Курс № 11 История дендизмаЛекцииМатериалы
Лекции
13 минут
1/5

«Великий мужской отказ»

Какую революцию произвел Джордж Браммел и в чем состоят основные правила денди

Ольга Вайнштейн

Какую революцию произвел Джордж Браммел и в чем состоят основные правила денди

16 минут
2/5

Шейный платок как сфера самовыражения

Как выделяться, не привлекая внимания, и зачем нужны переодевания

Ольга Вайнштейн

Как выделяться, не привлекая внимания, и зачем нужны переодевания

17 минут
3/5

Правила фланирования

Зачем нужны праздные прогулки и какое отношение они имеют к дендизму

Ольга Вайнштейн

Зачем нужны праздные прогулки и какое отношение они имеют к дендизму

13 минут
4/5

Секрет теплой харизмы

Как граф д’Орсе завоевал всеобщую любовь и как этим воспользовались коммерсанты

Ольга Вайнштейн

Как граф д’Орсе завоевал всеобщую любовь и как этим воспользовались коммерсанты

13 минут
5/5

Тайна зеленой гвоздики

Как денди нашли себе место в обществе потребления и кто экспортировал английский дендизм в Америку

Ольга Вайнштейн

Как денди нашли себе место в обществе потребления и кто экспортировал английский дендизм в Америку

Материалы
Расставьте модников в хронологическом порядке
Знаете ли вы, как одевались мужчины с конца XVII до начала XX века?
История тройки
Появление главного мужского костюма и его всемирное историческое значение
Зачем нужны денди
Чему нарциссы и щеголи научили современников и что оставили потомкам
Ольга Вайнштейн: «Мода — это подвижная граница культуры»
Экономика и мода
Как промышленная революция повлияла на одежду англичан
Что читать о культуре одежды
Людмила Алябьева выбрала несколько книг, с которых лучше начинать занятия историей и теорией моды
Коко Шанель и мужской дендизм
360 слов о том, как Коко Шанель помогла женщине стать денди
Автомобильная мода
Шлемы, очки-консервы, пыльники, краги и другие наряды первых автомобилистов
Как одевались первые спортсменки
Юбки на катках, корсеты на велосипедах, блумеры с шароварами и эволюция купальника
Жизнь Бо Браммела в анекдотах
Молочные ванны, парик в сахарной пудре и другие истории о великом денди
5 песен группы The Beau Brummels
Почему в 1960-х годах американская группа взяла себе имя британского денди
Анекдоты о графе Монтескью
Переписка с Прустом, ночной горшок Наполеона, инкрустированная черепаха и другие истории
Пять музыкальных сочинений о денди
Две оперетты, пьеса, песня и вокально-инструментальный цикл, герои которых названы словом «денди»
Уличная жизнь Парижа в XIX веке
Золотая молодежь, зеваки и омнибусы на улицах французской столицы до революции Османа
10 историй из жизни Бальзака
Нищета, роман в письмах, прятки с кредиторами, мнимое безумие и фиктивный Рафаэль
Жизнь и характер д’Орсе в анекдотах
Обходительность, популярность, находчивость и широта души любимого денди Великобритании
Анекдоты об Оскаре Уайльде
Мнимые или действительные высказывания знаменитого писателя и денди
История моды в карикатурах
Эволюция европейских фасонов с XVIII до начала XX века
Кто такие Кардиган, Макинтош и Френч
Истории десяти предметов одежды и тканей, названных в честь разных выдающихся людей
Автор «Шерлока Холмса» о дендизме
Джордж Браммел и другие светские львы в описании Артура Конан Дойла
Пять денди из России
Наряды и выходки российских щеголей, франтов и теоретиков светского образа жизни
Первый модный журнал в России
Платья в перьях в Берлине, мопсы в Гамбурге и букли в Санкт-Петербурге
Секреты хорошей походки
Оноре де Бальзак учит приемам, которых следует придерживаться при ходьбе
Министерство дурацких походок
Трагикомичный скетч группы «Монти Пайтон» о том, как важно следить за своей походкой
Игра в денди в Нью‑Йорке 1980‑х
Ольга Свиблова — о художниках МакДермотте и МакГафе

