и Ё, Мефодий и Розенталь — всё, что нужно знать о русском языке и его истории, в видео и подкастах
История России. XVIII век
Игры и другие материалы для школьников с методическими комментариями для учителей
Что такое античность
Всё, что нужно знать о Древней Греции и Риме, в двух коротких видео и семи лекциях
Как понять Россию
История России в шпаргалках, играх и странных предметах
Каникулы на Arzamas
Новогодняя игра, любимые лекции редакции и лучшие материалы 2016 года — проводим каникулы вместе
Русское искусство XX века
От Дягилева до Павленского — всё, что должен знать каждый, разложено по полочкам в лекциях и видео
Европейский университет в Санкт‑Петербурге
Один из лучших вузов страны открывает представительство на Arzamas — для всех желающих
Пушкинский
музей
Игра со старыми мастерами,
разбор импрессионистов
и состязание древностей
200 лет «Арзамасу»
Как дружеское общество литераторов навсегда изменило русскую культуру и историю
XX век в курсах Arzamas
1901–1991: события, факты, цитаты
Август
Лучшие игры, шпаргалки, интервью и другие материалы из архивов Arzamas — и то, чего еще никто не видел
Идеальный телевизор
Лекции, монологи и воспоминания замечательных людей
Русская классика. Начало
Четыре легендарных московских учителя литературы рассказывают о своих любимых произведениях из школьной программы