Одеваясь ко дню рождения

Томас Роулендсон. Одеваясь ко дню рождения. 1788 год National Gallery of Art, Washington

«Графиня стала раздеваться перед зеркалом. Откололи с нее чепец, украшен­ный розами; сняли напудренный парик с ее седой и плотно остриженной головы. Булавки дождем сыпались около нее. Желтое платье, шитое серебром, упало к ее распухлым ногам. Германн был свидетелем отвратительных таинств ее туалета…» Этот отрывок из пушкинской «Пиковой дамы» восходит к древ­ней, идущей еще из античности теме «посрамления старухи», чей облик трак­товался как символ физического и морального разложения, а попытки моло­диться представлялись проявлением тщеславия и порочности, символом vanitas — тщеты людской суетности. Карикатура Роулендсона хотя и проник­нута совсем другим духом, восходит к той же традиции и имеет схожее зна­чение.

Две знатные дамы, скорее всего мать и дочь, одеваются ко дню рождения — то ли одной из них, то ли кого-то из королевской четы. Наряд старшей и по сегодняшним меркам не такой уж старой дамы архаичен и подчеркнуто фальшив: на лысую голову водружается огромный парик с перьями, дряблая грудь обнажена глубоким декольте, к талии крепится искусственный derrière — накладной зад. За ее зеркалом стоят арапчонок и дрессированная собачка, своеобразные альтер эго престарелой модницы, воплощения любви давно ушедшей эпохи рококо к искусному и диковинному. Молодая дама, напротив, одета по моде эпохи классицизма, диктовавшей вкус к скромному и естествен­ному: натуральные волосы, закрытое платье, минимум отделки. Обступившие ее престарелые слуги, очевидно доставшиеся от матери, предлагают ей старо­модное платье, цветы и все тот же derrière — она от всего отказывается, лишь позволяет парикмахеру унылого вида пудрить ее волосы.

Искусство, Антропология

Как смотреть голландский натюрморт

И что означают фрукты, устрицы, мясные туши, цветы и другие образы

Подписка на еженедельную рассылку

Оставьте ваш e-mail, чтобы получать наши новости

Введите правильный e-mail