Первый модный журнал в России

Пунцовый с белым в Париже, платья в перьях в Берлине, мопсы в Гамбурге и букли в Санкт-Петербурге

Первое в России издание со словом «модный» в названии появилось в 1779 году: «Модное ежемесячное издание, или Библиотеку для дамского туалета» недолго издавал известный сатирик Николай Иванович Новиков. Впрочем, собственно о моде речь в журнале не шла — там печатались литературные произведения. Первым изданием, сообщавшим именно о модных тенденциях — что носят и на каких экипажах ездят в европейских столицах — стал журнал с длинным названием «Магазин аглинских, французских и немецких новых мод, описанных ясно и подробно и представленных гравированными на меди и иллюминованными рисунками; с присовокуплением описания образа жизни, публичных увеселений и времяпровождений в знатнейших городах Европы; приятных анекдотов и пр.». Издателем журнала был Василий Иванович Окороков, выпускник Московского университета и владелец университетской и сенатской типографий. Выходил журнал с апреля по декабрь 1791 года и писали его анонимные авторы почти исключительно о моде и нравах в Европе — Берлине, Париже, Лондоне, Гамбурге, Варшаве.

Берлин

Об утреннем туалете

«Утренний наш туалет требует (ежели мы хотим быть модницами) непременно белого платья; до покроя дела никакого нет, и часто увидишь те же самые платья на утренней прогулке, которые накануне того дня замечаемы были на бале. Напротив же того, увидишь также по утру много дам и в тафтяных платьях всяких цветов, убранных в перья, цветы и ленты столь прекрасно, что и нехотя посмотришь на часы и подумаешь, что они отстают, показывая времени только 12 часов».

О нарядах и чинах

«Приезжают в званый дом в шесть часов, играют в карты до 20 и ужинают до полуночи. Но ежели при таких случаях одеваются получше, то по крайней мере моды и роскошь не всегда при туалете имеют председательство, но чаще всего отношения, кокетство, принятое обыкновение и пристойность. Например, ежели хозяин чином выше противу своего гостя, то сей последний и жена его одеваются весьма рачительно и прекрасно, иногда же весьма старомодно и без вкусу, но всегда нарядно. Ежели же гость чиновнее хозяина, то считают уже и то за великое, что сделали ему честь своим приездом, и в наряде видна небрежность и простота. Мужчина приезжает в таком случае без шпаги, а дама надевает простую шляпку и оставляет дома бриллианты и пышные уборы».

О хорошем вкусе

«Употребленное некстати обезображивает и самую отличную красоту, как мы видим то действительно на здешней актрисе г-же Бараниус. Великая ли ей в том польза, когда большие ее голубые глаза, словом, все прекрасное личико должно отыскивать под убором? Напротив того, другая здешняя актриса, г-жа Унцельманн, отличается хорошим своим вкусом в уборах и в образе употребления оных, и ей известно, что белое простое платье производит часто величайшее действие».

О дурном вкусе

«Недавно была я на бале с одною иностранкою… Ради бога, говорила она мне, как одеваются ваши дамы! <…> Там посмотрите на дородную девицу: на ней черное платье, черная шляпа, черные перья и даже черной платок на шее, и ко всему тому черному — большой пунцовой букет, подобно как бы воздушное какое явление в ночное время. А вот еще маленькая блондина; в таком многочисленном обществе одета в неглиже и притом в черном! Почти все в черном платье или по крайней мере в черных приборах, и из бала делают вид похорон? А эта пожилая дама в кисейном платье с розовым кушаком, алою ленточкою на шее и двумя розанами в волосах, она, конечно, помышляла о Вертеровой Шарлотте и в таком размышлении позабыла о своих летах. Неподалеку от нее стоит высокая женщина в старомодной рубашечке (Fichu a la chemise), которая оставляет на свободе спину и плечи, и так всякой, увидя дурную ее талию, ничем не закрытую, не может не смеяться».

О том, как прослыть франтом

«Модной берлинец другого класса, то есть желающий прослыть шалуном, милым мущиною и настоящим франтом, посещает только те места, куда женщины собираются, говорит с ними о модах и ведет себя, правда часто только в своем воображении, по моде».

Об устаревших модах

«Французской купец кладет спокойно свои новейшие моды, которые в Париже отчасти и совсем не были ношены, в один ящик с теми, коих там носить уже не хотят, назначает все то для северных обитателей Европы, величая нас по милости своей les Barbares du Nord, и отправляет на ярмарку во Франкфурте при Майне и в Лейпциг, на что потребно немало времени. Оттуда привозят их наши купцы, через два уже месяца по прибытии их в помянутые города, наконец, в Берлин. Французское досужество посылает к нам такие моды, которые во Франции устарели; немецкая флегма, или хладнокровие, доставляет нам оные уже и после того через несколько месяцев, и мы сердимся, ежели какой-нибудь проезжающий иностранец, взглянув на нас, сочтет себя быть между вандалами, поелику он, продолжая путешествие свое натурально скорее, нежели ярмарочные товары, видит нас одетых по-дедовски. Лейпцигских и франкфуртских ярмарок бывает только по две в год, и носить одну моду целые полгода наскучит и самым постоянным берлинским жительницам. И так, когда лейпцигская мода станет у нас уже старовата, то мы смотрим, например, пристально на всех проезжающих через наш город чужестранных дам, и ежели есть на них что-нибудь новенькое, то перенимаем у них, каково бы то ни было, лишь бы только в глаза бросалось. Ежели иностранка имеет вкус и моды ее новы и прекрасны, то щеголеватая венская или страсбургская жительница вскоре после появления оных может смело быть в модных кругах, не опасаясь получить спазмы; ежели же они дурны и обезображивающие, то и наши щеголихи представляют дурной из себя вид до тех пор, пока которая-нибудь из здешних модопродавиц не изобретет опять чего-нибудь нового или, лучше сказать, не составит чего из существующих уже мод».

О театральных костюмах

«Здешний оперный театр (не говоря уже о том, что он большую часть года бывает обыкновенно затворен) имеет обыкновение одевать всех своих ироев и ироинь одинаковым образом. Индейцы, немцы, римляне и греки — все носят такой мундир, который им дает театральный портной, ибо ему удается соединить все сии разные костюмы в одно нечто целое, которое и для всего ему годится».

Гамбург

О маленьких собачках

«Нельзя оставить также без замечания, что мопсы принадлежат также к новейшим модным статьям щеголеватых наших дам. Несколько собак сего пришедшего уже в забвение рода выписали недавно сюда из Берлина, где уповательно мода на них опять возобновилась, и прислали их с нарочным с немалыми издержками; но после оказалось, что вместо мопсов присланы щенята от больших дворовых собак, кои годятся больше на цепь, нежели лежать на шелковых софах. Не успело сие смешное приключение позабавить весь город, как тотчас один купец публиковал в «Ведомостях», что у него продаются настоящие молодые мопсы, которые чаятельно тотчас у него и скуплены».

Париж

О новых тенденциях

«1) Пунцовый цвет (Nakora, ou Coquelicot), соединенный с белым, есть господствующий модный цвет во всем том, что относится до так называемого малого убора и обшивания или выкладки платья, а посему на волосах, на чепцах и на шляпах ничего более не увидишь, как гранатовые цветы, пунцовые ленты, шляпки, пояса и пр., пунцовые с белым широкополосные материи, кушаки, чепцы, перья и пр.

2) Фламандские шляпки с высокими, несколько остроконечными тульями составляют также всеобщую моду; большей частью носят их или белые с пунцовым, или совсем пунцовые с серебряным шнурком и белыми перьями».

О театральных постановках

«Балет открывает Зефир, который играет, прыгает и машет золотыми своими крылышками, ожидая Купидона на берегу моря. Вдруг является Купидон в печальном и прискорбном виде и открывает другу своему (Зефиру) мучения сердца своего; он сам себя ранил и влюбился в принцессу Псишу, которая хотя и смертная, но столь прекрасная, что сама Венера завидует красоте ее. <…> Сверх прекрасного представления, блистательному успеху сего балета способствуют весьма много прекрасные декорации и удивительное действие машин. Ад никогда на театре не был представляем со всеми ужасами, как при сем случае, и мучения Псиши действовали на зрителей столь правде подобно, что в ту самую минуту, когда фурии повергают ее в пламенную пропасть, многие от страха громко кричали. Действие машин в той сцене, в которой Псиша уносится Зефиром, столь прекрасна и достойна удивления, что думаешь видеть обоих их летящих по воздуху столь же легко, как бы то были две бабочки. Машинист г. Буле вызываем бывает публикой при всяком представлении сего балета и вместе с г. Гарделем получает от нее громкие рукоплескания».

О кинжалах и пистолетах

«Кто бы мог подумать, что наши веселые и всегда поющие парижские жители дойдут до того, чтобы иметь при себе вместе со скляночками, наполненными благовонными водами и спиртами, с золотым сувениром, с бумажником, с фальшивыми часами и пр. еще итальянский кинжал и пару карманных пистолетов и почитать то нужною галантерейную вещью? Однако ж это есть новейшая мода, как сие заключить можно по происшествию 28 февраля в королевских комнатах в Тюилерийском дворце, где таковым господчикам опорожнили все карманы и наполнили сими галантереями несколько коробов. Чаятельно, мода сия продлится недолго и кинжалы наших франтов преобратятся опять в шляпные булавки для дам и тому подобные мелочи».

Варшава

О том, сколько раз прилично носить одно и то же платье

«Все, что ни выдумают и станут носить в Париже нового, появляется и здесь в прекраснейших магазинах варшавских модопродавиц, и роскошь знатных польских госпож простирается столько далеко, что они во многих вещах превосходят и парижских щеголих. <…> Я видел у одной здешней модопродавицы множество прекраснейших караков и к ним юбок из итальянского флеру с рисованными цветами, ценою от 12 до 18 червонцев, и ни одна знатная дама не надевает, да и не может надевать такое платье более двух или трех раз, даже и в самых драгоценнейших парадных платьях обычай большого света запрещает здесь являться в публику более двух или трех раз».

Об экипажах

«В рассуждении экипажей господствует здесь больше роскоши, нежели в другом каком большом городе, и после Парижа и Лондона Варшава есть в том, конечно, первая. Здесь не ездят в четыре или в шесть лошадей так, как в Петербурге, но всегда парою, исключая разве когда едут за город. Лошади, которые большею частью наиотборнейшие, имеют на себе прекрасный прибор. <…> Здешние дамы почитают за бесчестие и в самую прекраснейшую погоду ходить пешком в гости, хотя бы то было и за несколько шагов от своего дому».

О социальной несправедливости

«А именно здесь больше, нежели в другом каком месте, видна перемежка между роскошью и расточением знатных особ, великолепными их домами, сластолюбивыми столами, гордыми экипажами и шумными веселиями, — и крайнею нищетою толь многих бедных людей и даже полумертвых увечных, которые большую часть улиц в городе и дворов господских превращают в сущие в лазареты под открытым небом…

Сердце чужестранца, хотя несколько чувствительного и которое еще не ожесточилось от такого виду, восстает против сего бесчеловечия; ни у одной просвещенной нации в свете не найдешь такого зрелища, которое и самым диким ирокезам послужило бы в бесчестие; до двух тысяч голодных, увечных и умирающих нищих лежат по всем улицам и перекресткам, и один страшный взор их виду вынуждает уже сострадание к ним, прежде нежели успеют вымолвить слово о подаянии им милостыни».

Санкт-Петербург 

О мужских прическах и чулках

«Прическа головы обыкновенная есть: в три букли на стороне, одна возле другой, и широкий алавержет  Алавержет, или вержет, — от фр. à la vergette, прическа с хохолком на лбу.. <…> На сих днях появились здесь шелковые половинчатые чулки наподобие сапожков, до половины икры темного цвету, а от икры до колена белые».

Наставление красавицам

Красавицы, не тщитесь
За модой вслед бежать,
Искусством не учитесь
Натуру украшать.

Поверьте, и без шляпок,
Без тафт и без парчей,
Без лент, цветов и касок,
Без толстых обручей

Она в простом наряде
Умеет дух пленять,
В приятном, скромном взгляде
Всю прелесть сохранять *.

* Сии стишки сообщены издателям магазина от некоторой почтенной особы.  

Скорее оставьте свой адрес — мы будем писать вам письма о самом важном

Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях — вы всегда будете в курсе наших новостей

Курсы
Курс № 40 Человек против СССР
Курс № 39 Мир Булгакова
Курс № 38 Как читать русскую литературу
Курс № 37 Весь Шекспир
Курс № 36 Что такое
Древняя Греция
Курс № 35 Блеск и нищета Российской империи
Курс № 34 Мир Анны Ахматовой
Курс № 33 Жанна д’Арк: история мифа
Курс № 32 Любовь при Екатерине Великой
Курс № 31 Русская литература XX века. Сезон 4
Курс № 30 Социология как наука о здравом смысле
Курс № 29 Кто такие декабристы
Курс № 28 Русское военное искусство
Курс № 27 Византия для начинающих
Курс № 26 Закон и порядок
в России XVIII века
Курс № 25 Как слушать
классическую музыку
Курс № 24 Русская литература XX века. Сезон 3
Курс № 23 Повседневная жизнь Парижа
Курс № 22 Русская литература XX века. Сезон 2
Курс № 21 Как понять Японию
Курс № 20 Рождение, любовь и смерть русских князей
Курс № 19 Что скрывают архивы
Курс № 18 Русский авангард
Курс № 17 Петербург
накануне революции
Курс № 16 «Доктор Живаго»
Бориса Пастернака
Курс № 15 Антропология
коммуналки
Курс № 14 Русский эпос
Курс № 13 Русская литература XX века. Сезон 1
Курс № 12 Архитектура как средство коммуникации
Курс № 11 История дендизма
Курс № 10 Генеалогия русского патриотизма
Курс № 9 Несоветская философия в СССР
Курс № 8 Преступление и наказание в Средние века
Курс № 7 Как понимать живопись XIX века
Курс № 6 Мифы Южной Америки
Курс № 5 Неизвестный Лермонтов
Курс № 4 Греческий проект
Екатерины Великой
Курс № 3 Правда и вымыслы о цыганах
Курс № 2 Исторические подделки и подлинники
Курс № 1 Театр английского Возрождения
Все курсы
Спецпроекты
Русское искусство XX века
От Дягилева до Павленского — всё, что должен знать каждый, разложено по полочкам в лекциях и видео
Университет Arzamas
«Восток и Запад: история культур» — еженедельный лекторий в Российской государственной библиотеке
История России. XVIII век
Игры и другие материалы для школьников с методическими комментариями для учителей
Европейский университет в Санкт‑Петербурге
Один из лучших вузов страны открывает представительство на Arzamas — для всех желающих
Пушкинский
музей
Игра со старыми мастерами,
разбор импрессионистов
и состязание древностей
Emoji Poetry
Заполните пробелы в стихах и своем образовании
Стикеры Arzamas
Картинки для чатов, проверенные веками
200 лет «Арзамасу»
Как дружеское общество литераторов навсегда изменило русскую культуру и историю
XX век в курсах Arzamas
1901–1991: события, факты, цитаты
Август
Лучшие игры, шпаргалки, интервью и другие материалы из архивов Arzamas — и то, чего еще никто не видел
Идеальный телевизор
Лекции, монологи и воспоминания замечательных людей
Русская классика. Начало
Четыре легендарных московских учителя литературы рассказывают о своих любимых произведениях из школьной программы

Подписка на еженедельную рассылку

Оставьте ваш e-mail, чтобы получать наши новости

Введите правильный e-mail